- В шапку сыпь! - посоветовал ему Алексей.
Он благодарно оглянулся, сдернул шапку и, высыпая монеты, показал: Во, уже трояк набрал! Еще раз приду - как раз на "Смену-8" будет...- Прижав локтем шапку, он снова принялся звенеть монетами о пол.
Алексей хотел поискать глазами Сережку, но тут перед ним снова звякнул хлопушечный взрыв, и он не поверил глазам: среди нескольких мелких монет лежал, серебряно поблескивая, константиновский рубль - одна из редчайших русских монет...
Хорошо, должно быть, выглядели они со стороны, когда очумело уставились друг на друга. А ящик смирно стоял на столе, стенки были обычного матового цвета, только откинутая панелька, казалось, ухмылялась красиозубой улыбкой клавиш.
- Ну, дела,- промычал Сережка и, не спрашивая, наугад нажал две крайние клавиши...
Просыпаться не хотелось, но какой-то странный звук - не то шорох, не то царапанье - пробивался сквозь сон, мешал и тревожил. Но только когда что-то скрипнуло совсем громко и в комнате потянуло холодом, я внезапно легко и сразу проснулась. Кто-то лез в окно. Странно, что меня поразил не сам факт - вор лезет в мое окно, а то, что он, этот вор или воры, ухитрились добраться до моего окошка - на четвертом этаже. Я инстинктивно нащупала кнопку и яркий свет ударил по глазам.
Окно было распахнуто настежь, и в ту секунду, когда вспыхнул свет, через подоконник легко перепрыгнул молодой красивый парень. Он тут же обернулся к окну, наклонился, помогая влезть следукйцему.
Я сдавленно крикнула, чувствуя, как слова с трудом продираются из окостеневшей гортани: -- Что вам нужно? Кто вы?!
Вор даже не обернулся. Я вскочила, заворачиваясь в одеяло. А в окно влез уже второй, третий, и через полминуты моя комната заполнилась чужими людьми. Две умело накрашенные красивые девицы принялись за дело. В окно полетел японский транзистор, привезенный тетей в прошлом году из заграиплавания, следом отправился содранный со стены ковер, потом сервиз, потом еще что-то. Я соскочила с кровати и, кутаясь в сползавшее одеяло, бросилась к стоявшему ближе всех парню, деловито вытаскивавшему из шкафа теткины платья.
- Что вы делаете?! Кто вы?!
Он не обратил на меня внимания. Я бросалась от одного к другому, пока наконец один из грабителей - тот, первый, удивленно уставившись на меня, рявкнул: - Иди. ты... - и отвернулся.
Через несколько минут все кончилось. Оглядев пристально комнату стены со следами выдранных гвоздей, шкаф, сиротливо распахнувший дверки, пустые полки серванта, вожак удовлетворенно сказал: - Лады...
В полминуты комната опустела. А я, уронив одеяло на пол, растерянно оглядывалась по сторонам. Что я скажу тете? - колотилась единственная мысль.- Что?
Мой взгляд задержался на тумбочке, где еще полчаса назад стоял цветной телевизор. На тумбочке лежала какая-то пачка. Машинально взяв ее, я прочла размашистую надпись - "за соучастие". Так же машинально развернув бумагу, я увидела деньги. Их было пятнадцать красных десяток - полтораста рублей. "За соучастие". И тут только до меня дошло - ведь это мне. За соучастие...
Коленки у меня ослабли и, внезапно обессилев, я опустилась на пол...
- Ну и ахинею несет эта штука! - единственное, что Алексей нашелся сказать, инстинктивно отпихивая подальше вопрос - что же все-таки происходит?
Сережка, нахмурясь, вертел ящик так и сяк, распахивал панельки и только, когда Алексей дважды повторил вопрос, ответил, как отмахнулся: Ничего не понимаю. Похоже на галлюцинатор.
- Что-то я о таком не слышал.
- Я тоже. Но если аппарат вызывает галлюцинации, как ты его назовешь?
Сережка умолк, как будто что-то подсчитывая в уме, и, пробежав пальцами по клавишам одной панельки, быстро повернул ящик и нажал несколько клавиш на второй боковине.
- Ну, посмотрим, что сейч...
