— Твоё хорошенькое тело набухла от желания, чтобы его трахнули. Надеюсь, ты не такая хрупкая, какой кажешься. — Роуэн подошёл к краю гигантской кровати.
Я заметила, что тёмные усики отделились, чтобы остаться на мне, но в момент, когда он оказался близко, вцепились в него, словно притянутые магнитами. Официально это самый причудливый секс во сне за всю жизнь. Опустившись на колени на краю кровати, Роуэн подался вперёд, чтобы посмотреть на мою сердцевину.
— Ты предлагаешь мне такую прелестную розовую плоть, Мойра.
Лихорадочное дыхание Роуэна коснулось моего лона, прежде чем его язык одним ненасытно широким движением прорвался сквозь месиво возбуждения. Он скользнул от одного конца влагалища к другому, коснувшись клитора настойчивым движением, прежде чем повторять это снова и снова, пока моё тело не задрожало от потребности в освобождении. Его раздвоенный язык обвёл мой вход, прежде чем проникнуть во влагалище и заставить меня стонать так громко, что все звери, наблюдавшие за нами, начали одобрительно рычать. Он прикасался ко мне только языком, и я балансировала на грани блаженного восторга. Его порочный, хрипловатый смех вибрировал у моего лона.
— Ты на вкус как грех, но тугое тело обещает рай. Таков твой план? Отвести меня в церковь и попытаться искупить душу? Просто, чтобы ты знала, я бы предпочёл превратить тебя в грешницу и испить из твоего святого грааля, милая Мойра.
— Я голосую за то, чтобы ты сделал меня грешницей и позволил вкусить пламя твоего ада. — Если он не трахнет меня в ближайшее время, я сойду с ума. То, как его глаза наполнились чернильным цветом, поглощающим белизну, а рога удлинились, заставило меня захныкать от собственной неминуемой смерти. Но, честно говоря, если сучке суждено умереть, я предпочту, чтобы меня жестоко оттрахали, и я вознеслась бы на Небеса и сказала им, что меня затрахали до смерти. Подожди, попаду ли я в Рай, если позволю демону трахать меня шестью способами до воскресенья?
Давление на кровать предупредило меня, что он перестал играть со мной, и внутренне мысль о том, что он будет трахать меня до потери сознания, привела в восторг.
— В первый раз будет довольно тесно, — предупредил он, когда его толстая, головка потёрлась о вход. Он не поместиться. Это осознание украло всю браваду и заменило страхом. Угрожающий, зловещий смех подсказал, что он заметил это, но всё равно толкнулся вперёд. Давление превратилось в жгучую боль ещё до того, как Роуэн хотя бы слегка толкнулся в меня. Крик боли, который я издала, когда тело сжалось вокруг его члена, сопровождался всхлипываниями, исходящими от него, и тем, что, чёрт возьми, было скрыто в лесу. Как будто они были продолжением Роуэна или что-то в этом роде.
— Расслабься, Мойра. Ты такая хорошая, принимаешь мой член в своё тугое, жаждущее тело.
Расслабиться? Он серьёзно? Он даже головкой члена не вошёл, а тело чувствовало себя так, словно его разрывали. Он толкнулся глубже, заставляя мои стенки уступить его вторжению. В тот момент, когда я почувствовала металл, подавила стон боли и похвалила себя за то, что сделал ещё шаг по гигантской лестнице, по которой он заставлял меня карабкаться. Чёрт, больно!
От боли моё тело сжималось, поэтому я поёрзала, пытаясь приспособиться, чтобы продвинуть его чудовищный член глубже.
Скрежет зубов Роуэна подсказал, что он тоже напрягся. А когда что-то начало пульсировать у моих стенок, тело задрожало. Его член завибрировал, а затем на нём появились те странные бугорки. Но Роуэн добавлял удовольствия и мог выполнять многие трюки. Очевидно, что Роуэн из сна не человек, и я создала эту версию. Я бы не стала записывать этот сон в дневник. Если умру, не хочу, чтобы кто-нибудь читал об этом дерьме. Я застонала, когда бугорки начали двигаться вверх и вниз по его члену, будто были внутри чудовищного члена.
Что это за хрень?
Его член что, Могучий Рейнджер? Что, чёрт возьми, ласкало, пульсировало и лизало меня? Я зажмурилась, а на лбу, шее и груди выступили капельки пота, когда Роуэн зарычал, толкаясь глубже.
— Хорошая девочка, — промурлыкал он, прежде чем склонился надо мной и медленно задвигал бёдрами, создавая трение. Мягкие, нежные поцелуи покрывали моё лицо и шею, пока я знойно стонала. — Тебе так чертовски хорошо со мной. Твоё тугое тело сдавливает меня, умоляя его испортить. Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы я растянул его, заставляя вобрать в себя весь член, пока не станет чертовски, до боли полным?
— Да! — Я кричала и извивалась в его объятиях. Это похоже на безумие? Неужели я свихнулась? Кого, чёрт возьми, это волновало? Вроде, нет… по крайней мере, не в данный момент.
— Всё, Роуэн. Я хочу тебя всего сейчас, — прорычала я, когда он задрожал надо мной.
— Я разорву тебя на части, Мойра Дарлинг. — Его самодовольство только разозлило и бросило вызов. В конце концов, это сон, верно? Я сопротивлялась, и он рычал вместе с существами из леса.
