Охранники чуть не стонали от оргазма во время моих пояснений, пока не застыли под ледяным взглядом председателя Мао.
- И что же мы здесь видим? Ту самую идеальную чистоту и порядок, как и ранее.Теперь вопрос наиболее сметливым: если девушка провела неделю в подвале со связанными руками и ногами, валяясь на грязной соломе среди крыс и прочих гадов, могла ли она в таком образцовом порядке содержать свое заветное местечко? По глазам вижу - вы сомневаетесь, И правильно делаете. Ибо ни в каком подвале Исии не сидела, не лежала и не стояла... Все это липа высшей пробы.
Тут Энди решился раскрыть рот. Пачанг благоразумно промолчал.
- Но мы же слышали, как она кричала, как ее мучили. Это были жуткие крики.
- Эх, ты, технарь... Может крики и показались тебе жуткими, а может это она так надрывалась в экстазе с предводителем или вот с одним из них. Она, оказывается очень любила разнообразие. А вы с Пачангом действительно сидели в подвале и слушали ее неординарные крики, но только через высококачественные динамики. Говорят, местные весьма неплохие. Так, председатель?
Мао с ненавистью взглянул на безмятежно спящую Исии, дал знак своим гориллам
и все они вышли. Ключ наружного люка громко щелкнул. Мы остались одни. И Исии.
Глава 14.
Ночь выдалась беспокойная. Каждый продумывал собственные планы - вслух их обсуждать мы не решались. Утром заскрипел замок и мы снова оказались в относительной свободе на палубе родимого судна. Все гориллы были на месте, капитан Сун, он же Псих, управлял кораблем, а председатель Мао решил, видимо, слегка помариновать нас, заставить понервничать. Нам были до лампочки его психологические уловки и мы с удовольствием растянулись на теплой палубе, нежась под утренним солнцем.
Наконец Красное солнышко Мао появился. Он строго оглядел нашу разношерстную компанию и кивнул Исии. Она грациозно встала и вновь улеглась у ног японца: как верная собака. Так. Кое-какая расстановка сил наметилась. Не в нашу пользу. Но кое-что за пазухой мы держим... Мао с самого начала взял неверный тон - он решил сразу же запугать нас безвыходностью положения и все в таком духе. По правде говоря, угроз мы слышали столько, что еще десяток-другой дополнительных дела не меняли. Я даже начал позевывать. Угрозы - последний и бесполезный способ узнать истину.
- Мы тщательно изучили карты и считаем: что теперь можем обойтись без вашей помощи, а ваш кораблик - это просто великодушный дар благородных европейцев темным азиатам. Благодарим, - Мао издевательски поклонился. Гориллы послушно заржали - начальство шутить изволит.
- Э, дорогой кормчий, так дело не пойдет. Первые снимки оказались весьма и весьма неудачными и такой картой пользоваться практически нельзя. Вам придется пригласить сотни три ваших колдунов, шаманов или кого там еще, чтобы отыскать малюсенький вход на трехстах квадратных километрах острова, большую часть которого занимают горы. А может и больше, не знаю. Ищите. Может ваши правнуки и найдут что-нибудь...
Теперь ход был за японцем и он попытался перейти в контратаку.
- Маршрут достаточно хорошо виден, так что район поиска значительно меньше, не рассчитывайте на нашу глупость.
- Я и не рассчитываю, даже наоборот, пытаюсь помочь вам не тратить силы зря. Маршрут хорош тогда, когда знаешь его исходную точку. А где она? Вот тут. - Я постучал себя по виску, хотя в данной ситуации это был явно неудачный жест. Чтоб его нейтрализовать, я стукнул пару раз и по деревянной палубе. Кроме того, на карте есть ряд весьма странных значков, которых вы не в силах понять. Это особый код особых людей и во всем мире только они одни могут понимать друг друга. И, наконец, третье. Вторая карта гораздо лучше первой, но кое-что потеряно из-за
актерско-садистского пристрастия к эффектам у Исии и вас. А в лабиринтах пещеры, если судить по карте, можно бродить веками. Вот и вся экспозиция, председатель. Решайте, стоит ли вам так уж быстро от нас избавляться?
Японец погрузился в тяжкое раздумье. Приказа своего главного везиря он явно не выполнил - настоящих, полноценных карт у него нет. Пленники живы пока это плюс, их можно попытаться разговорить. Или рискнуть поискать самим? Здесь его мозги не выдержали, я даже услышал, как они захрустели, как неисправные шестерни. Стало быть, выход один - посоветоваться с главным. Мао деловито направился в рубку, дав знак остальным оставаться на месте. Этот самый Сун, который Псих, как я успел понять, неплохо разбирался в современных навигационных приборах, так что сеанс радиосвязи на моем трансивере для него легкая задача. Видимо ,
начальство сильно рассердилось, ибо нашего Председателя довольно долго не было и, я уверен, большую часть времени он выслушивал мнение о своих умственных способностях. Наконец, покрасневший от жары в рубке или еще чего другого, он появился и просто на глазах стал раздуваться от важности. Ну вылитый Пиночет или какой-то там Трухильо.
