Глава 15
ЭШТОН
— Привет. Ты Эштон, верно? — спрашивает Ники, спускаясь из гастрольного автобуса и закрывая за собой дверь.
На ней розовые пижамные шорты и мешковатая футболка, а на ногах лягушачьи тапочки. Раньше я видела ее только в черной одежде, подчеркивающей ее пышную фигуру, с безупречным макияжем и подводкой вокруг глаз. Видеть ее в пижаме странно, но и удивительно уместно.
— Да, привет...
Не знаю, с чего начать и что сказать. Кроме близнецов, нет никого лучше Ники, кто мог бы меня выслушать, но до этого мы общались всего пару раз и то мимоходом. Кроме того, что я читала о ней в интернете, я знаю о ней не так много, но, по крайней мере, к ней можно найти подход.
Пытаясь понять, с чего начать, я паникую. Как много я могу ей рассказать? Могу ли я сказать ей, что знаю их имена? Или мне следует держать эту информацию при себе? Могу ли я сказать ей, что Дэир ворвался в мой номер? Или это станет причиной раскола в их группе?
— Близнецы здесь?
Она качает головой, сочувственно улыбаясь.
— Нет, они сделали остановку по дороге и еще не приехали.
Я неловко переминаюсь с ноги на ногу. Хотя Ники, вероятно, лучший человек, чтобы помочь мне, она была последней, кого я ожидала увидеть. Я быстро перебираю мысли, которые роятся у меня в голове, пытаясь привести их в порядок.
— Ты знаешь, когда они приедут? — спрашиваю я, стараясь не выдать своего нетерпения. Если мне придется ждать ещё дольше, я, наверное, сойду с ума. Я и так держусь на последнем издыхании. — Мне просто... нужно поговорить с ними.
Ники наклоняет голову в сторону, ее брови сдвигаются в беспокойстве.
— Все в порядке, Эштон? Они что-то натворили?
Я открываю рот, но снова его закрываю, когда эмоции начинают бушевать внутри меня. Больше всего на свете я хочу обсудить с кем-то происходящее, то, с чем я столкнулась, но мне страшно. Что, если откровенность с Ники навредит близнецам и вызовет проблемы в группе?
Почему меня это волнует? Это послужит Дэиру хорошим уроком за то, что он был таким засранцем, но я не собираюсь разрушать его карьеру.
Я вздыхаю.
— В каком-то смысле? Ничего плохого. Они просто исчезли и не дали мне никаких ответов.
— Ах, это похоже на них, — мягкая улыбка все еще играет на ее губах. — Они скоро приедут. Хочешь, я им позвоню?
Да.
— Нет, не надо, — отвечает мой рот вместо меня.
— Ты уверена? — Она поднимает брови и понижает голос. — Я не скажу им, что ты спрашивала, если это поможет.
Это действительно поможет. Не хочу, чтобы они знали, что я жду их. Им не стоит давать дополнительную возможность раздуть свои и без того огромные эго.
После мгновения нерешительности я киваю.
— Хорошо. Только чтобы они не узнали, что я здесь.
— Конечно. Почему бы тебе не зайти? — предлагает она, снова открывая дверь автобуса. — Я оставила телефон внутри.
Я нервно смотрю на закрытое окно над головой, как будто жду, что Себастьян в любой момент высунется и скажет мне уходить. Что, если он внутри без своей маски, и я случайно разрушу всю таинственность?
— Себастьян не будет против?
Она фыркнула и покачала головой, приглашая меня следовать за ней.
— Он ушел на прогулку и, вероятно, будет отсутствовать некоторое время. Кроме того, ко мне нечасто приходят гости. Джозелин почти всегда занята на работе, а на гастролях трудно завести друзей.
Я смутно помню другую девушку, приходящую на несколько концертов пышную латиноамериканку, которая всегда выглядит так, будто готова к фотосессии. Она всегда выделялась в своей дизайнерской одежде и больших солнечных очках. Если бы мне пришлось угадывать, то Ники говорила именно о ней.
— Да, бывает немного одиноко, — вздыхаю, осознавая, что у нас с Ники больше общего, чем я думала.
У меня есть моя группа, и, хотя они потрясающие, они не могут заменить подругу, с которой можно смеяться и сплетничать. Я не могу говорить с ними о симпатичных парнях — или сексуальных гитаристах — или устраивать с ними ночевки, где мы просто смотрим фильмы и едим вкусности до отвала. Это совершенно не то же самое. Хотя, думаю, если я достаточно мило попрошу, Мик мог бы надеть платье и пойти со мной в город на девичник. Он именно тот, кто всегда поддерживает.
— Ну, знаешь, я всегда рядом, — говорю я, следуя за ней по ступенькам в автобус.
Не знаю, чего ожидала, но внутри все совсем не так, как снаружи. Внешний вид автобуса стильный и полностью черный, за исключением ярко-красного логотипа «Рэйдж» по бокам. Внутри же все в светлых тонах, современное сочетание белого и бежевого. Бежевая кожаная мебель, белые стены, приборы из нержавеющей стали. Красиво, словно из журнала.
— Вау, — присвистываю я.
— Красиво, правда? — улыбается Ники с гордостью. — Я говорила Себастьяну, что нам не нужен такой большой автобус, но он настоял.
