Она сжала надгробие Джеммы, испугавшись, что их будущее снова повисло на волоске.

***

От ее новостей у него перехватило дыхание. Она была беременна?

Господи, что бы случилось, если бы он уехал? Одна мысль о том, что он бы не увидел, как растет его ребенок, выворачивала ему кишки. При этой мысли у него чуть не подкосились колени. Шок, он пытался разобраться, что это могло означать для них двоих.

Он подошел к ней. Ее волосы сияли, как раскаленные угли, красновато-оранжевым, и были такие густые, что от них исходило тепло. Ветерок трепал ее кудри, лаская заплаканное лицо и шею, у него чесались пальцы так хотелось по ним провести. Ее зеленые глаза напоминали ему о весне, которая должна была наступить через несколько месяцев. Скоро земля здесь превратится в богатый изумрудный ковер с гранитными надгробиями и цветущими цветами.

Он притянул ее к себе. Когда он поцеловал ее, все внутри него тут же успокоилось. Ее рот открылся от его губ, давая ему слезы, любовь и обещание, что она всегда будет рядом, желая ему всего самого лучшего. Он успокаивал ее, когда она плакала во время поцелуя, ее дыхание было резким, потом положила голову ему на плечо и зарыдала навзрыд.

— Я подумала, что ты уйдешь сейчас, — сказала она.

— Нет, я просто пытался осознать твою новость. Джилл, ты... и ребенок... все это ошеломило меня. Я не хотел все испортить. — Он убаюкивал ее в своих руках.

Когда она подняла голову, он смахнул слезы с ее щек.

— И не надо, — прошептала она, сверкнув глазами, почти уничтожив его.

Более простые слова не могли вместить больше правды.

— Право. Или, как сказал мне твой дедушка, нужно работать более усерднее. — В его голове всплыли другие слова Артура о прощении. — Джилл, мне нужно узнать еще кое-что. Ты действительно прощаешь меня за то, что я тогда уехал из Дэа, когда мы были еще детьми?

Ее улыбка на секунду потускнела, заставив его задуматься, готова ли она.

— О, какого черта? У меня такое хорошее настроение. — Она снова бросилась к нему, прижимаясь губами к его губам. — Кстати о прошлом, я слышала, что Пит уехал из города, — прошептала она, доставая из кармана темно-синей куртки бумажный носовой платок.

— Да. — Реальность еще не совсем установилась для него.

— Он оставил тебе свой футбольный мяч «Джон Элвей» у меня в кофейне.

На мгновение ему стало трудно дышать. Он вспомнил тот момент, когда Пит позвонил ему и рассказал о своем лучшем рождественском подарке. Им тогда было восемь лет.

— Он тоже приходил сюда, — сообщила она ему. — Он оставил любимые цветы Джеммы.

Маргаритки, герберы были похожи на гигантские разноцветные леденцы, завернутые в бумагу из кондитерской лавки.

— Я научу нашего ребенка ловить мяч. — Брайан посмотрел на надгробие и ангела в центре.

— Очень мило.

Она упала в его объятия, вся в слезах. Он так ей подходил во всем, так понимал ее, такое даже нельзя было вообразить.

Когда налетел порыв ветра, он поднял ей воротник до самых ушей.

— Итак, насчет ребенка…

И он понял, что освободившись от прошлого, может дать пространство для будущего.

***

Их руки встретились на ее еще плоском животе.

— У нас будет ребенок, — объявила она, как будто сама не верила в это.

— Да. Слишком много всего, чтобы осознать за несколько минут. Ты уже привыкла к этой мысли?

Ее нога подпрыгивала на месте с равной долей от нервов и возбуждения.

— Э-э... не очень боюсь, зная, что ты будешь рядом, но все равно до смерти боюсь.

— Я тоже, — признался он, — но испытываю такое счастье. Это будет новое начало.

— Это еще мягко сказано. Мне кажется, оно все усложнит.

Медленная улыбка тронула его губы.

— А разве у нас не было до этого сложностей?

— Точно. Мы — мастера сложностей. Это будет здорово!

Она покачала головой. Затем он поднял ее и развернул так, что по земле полетел мокрый снег.

