Глава 24 ПУСТОЕ МЕСТО
Меня разбудила тяжесть кошачьих лап, вышагивающих по моему телу.
За спиной я чувствовала тепло Вэнса, он прижимался ко мне, его ладонь покоилась чуть ниже моей талии.
Я решила, что это моя самая любимая поза для сна с Вэнсом, и с нетерпением ждала возможности составить рейтинг альтернативных позиций.
Бу ходил взад и вперед по мне и Вэнсу. Кошачьи лапки покидали мое тело, а затем возвращались намного ниже или выше.
Я открыла глаза. Было еще темно, почти наступила зима, поэтому дни были короткими, но я знала, что для завтрака Бу еще слишком рано.
Когда Бу всеми четырьмя лапами оказался на мне, я сделала рывок. Он потерял опору и неуклюже скользнул по моему животу с сердитым «мяу!».
Я обняла его и прижала к себе. Он начал громко мурлыкать.
— Ты бы рассталась со мной, если бы я убил твоего кота? — раздался у моего затылка сонный, хриплый голос Вэнса.
— Вероятно.
Рука Вэнса двинулась, скользнув вверх по моему животу, а затем остановилась, обхватив мою грудь.
Я ошибалась. Всего с незначительным изменением, но самая любимая поза для сна с Вэнсом была эта.
Во второй раз я проснулась чуть позже. Я не знала, сколько времени прошло, но инстинктивно понимала, что до сигнала будильника оставалось не так много.
Я перекатилась на живот, отпуская Бу и сбивая руку Вэнса. Вэнс на автомате лег на спину. Я повернулась к нему, готовая что-то сказать, но, приподнявшись на локтях, поняла, что он все еще спит.
Мне хотелось включить свет. Я никогда не видела его спящим. Он всегда вставал раньше или вместе со мной.
Я рассматривала его. Судя по тому, что я могла видеть в сумрачном свете, в нем было что-то… мальчишеское.
Боже, мне хотелось его поцеловать, очень хотелось.
Какое-то время я обдумывала эту идею. Не ту, почему мне хотелось его поцеловать, ведь это было очевидно, а ту, почему я этого не сделала. Он был моим парнем (или кем там еще). Мы были эксклюзивными. Он спал в моей постели. Всего семь часов назад у нас был невероятный секс.
Почему нет? Почему я не могла его поцеловать?
Поэтому я его поцеловала.
Не полноценным поцелуем с языком, типа «давай немедленно займемся сексом», а легким касанием губ.
Когда я отстранилась, его глаза были открыты.
— Доброе утро, — сказала я и улыбнулась.
Он посмотрел на меня, потеряв весь свой мальчишеский облик.
Хм.
Может, мне не стоило его целовать.
Пока он продолжал смотреть на меня, моя улыбка начала спадать.
— Прости, я не хотела будить… — начала я.
Но он уже двинулся, обнимая меня, прижимаясь к моему телу, просовывая бедро между моими ногами и целуя.
Его поцелуй был полноценным, с языком, типа «мы немедленно займемся сексом», и я ответила. У меня не было выбора. Однако, если бы мне его дали, я бы согласилась.
Вэнс был на мне повсюду, и очень быстро стало ясно, что он не в настроении, чтобы я брала инициативу на себя. Потому что, в конце концов, он прижал мои руки к кровати, удерживая их за запястья, и проделывал губами и языком потрясающие вещи с моим ртом, шеей и грудью, а также, шокирующе, но очень эффектно, пустил в ход зубы.
Когда я начала издавать неконтролируемые звуки и бороться с его руками, чтобы прикоснуться к нему, он опустился ниже, отпуская мои запястья, чтобы раздвинуть мои ноги.
Потом его рот оказался там.
«Ура!» — закричал мой мозг.
Я скользнула руками в его волосы. Вэнс приподнял мои бедра, и вскоре после этого я, задыхаясь, помчалась на десятый уровень, горя всем телом и наслаждаясь поездкой.
— Вэнс, — прошептала я, приближаясь к краю.
Он не останавливался, и я продолжала подниматься.
— Вэнс, — выдохнула я, прежде чем попасть в стратосферу, ослепленная звездами, и Вэнс поднялся надо мной.
Я все еще летала высоко, когда он перевернул нас: он — на спине, я — сверху. Подтянул мои колени, чтобы я его оседлала. Потянулся к полке и взял презерватив.
— Я сделаю, — прошептала я, все еще тяжело дыша.
— Тихо.
Очевидно, играть ему не хотелось. В одну секунду он разрывал упаковку своими белыми зубами, а в следующую секунду уже был внутри меня.
Я откинула голову назад.
Он снова перекатился на меня сверху, но ненадолго. Держа мои ноги согнутыми, он приподнял мои бедра. Встав на колени, подтянул меня к себе и вошел. Все время, двигаясь внутри меня, он наблюдал за мной, а я наблюдала за ним.
Несмотря на то, что он был далеко, близость нашей связи, его красота, то, как он смотрел на меня с этим своим свирепым выражением «моя», ошеломляло. И хотя после оргазма я опустилась до шестого или седьмого уровня, снова начала подниматься.
Мне помогло, когда Вэнс взял мою руку, переместив ее между нами, чтобы я могла чувствовать, как он скользит внутри меня. Затем его пальцы сильно нажали мои в нужном месте, и управляли ими. Вскоре я снова кончила с его именем на губах.
Пока Вэнс ходил в ванную, я лежала в постели и думала, что буду проводить освободившиеся вечера за попытками научиться вязать, чтобы связать свитер для Вэнса.
