— Ты. Что ты скрываешь?
— 25-
Я напряглась, руки стали влажными. Ребята придвинулись поближе, и Иван не пропустил это действо. Он приподнял одну бровь.
— Я задал вам вопрос, юная леди.
Я с трудом сглотнула, используя совет Коби, и глядя ему в нос, а не в глаза.
— Я не скрываю ничего из того, что мне известно.
Иван хрюкнул.
— Это мы еще посмотрим.
Он протянул мне руку. Я мгновение смотрела на нее, прежде чем вложить свою. Глаза Ивана вспыхнули, но он продолжал держать. Я поспешила отдернуть руку, пока он изучал меня с задумчивым выражением лица.
— Очень интересно.
Его реакция заставила женщину шагнуть вперед, протягивая свою идеально наманикюренную руку.
— Я Цинна.
— Роуэн, — сказала я, слегка наклонив голову.
Ее пожатие было недолгим, но в выражении ее лица была настороженность, когда она отпустила меня. Она взглянула на Ивана.
— Этому должно быть какое-то объяснение.
Следующим выступил Калеб.
— Приятно познакомиться с тобой, Роуэн. Я Калеб. — Выражение его лица не было ни теплым, ни холодным, но в нем было нечто оценивающее, что я с трудом сдержалась, чтобы не съежиться.
— Мне тоже. — Я неохотно протянула руку.
Калеб взял ее, и на мгновение у него отвисла челюсть. Он быстро прикрыл ее, отпустив мою руку и отступив назад.
— Будь я проклят.
— Из-за чего, черт возьми, весь сыр-бор? — спросил Грегор, направляясь ко мне.
Было что-то в том, как он двигался, в твердости его взгляда, что заставило меня отступить на шаг. Рука Вона легла мне на поясницу.
— Мы здесь, — прошептал он.
Грегор прищурился, глядя на Вона.
— Убери руку, чтобы я мог четко прочитать.
Вон хмуро посмотрел на Грегора, но сделал, как тот приказал.
Грегор не стал дожидаться, пока я отвечу на его рукопожатие, он схватил меня за руку прежде, чем я успела ее поднять. Его глаза расширились, а ухмылка, растянувшаяся на его лице, была не менее чем устрашающей.
— Это будет весело.
Я выдернула свою руку из его хватки, не заботясь о том, что это было грубо.
Грегор повернулся к Мейсону.
— Ты был не совсем честен с нами, Мейсон. Ты преуменьшил ее силу. Ложь совету — наказуемое преступление.
Холден напрягся рядом со мной, и я вложила свою руку в его, крепко сжав.
Мейсон не выказал ни малейшего намека на реакцию.
— Я бы никогда не оскорбил совет ложью. Я сообщил вам, что она могущественна, наша первая целительница за последние столетия. Если вы почувствуете что-то еще, пожалуйста, сообщите нам.
Иван оперся на трость, оглядывая комнату. Его взгляд то и дело возвращался к парням, стоявшим по бокам от меня.
— В старых текстах есть пророчество. Что придет волк, чтобы разоблачить гниль в сообществе перевертышей. У нее будет пять партнеров и несказанная сила. Она уничтожит болезнь среди нас и по-настоящему объединит стаи.
Холден крепче сжал мою руку, а Вон толкнул меня в другой бок.
Иван сделал несколько неуверенных шагов вперед.
— Была ли раскрыта твоя связь?
Я взглянул на Мейсона в надежде получить какие-нибудь указания.
— Посмотри на меня, — рявкнул Иван.
Я резко повернула к нему голову.
— Да.
— Покажи нам метку, — потребовал Грегор.
Энсон издал низкое рычание, и Лукас схватил его за плечо, сильно надавив.
Я отпустила Холдена и немного приподняла футболку, одновременно одергивая пояс спортивных штанов.
Цинна ахнула и резко повернулась к Мейсону.
— Ты думаешь, что сможешь провести нас, сымитировав что-то подобное?
— Это не подделка, — спокойно сказал Мейсон.
Калеб изучал меня все тем же оценивающим взглядом, будто пытался сложить все кусочки головоломки на места. Он двинулся вперед, медленно протягивая руку. Он завис над моей меткой, но не коснулся ее.
— Это не подделка. — Его взгляд скользнул по пяти точкам звезды. — Метка также не завершена. Ты знаешь, кто твои партнеры?
— Ты смотришь на них, — сказал Энсон твердо.
— Ты, должно быть, шутишь, — рявкнул Грегор. — Дикий волк находится в ее узах?
Вон оскалил зубы на члена Четверки.
Грегор отступил на шаг.
— Это должно быть исправлено.
— Судьбу не исправишь, Грегор. Ты это знаешь. Эта связь предопределена судьбой. Ты не можешь ее нарушить, — сказал Мейсон.
Выражение лица Грегора помрачнело.
— Есть способы.
— Был ли исследован ее дар? — спросил Калеб, вмешиваясь в разговор.
— Она исцелила себя и двух своих партнеров по узам, — сообщил им Мейсон.
Цинна сняла невидимую пылинку со своего платья.
— Нам нужно проверить ее еще.
Проверить? Что это значило? Я мгновенно представила, как Четверка причиняет боль людям только для того, чтобы я их исцелила.
Иван шагнул вперед, и впервые я увидела в его взгляде намек на сочувствие.
— Нам нужно знать, с чем мы имеем дело. И та ли ты, о ком говорится в пророчестве.
— Нам также нужно знать, правильно ли Мейсон тебя инструктирует. Возможно, Риджвудская стая — неподходящее место для тебя, — сказал Грегор.