Роуэн отстранился, пока головка его члена не оказалась у входа, а затем рванулся вперёд, не обращая внимания на жгучую боль. Это эротично и неправильно. Это греховный разврат в прямом смысле этого слова. Роуэн это прекрасная распущенность, желание и плотский голод. Его дрожь, когда моё тело принимало дюйм за восхитительным дюймом его члена, заставляло меня жаждать его ещё больше. Когда он раздвинул мои ноги ещё шире и проник глубже, уставился на меня с горящим собственническим выражением лица. Звуки, которые я издавала, изменились с мучительных стонов на вздохи страсти, когда он продолжал толкаться в меня. Руки, державшие мои бёдра, наконец, отпустили их, поэтому в следующий раз, когда он погрузился глубоко, я приподнялась. Он замер — его основание прижалось к моему входу, — когда сильная дрожь сотрясла нас обоих. Затем он упёрся костяшками пальцев в матрас и приподнялся, чтобы посмотреть туда, где мы соединены. Затем посмотрел на меня, прежде чем остановиться на победоносной улыбке, тронувшей мои губы. Это что-то сломало внутри него, и он начал дико двигаться. Моё удовольствие нарастало с головокружительной скоростью, в то время как что-то внутри меня лизало и ласкало точку G, которая без предупреждения вознесла меня к звёздам. Оргазм был неистовым и пронзил меня с той же грубой и животной потребностью, с какой этот ублюдок трахал меня.
— Ты, непослушная маленькая шлюшка, принимаешь меня всего, — промурлыкал он. — Твоё тело так чертовски приятно сдавливает. Такая хорошенькая штучка кончает на меня, как маленький ненасытный чертёнок. — Когда я попыталась избежать следующего оргазма, Роуэн подталкивал меня прямо к нему, смеялся и просто трахал меня сильнее. — Да, сразись со мной. Один за другим оргазмы накатывали на меня, пока у меня не заболел живот от их силы. Слёзы потекли из глаз от восторга. — Ты чертовски красивая. — Его бёдра двигались, как у машины, работающей на опасном режиме, и грязное дерьмо, которое он шептал, сковало тело в бесконечном оргазме.
Когда он откинулся назад, схватил меня за горло и увлёк за собой. Другой рукой он скользнул к моему бедру, крепко прижимая к себе, и начал выводить тазом круги. Мой клитор дико запульсировал от давления, и существа в лесу стали почти дикими от предвкушения и одобрения. Извращенцам нравилось наблюдать, как он сильнее входит в меня. Моё внимание переключилось, и хватка, которую он держал на моём горле, усилилась.
— Посмотри на меня, Мойра. Не беспокойся о них, они часть меня, — прорычал он, но затем напрягся всем телом, и снова я потеряла контроль над собой. Его имя слетело с моих губ, когда оргазм пронёсся по телу подобно торнадо, вращающемуся по спирали. Его имя прозвучало как благословение, которое одновременно провозгласило Роуэна моим богом и спасителем. Стоны тысяч существ достигли крещендо, которое эхом разносилось по ночи, как сочувствие к удовольствию.
— Чёрт, ты совершенна. Ты нравишься нам больше, чем мы ожидали.
— Мы? — прошептала я дрожащими губами.
— Да, мы. — Он толкнул меня на кровать, дьявольски улыбаясь, когда выходил из моего тела.
— Кто ты, чёрт возьми, такой? — спросила я, что следовало сделать, прежде чем трахать.
— Я — Легион, — пробормотал он, наклоняясь вперёд и нежно целуя меня в лоб. — И нас много. Всем было приятно испытать твоё наслаждение, Бишоп.
— Прости? — Я вскрикнула, когда замешательство и страх пронзили меня.
— Ты даже не стала ждать, пока остынешь, прежде чем включила мозг. — Поднявшись с кровати, он прищёлкнул языком, отчего усики, всё ещё ласкавшие меня, медленно вернулись к нему. Натянув спортивные штаны, он сполз с кровати, не сводя с меня глаз, и удовольствие, кипевшее в них, разливалось теплом по моей плоти. — Теперь, когда ты наша, должна для нас кое-что сделать. Мне нужно, чтобы ты проснулась, а затем на цыпочках спустилась вниз, открыла входную дверь и пригласила нас внутрь. А теперь будь хорошей девочкой и проснись.
Я резко выпрямилась в постели, и моя рука тут же оказалась зажатой у меня между ног. Боли или мучительного ожога не было, что говорило о том, что всё это было кошмаром. Мой мозг медленно затуманивался по мере того, как потребность в тишине проникала в сознание. Громовой стук сердца вызвал замешательство, затуманившее мысли, пока они не исчезли, сменившись страстными словами Роуэна.
Соскользнув с кровати, я стянула тонкую майку и выскользнула в коридор. Так тихо, как только могла, я направилась вниз, стараясь избегать всех половиц, которые могли скрипнуть. Когда я оказалась у подножия лестницы, вместо того, чтобы направиться на кухню за кофе, подошла к входной двери и открыла её, тепло улыбнувшись Роуэну, который скользнул своим очаровательным серебристым взглядом по моему лицу. Звук скребущих по полу стульев заполнил мои уши, когда Роуэн улыбнулась мне в ответ. Облизнув внезапно пересохшие губы, я хихикнула, как какая-нибудь школьница. Что-то в мозгу защекотало, но это чувство исчезло почти сразу.