Я воображала сексуальную водолазку, когда прозвучал сигнал будильника. Перевернувшись, я нажала кнопку выключения, откатилась назад и прижалась к подушкам.
Бу сказал: «Мяу», что означало «завтрак».
— Не сейчас, Бу, мамочка только что испытала два оргазма. Она приходит в себя.
Бу это новое и необычное оправдание не впечатлило, и он повернулся ко мне своей надутой кошачьей мордочкой.
Вэнс вернулся и заключил меня в объятия, втиснув бедро между моими ногами, так что мне пришлось закинуть одну ногу на него.
— Что это было? — спросила я.
— О чем ты?
— О том, что ты только что сделал.
Он ухмыльнулся своей лукавой ухмылкой.
— Это было «доброе утро».
— «Доброе» — не совсем то слово.
Он желал «доброе утро» определенно намного лучше меня.
— В следующий раз я прижму твои руки к кровати и поступлю с тобой по-своему, — заявила я.
Мне хотелось опробовать на нем эту штуку с зубами. Мне было приятно.
Он не ответил, но выглядел удивленным.
— Нет, серьезно. Это справедливо, — сказала я.
— Ты могла бы попытаться.
Хм.
Он сказал: «попытаться».
Ну и ладно.
Я чувствовала себя слишком довольной, чтобы ссориться.
— Что у тебя днем? — спросил он.
— Сначала прием у врача, — начала я, но Вэнс прервал меня, остатки веселья в его взгляде поблекли, а тело напряглось.
— Зачем?
— Что — зачем?
— Зачем ты идешь к врачу?
— Эм…
— Ты плохо себя чувствуешь?
В животе разлилось тепло от его беспокойства, и я не смогла удержаться от улыбки.
— Нет, нам просто нужно обсудить, эм… — Почему это так неловко? Его рот только что был между моих ног. Я велела себе преодолеть это, и продолжила: — Контрацепцию.
Его тело расслабилось, и он поцеловал меня в лоб.
— Было бы хорошо, — сказал он тихо. — А потом?
— Работа. Мне нужно съездить в «Фортнум» и сообщить Тексу, что его ночи в качестве моего напарника оказались недолгими. Потом я загляну в магазин товаров для хобби за набором «Как вязать».
Я не знала, существует ли набор «Как вязать», но у меня не было времени долго об этом размышлять, потому что тело Вэнса начало трястись от смеха.
— Как вязать? — спросил он снова веселым голосом.
— Да, мне потребуется какое-нибудь занятие по вечерам, которое не будет угрожать мне похищением и другими пугающими вещами. Печь я пробовала. Как ты мог видеть, у меня не получилось. Теперь я попробую вязание.
Вязание не пригорит, если Дейзи заявится с импровизированными процедурами по уходу за лицом, а ты забудешь о нем, поэтому я подумала, что это беспроигрышный вариант.
Вэнс перекатился на меня, оказываясь частично надо мной, частично сбоку. Он покачал головой, и на его лице появилось такое выражение, говорившее, что я слишком очаровательна, чтобы выразить это словами. Его ладонь легла мне на голову, а пальцы пробежались по волосам.
— Что у тебя днем? — спросила я и обнаружила, что мне этот вопрос нравится.
Мне нравилось обниматься и разговаривать после совместной ночи и утреннего секса. Это не вызывало трепета в животе или падения, я просто чувствовала тепло, расслабление, нежность… счастье.
Уже двенадцать лет я не чувствовала себя по-настоящему счастливой, и это было приятно. С уперприятно.
— Чуть позже я заберу Роума и Сниффа. Можешь привезти их в «Фортнум», когда поедешь разговаривать с Тексом?
Ладно, трепет в животе вернулся.
Я кивнула, снова улыбнувшись, и на этот раз, как я подозревала, это выглядело очаровательно. Моя догадка подтвердилась, когда взгляд Вэнса потеплел и стал ласковым. Или более теплым и ласковым.
— Тебе многого не надо, не так ли? — пробормотал он.
— Тебе это может показаться не таким уж важным, Кроу, но это потрясет миры Роума и Сниффа.
Он не ответил.
— А что нужно тебе? — прошептала я, тут же пожалев об этом.
Такой вопрос следовало оставить для лунного света. Даже испытывая спокойствие и счастье, я не была уверена, что готова перенести беседу при лунном свете на утро. Вчера один такой перенос уже состоялся, и я подумала, что раз в неделю — это моя норма.
Удивительно, но Вэнс ответил, не колеблясь, явно не разделяя моих лунных ограничений на глубокие, содержательные, душераздирающие разговоры.
— Заставить тебя кончить, наблюдать, как ты кончаешь, слышать, как ты произносишь мое имя, когда это делаешь.
Ну, одно можно сказать точно: он придерживался одной темы.
— Не знать, какая нелепая чушь слетит с твоего языка и вызовет у меня улыбку: Йоко Оно, попытка научиться вязать, имя твоей машины — Хейзел.
Ладно, я снова нуждалась в лунном свете. Это было слишком. Тем более, что выражение его лица изменилось. Взгляд все еще оставался теплым и ласковым, но каким-то образом к этому примешалась напряженность, и я не знала, чего ждать дальше. Что я точно знала, так это то, что я не буду к этому готова, что бы это ни было.
— Кроу…
Я не ошиблась, он приберег настоящий удар напоследок, и я не была к нему готова.
Когда он снова заговорил, в его голосе звучал яростный подтекст, и он скользнул по моей коже, окутывая бархатным коконом.