Отвечаю ей ухмылкой, радуясь тому, что он заботится о ней. Не то чтобы я думала, что это не так, но у рок-звезд не самый лучший послужной список, когда дело доходит до верных, любящих отношений. Я знала нескольких, чье эго раздувалось быстрее, чем их карьера, и они начинали относиться к окружающим как к мусору. Похоже, с Ники дело обстоит иначе.
Хорошо. Мне бы не хотелось переезжать Себастьяна его же автобусом, но я не буду стоять в стороне и смотреть, как с кем-то плохо обращаются.
Она тянется за телефоном на столе и плюхается в кресло, листая контакты и нажимая кнопку вызова. Под светом люминесцентных ламп Ники кажется немного бледнее обычного, с темными кругами под глазами.
Сомневаюсь, что она хорошо спала, но не буду лезть на рожон и спрашивать почему.
Может, все не так идеально, как казалось на первый взгляд?
— Привет, Эмрис, — говорит она, когда кто-то поднимает трубку. — Я просто хотела узнать, как долго вы еще будете добираться сюда.
Приглушенный ответ доносится из телефона, но я не могу разобрать слов.
— Полчаса? — Она смотрит на меня и кивает, а затем обращает внимание на свои фиолетово-черные ногти. — Близнецы не поубивали друг друга?
Я навострила уши, и мое сердце заколотилось при упоминании о них. Близнецы дрались? Это интересно. Наверное, Стилу не понравился тот факт, что Дэир пришел ко мне один. Или они ссорились по совершенно другой причине.
Кто сказал, что это вообще связано со мной?
— Увидимся, когда приедете. Будьте осторожны. — Ники кладет трубку и жестом приглашает меня сесть на диван напротив нее. — Присаживайся. Чувствуй себя, как дома. Здесь особо нечем заняться, но ты можешь подождать их здесь.
Волна нервозности заставляет мои щеки покраснеть, и я не уверена, хочу ли остаться здесь и ждать близнецов или убежать обратно в свой номер. Я весь день ждала возможности поговорить с ними, но теперь, когда до этого осталось меньше часа, нервы берут верх. У меня сводит живот.
— Не уверена, что хочу быть здесь, когда они вернутся, — смеюсь я, заставляя себя улыбнуться. — Честно говоря, я не совсем понимаю, что делаю. У меня есть вопросы, и я очень хочу получить ответы, но я также немного нервничаю. Понимаешь?
Она медленно кивает.
— Я тебя понимаю. С этими ребятами действительно сложно разобраться.
У меня перехватывает дыхание, но я стараюсь казаться невозмутимой. Значит, Ники действительно знает, что с этими мужчинами что-то не так. Конечно, знает. Она бы ни за что не стала встречаться с Себастьяном, не зная, во что ввязывается.
По крайней мере, я надеюсь, что не стала бы.
Я сажусь на диван и складываю руки на коленях. Чувствую себя слишком нарядной в своих кожаных шортах, сетчатых колготках и топе, но пытаюсь устроиться поудобнее. У меня есть несколько минут, чтобы решить, хочу ли я быть здесь, когда они вернутся.
Что плохого в том, чтобы познакомиться с Ники? Может, она поможет мне решить, что делать.
Новые вопросы рождаются в моей голове, пока я смотрю, как она листает свой телефон. Не знаю, о чем спросить. Она поклялась хранить тайну так же, как близнецы? Или она может дать мне больше информации? Знает ли она вообще хоть что-то? Или тоже в неведении относительно того, о чем говорил Дэир?
Я так погружена в свои мысли, что почти пропускаю момент, когда она снова начинает говорить:
— Итак, это был Дэир или Стил? Или оба? Они редко куда-то ходят в одиночку.
Я смеюсь, представляя Дэира в моей комнате прошлой ночью, и волна облегчения накрывает меня.
— Могу я использовать их имена?
— Конечно. Я подумала, если они провели с тобой достаточно времени, чтобы оставить тебя с вопросами, то уже рассказали бы тебе, — говорит она. — Как ты, наверное, знаешь, их трудно держать на привязи. Они делают, что хотят, и просто терпят гнев Себастьяна.
Да, это похоже на них.
— Это был Дэир, — отвечаю я. — В основном. Он пришел ко мне в отель прошлой ночью.
Брови Ники поднимаются в удивлении.
— Ого. Наверное, из-за этого они и ссорились. Эмрис сказал, что все было плохо.
— Плохо?
Она кивает.
— Тобиасу и Эмрису пришлось разнимать драку.
Мои глаза округляются. Драку?
— Вот дерьмо, — бормочу я достаточно громко, чтобы она услышала. Я не ожидала, что они действительно будут драться из-за произошедшего, и не знаю, как к этому относиться. — С ними всё в порядке?
— О да, они в порядке. Пара синяков, насколько я понимаю. — Она ставит телефон на подлокотник и смотрит в мою сторону. Несмотря на усталость, она выглядит довольной. — С таким количеством тестостерона в замкнутом пространстве автобуса это бывает. Не волнуйся, все будет хорошо.
Мысль о том, что близнецы будут драться в тесном гастрольном автобусе и опрокидывать мебель, могла бы показаться комичной, если бы я не волновалась за них. Они могут быть засранцами, но я не хочу, чтобы они пострадали, и это вызывает совершенно другие сложные эмоций.
Почему меня волнует, пострадают ли они?
— Ники, мне нужно знать кое-что, — говорю я внезапно, отчаянно пытаясь отвлечь себя от эмоций, угрожающих задушить меня. — Дэир упомянул, что это опасно. Я просто... хочу знать, во что я ввязываюсь.