Я подняла на него взгляд. Мой волк требовал, чтобы я не отступала.
— Это мой дом. Моя семья. Я никуда не уйду.
Вокруг меня раздалось низкое одобрительное рычание.
Грегор свирепо посмотрел в мою сторону. Я чувствовала, как его сила давит на меня. Он пытался заставить меня подчиниться. Подчиняться ему и его решениям. Этого не должно было случиться. Я не сводила с него глаз. Независимо от того, сколько силы он бросал в мою сторону, я заставляла свой подбородок оставаться поднятым и не отводила взгляда.
— Невероятно, — прошептал Калеб.
Грегор издал рычание.
— Сколько ей лет?
Никто не произнес ни слова.
Грегор повернулся к Мейсону.
— Я задал вопрос.
— Семнадцать.
Грегор радостно ухмыльнулся.
— Ты осиротевший волк-оборотень, который еще не достиг совершеннолетия. Ты находишься под опекой совета.
Я задрожала, но сделала все возможное, чтобы этого не показать. Я так устала от взрослых, думающих, что они знают, что для меня лучше. Я уставился на Грегора.
— Одна неделя. У меня есть одна неделя до того, как мне исполнится восемнадцать. Если вы попытаетесь забрать меня отсюда, я уйду, как только закончится эта неделя, и я заставлю вас заплатить за это.
Грегор подкрался ко мне.
— Ты думаешь, что знаешь, в какую игру играешь, малышка. Но ты даже не представляешь.
— 26-
Я опустилась на кровать в комнате Холдена, уронив голову на руки. В моем черепе раздавался ровный барабанный бой. День, казалось, длился вечно, и я ни разу не смогла ослабить бдительность.
Очевидно, по приезду совета в город должен был состояться официальный прием. Трапеза за трапезой, в то время как каждый член стаи приветствовал Четверку, и они выслушивали любые проблемы, которые возникали у волков. Должно было помочь то, что сейчас я не была в центре внимания, но члены Четверки, казалось, постоянно искали меня взглядами. Оценивая каждое мое движение.
Когда они наконец разошлись по хижинам на ночь, мне захотелось заплакать от облегчения. Я весь день была так на взводе, что совершенно вымоталась. Я едва успела подняться по лестнице в комнату Холдена.
Кровать прогнулась, когда Лукас забрался на нее. Он оказался у меня сзади, впившись пальцами в мои плечи. Он не сказал ни слова. Просто позволил бальзаму его присутствия пронизать меня.
Холден присел передо мной на корточки, положив руки мне на колени.
— Ты справилась потрясающе. У тебя все получится.
— Да? — Завтра Четверка должна начать мое тестирование. — Я только что научилась контролировать изменение. Я понятия не имею, что на самом деле могу делать. Грегор может вывести меня из себя, и я могу отправить его в полет через всю комнату.
— Что было бы потрясающе, — сказал Энсон, ухмыляясь.
Кин отвесил ему подзатыльник.
— Не помогаешь.
Вон прислонился к комоду в углу. Он не ушел после ужина, как обычно, но я не была уверена, останется ли он. Я слишком устала, чтобы перебирать в уме все эти «что, если». Он уставился на руки Лукаса на моих плечах.
— Они мне не нравятся.
— Тебе никто не нравится, — пробормотал Энсон.
Вон хмуро посмотрел на него.
— У них плохие мотивы.
— Он прав, — сказал Люк, когда большими пальцами разминал узлы мышц в моих плечах. — Я не мог уловить подробностей, но не чувствовал тепла и пушистости, исходящих ни от кого из них.
— Не думаю, что Цинна настолько плоха. Она так погружена в себя, что явно не волнуется обо мне.
Кин скорчил гримасу.
— Она не волнуется о тебе, пока ты не станешь угрозой ее власти.
Холден подошел и сел рядом со мной на кровать.
— Он прав. Есть шанс, что ты могущественнее их всех. Однажды ты сможешь заменить одного из них в Четверке.
У меня отвисла челюсть.
— Что? Я этого не хочу.
— В четверке всегда четыре самых сильных волка. У тебя не будет выбора, — объяснил Холден.
— Если только они просто не решат пригласить меня куда-нибудь завтра, — пробормотала я.
— Этого не случится, — процедил Вон сквозь зубы.
— Как мне это остановить? Мне нужно заставить их поверить, что я не так сильна, как они изначально думали.
Кин мгновение изучал меня.
— У меня есть идея.
Руки Люка замерли на моих плечах.
— Какая?
— Нам нужно заставить Ро потратить кучу энергии, прежде чем они начнут тестирование.
— Если ты хочешь, чтобы я пробежала марафон завтра утром, я сделаю тебе больно.
Кин ухмыльнулся.
— Это один из способов, но я больше думал о том, что ты могла бы подзарядить всех нас.
Я моргнула, глядя на него снизу вверх.
— Ты же знаешь, что у меня нет ни малейшего представления о том, как это сделать, верно?
— Мы научим.
Раздался стук в дверь, и Кин распахнул ее. Появились Касс и парень, которого я не узнала. Она улыбнулась мне.
— Привет, девочка. Ну и денек выдался, а?
Я фыркнула.
— Преуменьшение века.
Она подошла ко мне и наклонилась, чтобы Обнять.
— Ты отлично справляешься. — Она выпрямилась и шагнула обратно в объятия парня. — Это Купер, мой парень.
Купер выглядел так, словно ему место в журнале для серферов, с его лохматыми светлыми волосами и золотистой кожей. Я приложила все усилия, чтобы улыбнуться ему.