Энди очень сурово и серьезно попенял мне, что негоже, мол, женщину, которая чуть не погубила нас всех, причем умышленно, держать при себе в качестве наложницы. Пригреть на груди ядовитую змею - это ошибка, но сделать это во второй раз - преступление! Ей, Богу, он именно так высокопарно и говорил. Я, сдерживая смех, ответил в том же стиле, что, мол, жизнь, естественно, коротка, лишь искусство, можно сказать, вечно, а поскольку продолжительность нашей жизни, на мой взгляд, настолько укоротилась, что не взять у нее последнее было бы непозволительным расточительством. Кстати, я ему предложил поменяться каютами, что Энди с негодованием отверг, а Пачанг долго потом хохотал, вспоминая эту сцену.
Сидя на палубе и с наслаждением потягивая трубку, я задумался над некоторыми странностями жизни. Вот, например, мы. Пленники на собственном судне, нас могут пристрелить в любой время, по любому поводу, впереди нас ждут изнурительные поиски золота, которое нам не достанется и это справедливо, ибо мы будем уже мертвы, а покойникам золото ни к чему... И вот в этих условиях один балбес корчит из себя этакого пуританина, словно он только что сошел на американский континент с "Mayflower", а другой хохочет как мальчишка, у которого сроду не было забот. И вот с такой командой мне придется работать, добывать в поте лица собственную жизнь? Увы, да. И я был рад, что это так. Ибо это настоящая команда. Она не разучилась смеяться и шутить.
За долгие дни однообразного плавания жизнь на корабле стала рутинной. Все знали, что будет в следующие полчаса и ждали, когда эти полчаса наступят. Капитан Псих уже не торчал круглосуточно в рубке и я сам вел судно по проложенному им курсу. Ночью я выдвигал антенну активного радиолокатора, по существу являющегося переделанным и упрощенным вариантом AN/APQ от самолета A6 "Intruder". Тот капитан на Филиппинах сказал, что самолеты модернизируются, и у него есть на продажу два-три десятка таких БРЛС. Нет ли у нас возможных покупателей, может русским надо? Да, в том капитане я не разочаровался. Думаю, он нашел покупателей.
За несколько ночей я определил несколько объектов позади нас и один из них выделялся странной настойчивостью - следовал за нами не меняя дистанции и не отклоняясь от курса более чем на пару кабельтовых в ту или иную сторону. Похоже, у нас были одинаковые карты и курс, проложенный одним и тем же человеком. Кто предупрежден - тот вооружен. Неплохая, конечно, поговорка. Но вот кого следует опасаться, это вопрос, который мучил меня.
Задачка разрешилась быстро и совсем не так, как я ожидал. Судно позади нас резко прибавило ходу, обошло нас и припустилось вперед восвояси. Только вот куда это - восвояси? Насколько я мог судить по локатору, это был быстроходный корабль примерно 80-90 футов длиной (эти янки не могли поменять на индикаторах их жлобские футы на наши метры!), скорость 50-60 узлов. Лихая посудина! Сверившись по справочнику я нашел нечто подходяшее - сторожевик береговой охраны. "Выпускается в США, строится на верфях фирмы "Penn Yang Inc.". Оснащен двумя двигателями "Cammings" по 140 л.с. , предназначен для патрулирования прибрежных вод, в военных действиях обычно несет патрульную службу или используется, как корабль прикрытия во время высадки немночисленного десанта. Применялись во время десанта на Кубу в заливе Кочинас, в рейдах коммандос в Северном Вьетнаме". Все. Больше в справочнике по этому поводу не было сказано ни слова. Зато пару слов я мог добавить сам. Янки или кто там еще, вовсю торговали такими подержанными катерами повсюду от Калифорнии до Бангкока. Они лишь снимали вооружение, не утруждая себя демонтажом креплений, а так как те же самые пушки и пулеметы продавались там же и, возможно, одними и теми же людьми, то вооружить такую посудину до зубов было детской задачкой. Пираты в Малазийских и Индонезийских водах вовсю использовали эти катера для грабежа мелких судов не брезгуя порой и солидными. Если мои предположения верны и катер действительно таков, как я его себе представил, то нашему "Меконгу" предстоит нешуточное морское сражение. Хотя у нас есть чем ответить, так сказать, на происки зарвавшихся бандитов, но присутствие шестерых вооруженных людей у нас на борту сильно портило настроение.