Сумерки окрасили все вокруг в ярко-красный цвет. Бордовые тени изогнутых мачт легли причудливыми многоугольниками на полупрозрачные кубы и полушария Станции. Он, откинувшись на пологую спинку, с интересом следил, как красная полусфера стены становилась бледнее и, наконец, стала оранжевой - наступила ночь. Второй раз он был на Станции - в этот раз уже три осевых оборота - и все равно было интересно.
Завтра заканчивается Время Порога - период проверки пилота и его корабля после перелета с Этерны на Станцию перед новым гигантским прыжком в неизведанное. В неизведанное - потому, что Станция была крайним форпостом человечества, портом на берегу галактического океана. И каждый, кто отправлялся отсюда,- отправлялся туда, где еще никто никогда не был.
Он прошел весь курс Порога, и сегодняшний вечер был отведен программой активному отдыху - воспоминаниям о пройденном человечеством пути к звездам. Он пододвинул голубую коробочку и наугад нажал кнопку. Коробка беззвучно выбросила небольшой кружок величиной с ноготь. Он вложил диск в наручный гипнатор. В ушах раздался тихий голос: "Полет Эпохи Начала. Легенда "Глубоко в небе звездочка..." Растаяла оранжевая полусфера. Не стало Станции. Со всех сторон - слева, справа, внизу, вверху, вокруг невероятная темь, которую не могут рассеять мириады звезд, висящие сверкающими точками в бездонной черноте.
Позади - звезды красноватые. Действует закон Допплера - корабль уходит, свет звезд смещается в красную часть спектра. Впереди звезд нет они ушли в невидимую часть. ...Шел восемнадцатый год полета, и близко уже была Земля. Корабль возвращался. Далеко позади - восемь световых лет осталось все. И только память говорила о страшных огненных бурях чужих солнц, об обломках далеких миров и великих минутах открытий.
Корабль вез на Землю огромный запас наблюдений, разгадки изумительных тайн, новое знание, потому что никто не проникал так далеко в неизведанные глуби Вселенной, и впервые ступила нога человека на планету чужого солнца.
Корабль вез Земле рассказ о страшных вспышках материи, о багряном сиянии тьмы, о бесстрастных изваяниях, что увидели люди на погибшей планете синей звезды; корабль вез рассказ о пропасти Времени и тоске по Земле и людям. И еще корабль вез человека.
...Много лет назад "Рассвет" впервые в памяти людей ушел к мечте человечества - созвездию Норд-Диадэмо, что в переводе с древнего языка означает "Северная корона". Корабль вел Альт Ген, один из немногих "штурманов бури" - людей, смелости которых удивлялись звезды и перед которыми в страхе отступала опасность.
Наконец кончились долгие годы пути, и "Рассвет" достиг цели.
На мертвой планете синего солнца корабль оставил четырех астролетчиков. Они должны были прожить здесь три земных года, разгадать странные тайны чужого мира, понять и не ужаснуться разгадкам великих загадок.
Остальные ушли к другой планете...
Корабль вернулся через три года. И страшно удивились люди, увидев человека с волосами странного цвета, цвета того древнего металла, который люди когда-то называли серебром.
Один оставшийся в живых из четырех. Его звали Альт Орг.
В глазах у человека не было ничего. И поняли люди, что значило это.
Корабль уходил от страшной планеты, отнявшей у троих жизнь, а у одного больше, чем жизнь,- разум.
Человек с серебряными волосами часами сидел без движения и молчал. Он знал то, чего не знали другие. Он узнал одиночество, увидел смерть товарищей и познал страх Времени.
Гаоль, астроврач "Рассвета", пришла к Альт Гену и сказала: - Ген, я теперь знаю, что значит слово "отчаяние". Я ничего не могла сделать. Остается последнее...
- Тебе известна степень риска, и ты решаешься на это? - спросил Альт Ген.
- Я знаю, что могу раствориться в его безумии навсегда. Но другого способа нет.
И тогда Альт Ген, штурман бури, без страха глядевший в глаза Вселенной, сказал: - Великий мудрец Эры Зари говорил: счастье - это борьба. Он прав. Попытайся...
...Альт Орг покорно позволил надеть на себя шлем цереброна, и Гаоль приказала: "Вспоминай!" Свет померк, и Гаоль стала Альт Оргом.