Глава 13
ЭШТОН
Я просыпаюсь от звонка будильника и резко сажусь в кровати. В голове проносятся невероятные образы прошлой ночи, и как бы мне ни хотелось списать их на сон, я знаю, что они были реальны.
Дэир был в моей комнате.
Он до смерти напугал меня, чуть не довел до сердечного приступа, когда я обнаружила его в своей постели, но я не думаю, что он хотел причинить мне вред. В тот момент мне казалось, что я переусердствовала с криками и пинками, но, оглядываясь назад, понимаю, что это было совершенно оправдано. На самом деле, я жалею, что не ударила его пару раз, чтобы доказать свою правоту. Нельзя просто ворваться в чужой номер и рассчитывать, что тебя не поколотят. Это же элементарно.
Тупая боль пульсирует в виске, но это не страшно, выпью обезболивающие. Я сбрасываю одеяло и иду к своему нераспакованному чемодану, роясь в поисках аптечки, зарытой на самом дне. Переодеваясь и готовясь к долгой дороге, я снова прокручиваю в голове наш странный разговор, пытаясь найти в нем смысл.
Он предупреждал меня... о себе. О членах группы Рэйдж.
Если ты знаешь, что для тебя лучше, ты будешь держаться подальше.
Его слова звучат у меня в голове, но я все еще не уверена, верю ли я им. Насколько опасными они могут быть? Вся наша встреча была странной, но он был убежден в той опасности, о которой пытался меня предупредить. Я слышала это в его голосе. Он был непреклонен, почти умолял меня держаться подальше.
Щеки заливает жар, когда я вспоминаю, как он прижал меня к стене, но улыбка тут же исчезает, когда я вспоминаю, что было потом. Темнота.
Я снова потеряла сознание.
Что за черт?
Я смотрю на место у двери, где мы стояли, снова и снова прокручивая это в голове. Мы поговорили, он извинился, а потом... ничего. Как и на лестничной площадке, я потеряла сознание, а очнувшись, обнаружила, что осталась одна.
Что-то здесь не сходится.
Никогда в жизни я не падала в обморок, но оба раза рядом с Дэиром теряла сознание. Это ненормально или чертово совпадение, но я понятия не имею, что могло это вызвать. Нервы? Беспокойство? Мое буйное либидо, которое, похоже, в последние дни берет надо мной верх?
Я ругаюсь сквозь зубы, натягивая легинсы перед тем, как обуть и зашнуровать ботинки. Я хотела поговорить с близнецами, чтобы получить ответы, а теперь у меня ещё больше вопросов. Визит Дэира не был бесполезным. Я узнала кое-что новое, но этого недостаточно.
Нет. Он все еще должен мне ответы, и я их получу, нравится ему это или нет. Если придется поговорить со Стилом, чтобы получить их, пусть будет так.
Мой желудок урчит, умоляя остаться и заказать бесплатный завтрак, предлагаемый отелем, но я надеваю мешковатую футболку и направляюсь к двери. О еде я подумаю после того, как устрою разнос близнецам. Сейчас еще рано, и они, вероятно, еще в автобусе. Если я потороплюсь, то успею их застать. Если я появлюсь, стуча в дверь, им придется со мной поговорить, верно?
Звучит как план, и я не предвижу никаких заминок, пока не распахиваю дверь и почти не врезаюсь в фигуру, стоящую за ней. Джесси стоит там, его кулак застыл в воздухе, словно он собирался постучать, и я останавливаюсь, чтобы не сбить его с ног.
— Джесси? — выдыхаю я, удивленная его присутствием. Я думала, что они все будут отсыпаться после веселой ночи. В другой руке у него коричневый бумажный пакет, и от него исходит слабый запах черники. —Что ты здесь делаешь?
— Я не мог уснуть, — признается он, проведя рукой по своим растрепанным черным волосам. Он одет в спортивные штаны и футболку, остатки подводки видны вокруг его голубых глаз. — Я захватил завтрак, подумал, может ты голодна.
Этот жест сразу же согревает мое сердце и успокаивает мой урчащий желудок. Я с улыбкой беру пакет.
— Спасибо. Сколько я тебе должна?
Он отмахивается от моего предложения.
— Не беспокойся об этом. Ты идешь пить кофе?
Я закусываю губу, раздумывая, стоит ли говорить ему, куда я направляюсь. Если скажу, он, скорее всего, захочет пойти со мной, и, хотя я была бы рада компании, но не хочу, чтобы он все неправильно понял. Мне следует быть с ним честной и дать понять, что я не заинтересована в отношениях, но сейчас не время.
Сейчас я думаю только о том, чтобы добраться до их автобуса, прежде чем Рэйдж отправятся на следующую концертную площадку. Мне нужно поговорить с близнецами. Мне нужно высказать Дэиру все, что я думаю.
Джесси придется подождать.