Преследование а затем обгон нас незнакомым судном могло означать только одно - мы приближаемся к нужному месту. Теперь уже и мне и Суну хватало работы в рубке. Карты были точны весьма относительно и то, исключительно для крупных островов. Всякую мелочь вроде торчащего метров на двести вверх камня или растянувшегося метров на триста туда-сюда рифа эти морские документы попросту игнорировали. Но одной такой встречи для нашего "Меконга" хватило бы с лихвой. Изредка попадались какие-то подозрительного вида суда - не то яхты не то джонки и так же таинственно исчезали. Тонуть здесь все равно, что на "Титанике" - помощи не дождешься. Единственное утешение - много островков, где ты можешь утешить себя мыслью, что не утонешь, а помрешь от голода на суше.
Паруса мы давно опустили и сложили, двигались на старом дизеле, да и то в этом скопище скал, отмелей и рифов наша скорость иногда казалась мне пугающе высокой. Выйдя из-за очередного острова я, наконец увидел корабль. Точно, на этот раз я не ошибся - бывший американский береговик с оставшимся от плаваний в дельте Меконга камуфляжем, поджидал нас в миле по курсу. Председатель Мао уже полчаса тараторил по-китайски в теми, кто был на береговике. Мы сбавили ход, а затем просто стали, правда только на плавучий якорь. Теперь микрофон ухватил капитан Псих, но он больше слушал, чем говорил. Он выслушал инструкции и, закончив связь, решил познакомить с ними и меня. Нам предлагалось следовать в кильватере на дистанции половина кабельтова на скорости пять узлов. Всякое отклонение чревато крупными неприятностями. Выяснять, что это за неприятности, у меня желания не было, все было ясно. На береговике знали фарватер, нам его знать необязательно. Осадка у "Меконга" была побольше, чем у тех ребят, так что я решил благоразумным четко следовать инструкциям. Не стоило тонуть из-за высокомерия.
Корабли сблизились, заняв исходные позиции, и осторожно двинулись вперед в хаос скал и обломков островов. На всякий случай я включил эхолот на запись. Кто знает, а вдруг пригодиться. А вот по каким признакам ориентировался рулевой береговика, для меня некоторое время оставалось загадкой. Потом понял - не я один такой умный. Тот парень тоже шел по эхолоту, только у него наверняка была уже эхограмма этого участка пути. Ничего, у нас тоже будет.
Наконец, этот скальный кошмар закончился, но команды сменить ордер не последовало и мы так же торжественно вошли в довольно обширный залив, напоминающий атолловую лагуну - из залива был только один узкий выход, зато вместо милых пальм, берег представал почти отвесными скалами. Несколько речушек водопадами обрушивались в залив и я невольно залюбовался невиданным зрелищем. Гнусный тенорок Председателя Мао быстро привел меня в чувство.
- Заглушить двигатель. Стать на якорь. Всем пленным выйти на палубу.
Рокот старого движка стих, а Энди и Пачанг уже давно торчали на палубе, с тревогой наблюдая за маневрами судов. Матросы вновь стали активными, грозно водили стволами автоматов, словно мы собирались на них нападать.
Впрочем двое из них вскоре занялись спуском на воду нашей маленькой шлюпки, куда погрузились Председатель Мао с прекрасной Исии, а один из "матросов" сел за весла. С береговика на воду сбросили три больших плота -и в них погрузилось по меньшей мере человек десять. Вся флотилия и наш ялик пошли к берегу. Да, компания внушительная, особенно не повоюешь. В открытую. Надо как-то дурить голову, но как? Сколько раз я уже пытался и каждый раз меня обставляли за пару ходов. Остается одно - ждать. Спасибо, Командир, за универсальный совет.
Лодки причалили к берегу, но рассмотреть высаживающийся десант я не мог, капитан Псих демонстративно сунул бинокль в ящик и закрыл. Оказалось, что скалы не столь уж и неприступные, как показались на первый взгляд - люди на берегу быстро разобрали рюкзаки, оружие (это я еще мог рассмотреть) и лихо пошли прямо на скалы. Невидимая с моря расселина была дорогой от берега в глубь острова (а может и полуострова), так что нам оставалось сидеть на палубе под прицелом автоматов и уныло ждать.