Глава 9 Хватит смеяться
Официально, это должно быть худшее свидание за всю историю.
Мы ели, пили, но не разговаривали.
Ну, Вэнс говорил. Я молчала. После того, как мы покончили с креветками, он откинул мои волосы за плечо, наклонился и прошептал на ухо:
— Перестань злиться, Джулс.
Я лишь бросила на него убийственный взгляд. Он высокомерно ухмыльнулся.
Казалось, мое раздражение его никак не затронуло. На самом деле, он вел себя так, будто все в порядке, и мои глаза не испускали смертельные лучи «катись-в-ад-Вэнс-Кроу».
Между салатом и основным блюдом он обнял меня, прижав к себе, и стал играть с моими волосами. Я не сопротивлялась, потому что драться в «Брокере» было бы безвкусно, а мы находились в наименее безвкусном месте Денвера.
Между основным блюдом и десертом, когда я снова забыла о низкой посадке брюк и наклонилась вперед, Вэнс провел пальцами по обнажившейся полоске кожи.
После завершения ужина он заплатил. Мы подошли к его байку, и он сел за руль. Я села позади него, считая мотоцикл худшим транспортным средством, когда ты таишь злобу на его водителя. Вэнс завел мотор, откинулся назад и взял меня за запястья и обвил их вокруг своей талии, в результате чего я прижалась к его спине. Прежде чем я успела отпустить его, он стартанул с обочины, и я вцепилась в него, чтобы не слететь с мотоцикла и не погибнуть, покатившись кубарем по тротуару и разрывая кожу.
Вэнс припарковался за моим домом, и я впустила нас внутрь. Хоть я и хотела увидеть, как он обходит сигнализацию, настроения спрашивать об этом не было. Войдя, я включила свет.
На кухне появился Бу, а я сбросила куртку и бросила ее с сумочкой на стол. Бу тут же начал жаловаться на мое отсутствие и другие воображаемые кошачьи обиды. Я подхватила его и с Бу на руках прошла по коридору в гостиную, зажигая по пути лампы.
— Мяу-мяу-мяу, — рассказывал Бу.
Закончив с лампами, я посмотрела на Вэнса, который стоял, прислонившись к входу в коридор, и наблюдал за мной.
Мне бы очень хотелось, чтобы он не был таким красивым. Так намного проще продолжать на него злиться.
— Заткнись, Бу, — сказала я, глядя на Вэнса.
— Мяу, — ответил Бу, глядя на меня.
Я посмотрела на Бу.
— Лакомства ты уже получил.
— Мяу.
— Хватит, ты слишком толстый.
— Мяу!
— Ничего не хочу слышать, — сказала я Бу.
— Мяууу! — не согласился Бу.
— Ты разговариваешь с котом? — спросил Вэнс.
Я перевела взгляд на Вэнса, но не ответила. Жмакнув Бу напоследок, я чуть наклонилась и отпустила его.
— Мяу, — сказал Бу после того, как приземлился на лапы, всегда желая оставить за собой последнее слово.
Кот подошел к Вэнсу, потерся о его лодыжки, а затем направился в коридор, вероятно, к своей миске с сухим кормом.
— Как долго ты собираешься злиться на меня? — спросил Вэнс. На протяжении всего ухода Бу он не сводил с меня глаз.
— До конца времен.
Почему-то мой незрелый комментарий его позабавил.
Ну и ладно.
— Кажется, сегодняшний вечер будет интересным. — Он оттолкнулся от стены и подошел ко мне.
Я отвернулась от него, сняла браслет Рокси и положила его на барную стойку. Затем потянулась, чтобы снять серьгу. Мое сердце билось, как отбойный молоток, а бабочки, которые на протяжении всего нашего ужасного свидания летали и доблестно сражались, вернулись, явно готовые устроить в глубинах моего живота эпическую битву добра со злом.
Я почувствовала Вэнса позади себя, он перекинул мои волосы через одно плечо. Я закусила губу, сняла серьгу, положила ее на стойку и потянулась за другой. Вэнс обнял меня за талию и притянул спиной к себе. Его губы коснулись моей шеи.
Это было приятно. Слишком приятно, ощущение смягчало мой гнев, и в ответ я напряглась.
Я сняла вторую серьгу, и Вэнс тихо сказал мне в шею:
— Перестань злиться, Джулс.
— Ты не можешь приказывать мне перестать злиться. Не можешь указывать мне, с кем проводить время. Не можешь врываться в мой дом и ложиться ко мне в постель, пока я сплю. И ты не можешь заставить меня заниматься с тобой сексом в обмен на хороший поступок для ребенка, с которым в жизни не случалось ничего хорошего, — выпалила я.
Я положила серьгу на стол, повернулась и посмотрела на Вэнса, или, точнее, пронзила его взглядом.
Несколько секунд он наблюдал за мной, все еще обнимая одной рукой, затем сказал:
— Вижу, ты не в настроении. Сегодня мы будем просто спать. Завтра, после встречи с Дариусом, поговорим. Потом сделаем то, что должны были сделать два дня назад.
Проклятье.
Я и забыла о встрече с Дариусом.
Смогу ли я когда-нибудь вычеркнуть Вэнса Кроу из своей жизни?
Глубоко вздохнув, я кивнула, ухватившись за предложенный выход, как за спасательный круг.
— Идеально. Великолепно. Мне подходит, — согласилась я, решив, что завтра к ужину обязательно буду в Никарагуа.
Он снова посмотрел на меня, а затем сказал:
— Но спим мы вместе.
Хм.