— Нет, я встречаюсь кое с кем этим утром, — говорю я, моя улыбка становится натянутой. Чувствует ли он мое смущение? — Я уже опаздываю... Проспала. — это ужасная отговорка, и он, вероятно, видит меня насквозь, но мои пальцы уже дрожат от адреналина.
Что, если Рэйдж уже уехали?
Что, если я упустила свой единственный шанс поговорить с ними, прежде чем мы приедем в Даллас?
— Понял, — говорит Джесси, пряча разочарование за усмешкой. — Что ж, тогда тебе лучше поторопиться. Увидимся, когда будем загружать фургоны.
Он разворачивается и уходит по коридору, не сказав больше ни слова, а у меня в животе закипает чувство вины. Как бы мне ни хотелось установить границы, я не хочу, чтобы Джесси расстраивался из-за меня. Мы оба часть группы, часть команды. Наш успех зависит от того, насколько хорошо каждый из нас выполняет свою роль, и если между участниками возникнут разногласия, все полетит под откос.
Я знаю, потому что такое уже случалось. Когда мой бывший, Лейф, ещё был в группе, его плохие дни становились плохими для всех. Особенно для меня.
Я мысленно отмечаю, что нужно будет поговорить с Джесси позже. Я найду время, чтобы мы сели и все обсудили, но сейчас я не могу об этом думать. Я уже разворачиваюсь и мчусь к лифту, надеясь, что не опоздала.
Конечно, я всегда могу поговорить с Дэиром и Стилом, когда увижу их снова, но я не уверена, что мое сердце выдержит ожидания. Я слишком нетерпелива, слишком взволнована, слишком отчаянна, чтобы ждать те девять или десять часов, которые нам понадобятся, чтобы добраться до следующего города. Я жму на кнопку вызова лифта, постукивая ногой, пока жду, но он едет достаточно медленно.
Я направляюсь к лестнице, открывая дверь и прыгая через две ступеньки сразу, пока не попадаю в вестибюль. Мои ботинки скользят, когда я быстро иду по глянцевому кафельному полу, и я проталкиваюсь через турникет, спеша по тротуару в сторону стадиона. На улице ещё рано, солнце только начинает пробиваться через окружающие небоскрёбы, раскрашивая небо, как акварелью; это потрясающее размытие радуги, накрывающее город.
Когда я добегаю до угла, у меня перехватывает дыхание, но я не сбавляю темп. Может, я и натренирована петь и танцевать час подряд на сцене, но это не сравнится со спринтерским бегом в ботинках на платформе по улицам центра города. И все же я продолжаю бежать, даже когда мои легкие начинают гореть.
Я даже не знаю, что скажу Дэиру, когда доберусь до него, но, учитывая всю накопившуюся растерянность и злость, я, скорее всего, просто начну кричать.
И правильно сделаю.
Я поворачиваю направо, и вот уже вижу здание стадиона, и мои надежды взлетают. На парковке почти нет машин, что логично в такой ранний час, но автобусы обычно паркуются за зданием. Я спешу, насколько могу, сжимая пакет с завтраком, который дал мне Джесси.
Это напоминание мне, что нужно серьезнее относиться к кардио. Никогда не знаешь, когда оно пригодится...
Когда я наконец огибаю угол здания, я обыскиваю немногочисленные автобусы в поисках хоть какого-нибудь логотипа Рэйдж, кровь неистово бьется в моих венах, пока я пытаюсь перевести дыхание. Однако я не вижу ни одного из их автобусов.
Не желая признавать поражение, я продолжаю идти, проверяя каждый автомобиль на стоянке на случай, если пропустила их в первый раз.
Их нет.
— Чёрт, — шиплю я, глубоко дыша, пытаясь успокоить бешеный пульс. Очевидно, они уехали до восхода солнца. Невозможно сказать, где они сейчас, но одно ясно: их здесь нет.
Я ругаюсь, пинаю маленький камень, и он скользит по асфальту. Конечно, мне везет, как обычно. Дэир, вероятно, убедил их уехать раньше, чтобы избежать встречи со мной.
—Если ты знаешь, что для тебя лучше, то будешь держаться подальше. — я снова слышу его голос, и разочарование угрожает раздавить меня.
Теперь, как бы мне ни не хотелось, придется ждать как минимум полдня, чтобы снова попытаться поговорить с ними, и это еще если они согласятся говорить со мной. Дэир мог высказаться о необходимости держать дистанцию, но я еще не сказала своего слова.
Раздраженная, я лезу в бумажный пакет и достаю черничный маффин, все еще теплый. Я вгрызаюсь в него, почти не чувствуя вкуса, обдумывая все вещи, которые хочу сказать — или прокричать — близнецам.
Наш разговор не закончился прошлой ночью, и я не позволю Дэиру сказать последнее слово в этом вопросе. Это еще далеко не конец.