- Вы будете жить. Пока. Соблюдать все ограничения передвижения по судну. Любое неверное движение будет расцениваться, как попытка бунта, охрана стреляет без предупреждения.
Эх, председатель ты мой ненаглядный, маловато у тебя еще настоящего тупого садизма, нет у тебя сиплого от спирта и махорки голоса, каковым надо произносить такие слова. Вот послушал бы ты наших вертухаев где-нибудь в Сиблаге лет двадцать назад, быстро обучился бы. Хотя нет, они бы тебя только за то, что ты япош
ка, быстренько пристрелили за попытку к бегству на лесоповале или утопили бы в параше. Жидковат ты против них, хотя задатки хорошие, не отрицаю.
Энди с Пачангом переглянулись. До последнего момента они не верили, получится ли у меня игра. Я так же молча приказал им помалкивать и дальше, а сам пошел в рубку - мне это не возбранялось. Но взглянув на приборы, карту, я про себя тихонько присвистнул. Ай да Мао, ай да хитрец! Оказывается, мы перли всю ночь полным ходом к Сингапуру, и вовсе не собирались к Филиппинам. Что не в Сингапур, это уж точно (хотя мало ли какие дела могут быть у Великого кормчего и его хозяина), а гораздо дальше, в кошмарные лабиринты индонезийских островов. Вот это уж стог так стог для нашей иголки.
Я преисполнился глубоким презрением к самому себе и моей, так называемой интуиции - Борнео, Борнео... А Сингапур не хочешь? По палубе ночью бродить, так я молодец, а вот в небо взглянуть... Зачем ты книжки умные читал, для чего тренировался, а? Чтобы перед проститутками хвост распушить? Точно. Теперь уж помалкивай насчет интуиции и благодари Бога, Паша, что ты не успел похвастать своей сраной интуицией перед ребятами. Ну, ладно, хватит поливать себя грязью, и так уже по уши в ней. Надо думать, как выживать дальше.
Капитан Псих решил использовать хороший попутный ветер. До этого мы использовали довольно маломощный дизель и Псих долго дивился, зачем привод от такого хилого движка разделен трансмиссией на два винта.
- Идиоты! Тратить силу еще и на эти шестеренки, глупые вы однако, ребята. Лучше бы побольше парусов поставили, а то занимаются всякой ерундой.
Капитан Псих может и был очень хорош в навигации и управлении парусными судами, но ни черта не смыслил в технике и, особенно, во всяких военно-инженерных хитростях. Под металлическими настилами вокруг дизеля-монстра таились два новенькие, по 180 лошадей каждый, маленькие по размерам дизелечки Penta Volvo. И в случае надобности допотопная трансмиссия отключалась, а два этих зверя начинали рыть воду, как сумасшедшие. И скоростишка получалась, дай Бог! Но капитан Сун по прозвищу Псих решил довериться ветрам. Когда ставили телескопическую мачту, сделанную из титана и еще Бог знает чего, при деле были все, кроме Исии и капитана Суна на руле. Тот сметливый американский капитан на Филиппинах знал, что делал. Он поставил нам эти дизелечки и справедливо решил, что вряд ли у нас когда-нибудь будет большая и хорошо обученная команда, а потому автоматизировал на корабле исключительно все. Причем выбрал систему бермудского парусного вооружения, как самую простую и надежную. Я не раз отдавал должное инженерам, придумавшим эту замысловатую на вид, но такую простую в обращении систему и часто задумывался, а с какой яхты и у кого из миллионеров тот капитан эту систему украл? Я что-то не слышал, чтобы американский флот ходил под парусами. Но, дело прошлое, нечего теперь нервы портить. Грот наполнился ветром, а когда ему в помощь добавились кливер и стаксель, "Меконг" игрушкой заскользил по Сиамскому заливу прямым ходом в неведомое. Какое-то странное чувство охватило меня и, когда я огляделся - не меня одного. На корабле не было врагов, были люди, захваченные первобытным инстинктом открывателей и путешественников. Так, наверно, выглядели люди на палубах Колумба или Магеллана. Впрочем, довольно скоро иллюзия исчезла и все вернулось на круги своя. Я раздумывал, как же теперь поступит японец с Исии, и что при этом делать мне? Он что, оставит мне ее в качестве аванса за будущую помощь, а заодно и своего уха и глаза при нас, или все-таки заберет ее на корму? Он выбрал первый вариант. Девушка притащила сумку со своими шмотками и деловито размещала их в каютных нишах. Не знаю, что подумали обо мне мои друзья, но я как-то разом смирился с ее временной близостью. В конце-то концов, все решаться будет не сейчас и не здесь, а такая женщина рядом - это что-то... Я нисколько не сомневался, что для Исии все происшедшее - ее подлость, обман, пусть косвенное, но участие в убийстве деда, разврат, в конце концов, не более, чем бултыханье в воде мелких камешков. Бульк, и забыл. Даже кругов не остается...