Возможно, мне предложили не столько спасательный круг, сколько петлю.
— Я так не думаю, — ответила я.
Судя по его виду, он принимал какое-то решение. Во время этого я наблюдала за ним.
Его лицо приблизилось, и он сказал:
— Значит, сегодня мы сделаем то, что должны были сделать два дня назад.
— Кроу… — я начала выворачиваться из его хватки, но он обнял меня обеими руками.
— Джулс, скажу тебе сейчас то, что сказал бы за ужином, если бы ты со мной разговаривала. Это… — он опустил одну руку мне на попку, притянув мои бедра к себе, а другой рукой поднялся вверх по спине, прижимая меня к своей груди, — …самое сладкое, что я имел в своей жизни, а я даже еще тебя не трахнул. Я не ожидал, что у меня когда-нибудь появится шанс на что-то столь сладкое, и теперь, заполучив это, я не отступлюсь. Если полагаешь, что, ведя себя как стерва, заставишь меня отступиться, ты ошибаешься.
Я вела себя как стерва?
Ладно, комментарий «до конца времен» отдавал стервозностью, но Вэнс указывал мне, что делать, и отзывался плохо о моих друзьях!
— Ты указывал мне, что делать, — тихо сказала я, все еще стоя на своем.
— Я знаю, о чем говорю.
Это правда. Он знал о Зипе, Хэви и Фрэнке больше, чем я, и определенно был меня круче.
— Они мои друзья.
— Я — твой друг. — Я ничего не могла с собой поделать и вытаращилась на него.
От его слов хорошие бабочки потеснили плохих, а плохие отступили в Сибирь.
— Вэнс, — прошептала я, мой эмоциональный ротвейлер решил вздремнуть в неподходящий момент, и мой гнев начал таять.
— Перестань злиться, — повторил он свой приказ, но нежным, шелковистым голосом.
Я продолжала таращиться на него некоторое время. Потом растаял не только мой гнев, но и мое тело растворилось в Вэнсе.
— Хорошо, — прошептала я.
Уголки его губ приподнялись, голова опустилась, и он поцеловал меня.
Я ответила на поцелуй.
Обвив руками его шею, прижалась к нему, и его рука поднялась с моей попки вверх, затем снова опустилась вниз, на этот раз проникнув под брюки. Это ощущение мне понравилось, очень понравилось.
Я приоткрыла губы, и его язык скользнул внутрь. Неким затуманенным уголком своего сознания, каким-то образом умудрившимся остаться нетронутым его поцелуем, я поняла, что этому действительно суждено было произойти.
Вэнс прервал поцелуй и скользнул губами по моей челюсти к шее, а его рука под брюками проникла глубже.
— Вэнс, — прошептала я ему в шею.
— Да?
— Нам нужно кое о чем поговорить, — я подумала, что, возможно, мне следует поделиться своим статусом девственницы.
Это могло его отпугнуть, в таком случае я бы ничего не потеряла, потому что если бы он не принял меня, я не захотела бы быть с ним. Если бы это его не отпугнуло, возможно, нам обоим стало бы легче.
Он поднял голову и посмотрел на меня, уголки его губ все еще были приподняты.
— Принцесса. — Он прижался ко мне бедрами, в то же время притягивая к себе, и я почувствовала его эрекцию. Она напугала меня и одновременно пробудила в животе трепет. — Время для разговоров было за ужином.
Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но Вэнс снова поцеловал меня, усердно работая языком, его другая рука пробралась мне под футболку, лаская спину. Это было приятно, достаточно приятно, чтобы не возражать.
Он прервал глубокий поцелуй и перешел на легкие — один, второй, третий. Я стянула резинку с его хвоста и запустила пальцы в его волосы. Они были густыми и шелковистыми, и это тоже вызывало приятное чувство.
— Вэнс, серьезно… — прошептала я, запутавшись пальцами в его волосах.
Затем я потеряла ход мыслей, когда его рука исчезла из моих брюк. Он отстранился и обеими руками потянул вверх мою футболку. Я отпустила его волосы и подняла руки вместе с футболкой, а затем она исчезла.
Хм…
Упс.
— Две секунды, — попросила я, начиная отчаиваться.
Он меня не слушал. Он разглядывал мое тело. Одну руку он держал на моей талии, прижимая меня к себе, а другой путешествовал по моему боку, ребрам и выше. Накрыл ладонью мою грудь поверх бюстгальтера, следя за своими движениями, затем провел по кружеву кончиками пальцев.
Мое отчаянье испарилось, а вместе с ним и моя способность нормально дышать.
Ладно, как угодно. Видимо, он обнаружит, что я девственница, в последнюю секунду. Какая разница? Народ в Африке голодал. Существовали вещи поважнее, о которых стоило переживать.
Но о них я побеспокоюсь позже.
Я прижалась к Вэнсу, зажимая между нами его руку, лежащую на моей груди, и поцеловала.
Мэй не ошиблась. Люди делали это целую вечность, и инстинкт взял свое. В мгновение ока все превратилось из медленного и сладкого в горячее и голодное.
Наши губы разомкнулись, мои скользнули по его челюсти, а язык попробовал вкус местечка под его ухом. Я запустила руки ему под куртку, стянула ее с плеч и скинула на пол. Затем проделала с его свитером то же самое, что и он с моей футболкой.
— О, боже, — прошептала я, взглянув на его обнаженные грудь и пресс, на напряженные и четкие мышцы живота. — Возможно, я поработаю с Люком и Мейсом, если они сделают меня такой же рельефной.