— Мы должны вернуться к началу, — заявила Джилл. — Вспомнить, почему мы любим друг друга.

— Я знаю почему, — произнес он срывающимся голосом, вызвав в ней совершенно новый всплеск эмоций. — Потому что ты для меня дом. Вот почему я вернулся. И это не из-за Дэа. А из-за тебя, Рыжая.

— Я так рада, что у тебя будет свой ресторан. — Она раскинула руки в победном крике. — Ты надерешь им задницу, Брай. Заставь всех, кто когда-либо тебя обзывал, буквально подавиться от зависти.

— Ага. — Его ухмылка заставила появиться ее собственную, как тост в тостере. — А ты построй свою империю, начав другую карьеру в бизнесе, как твой дед.

— Приятно иметь возможность поддерживать мечты друг друга, не так ли?

— Ага, — согласился он, проводя рукой по ее щеке. — Но знай. Я планирую еще немного поухаживать за тобой, а потом сделаю предложение, Джилли. Честно предупреждаю тебя о своих намерениях.

— Ты же не собираешься мне делать предложение на кладбище? Брайан, ты такой неромантичный, — поддразнила она его.

Он прищурился, осматриваясь вокруг.

— Хм... а почему бы нет, Джемма захотела бы посмотреть, как я делаю тебе предложение. Может это все-таки не такое уж и плохое место. И сама фраза «пока смерть не разлучит нас» будет звучать очень жизненно.

Она ткнула пальцем ему в грудь, мысленно услышав беззаботный смех Джеммы.

— Даже не думай об этом.

— Но кое-что у меня все же есть с собой. Это еще не кольцо… так что не волнуйся. — Он вытащил коробочку и протянул ей.

Выжидательный взгляд на его лице подсказал ей, что могло быть внутри.

— Я уже починил цепочку на твоем кулоне. Надеюсь, ты снова его наденешь. Я, конечно, не ношу кулоны, но на обратной стороне моих часов есть гравировка. — Он снял часы и показал ей. — J&B, лучшие друзья.

— О, Брай, — прошептала она, борясь со слезами, когда открыла коробочку и попыталась надеть кулон.

Но она не могла в перчатках застегнуть цепочку, поэтому он снял свои и помог ей. Их руки коснулись кулона.

— Мое сердце всегда будет принадлежать тебе. — Его рука обвилась вокруг ее шеи, перебирая пальцами цепочку, потянув ее на несколько дюймов, пока их губы почти не соприкоснулись. — Я люблю тебя, Джилл. Боже, очень сильно, — выдохнул он ей в губы.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она, наклонившись, их губы встретились. Внутри нее слезы высохли и выглянуло солнце. Наступил новый день жизни.

После сплетения рук, череды поцелуев и барабанного боя сердец, он отстранился. Он схватил цветок с могилы и протянул ей.

— Не думаю, что Джемма будет возражать.

Она взяла красную маргаритку. Провела кончиком пальца по надгробию.

— Ты же знаешь, что ее здесь нет, — напомнил он. — Она здесь. — Он указал на сердце.

— Я знаю, — ответила она и прижала цветок к груди. — Может мы сможем пойти поиграть в футбол с мячом Джона Элвея?

— В другое время я бы промолчал. Это официальный мяч с автографом известного квотербека. Но в данном случае, думаю, Питу это понравилось бы.

— Иногда двигаться дальше — полный отстой, — прошептала она, думая о потерях, с которыми им пришлось столкнуться.

Он притянул ее к своей груди, покачиваясь на ветру, как ветки деревьев.

— А иногда и нет.

Так как она знала, что он имел в виду, то улыбнулась. Они оба проделали долгий путь. Разве не любовь заставила их пережить все? Сделав их сильнее и лучше.

Она взяла его за руку и повела с кладбища, осознавая, что после каждых похорон всегда наступает новый день, дающий новое начало. У них появятся дети. И если у нее будет плохой день, и они забудут о самом важном, что их объединяет в этой жизни, то всегда смогут прийти сюда. Джемма обязательно им напомнит.

Жизнь действительно была драгоценной штукой. И они будут нежиться и впитывать в себя каждую ее минуту.

«Торжественное открытие#3» (про Пегг и Мака)