Он не рассказал мне о своих воспоминаниях сразу после того, как они всплыли. Знаю, это должно быть страшно, когда твой разум начинает складывать кусочки головоломки, в действительности которых ты даже не уверен. Если он боится интеграции, боится быть единым целым, то, что тогда остается нам? Это чувство поражает меня еще больше, когда я смотрю на Кэйлен. Она так счастлива сейчас, блаженно не подозревая о проблемах, с которыми сталкиваются ее отец и мать, но это не будет длиться вечно. У Кэйлен не может быть трех пап, как она такое сможет понять?
– Ты в порядке, Лорен? – миссис Скотт смотрит на меня с теплой, но обеспокоенной улыбкой.
Я вырываюсь из своих мыслей.
– Да, просто пытаюсь собрать эту картину воедино, – я рисовала ее для Кэйлен, но еще не закончила.
– Ты голодна? Хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь поесть? – весело спрашивает она, и я улыбаюсь.
– Я наелась за завтраком и сэндвичем «субмариной», который вы приготовили мне на обед. Если я съем еще хоть кусочек до ужина, Крис перепутает меня с дирижаблем, – поддразниваю я ее.
– У тебя такая красивая кухня, что я могла бы печь там часами, – говорит она, прежде чем завизжать на куклу, которую Кэйлен сунула ей в лицо. – Но ведь Крис приготовил тебе завтрак, а не я, – бросает она мне полуулыбку.
Я вспоминаю, как Крис учил меня готовить, и насколько все тогда было сложно. К счастью, теперь проще, ну, по крайней мере, должно быть, или, может быть, в глазах Криса мы обменяли Дженну на Коллина.
– Мне так жаль, Лорен, – голос миссис Скотт низкий и угрюмый, глаза полны печали.
– За что? – спрашиваю ее немного смущенно.
Она проводит рукой по темным кудрям Кэйлен.
– Мне следовало сказать тебе раньше. В тот день, когда я приехала сюда и узнала, что вы с Кэлом помолвлены. Я была такой эгоисткой, чтобы думать о том времени, которое он пропустил с ней, о том времени, которое мы с Уильямом пропустили с ней.
Я встаю с дивана и сажусь рядом.
– Миссис Скотт, это в прошлом. Мы просто должны верить, что все случилось во благо. Я не знаю, что бы случилось, если бы вы рассказали мне о нем, а Кэл так упрям, что, возможно, выполнил свое обещание исчезнуть. Возможно, у нас не было Кэйлен. Вы лучшая свекровь, о которой я когда-либо могла мечтать. Кэйлен любит вас, и вы чудесно относитесь к нам, – я имею в виду каждое слово.
Женщина обнимает меня, и я вспоминаю тот день на кухне, когда представляла себе такие отношения с ней.
– И ты тоже. Я не могла бы выбрать лучшую женщину для своего сына, – говорит она, сжимая мои руки. – Я никогда не видела, чтобы он смотрел на кого-то так, как смотрит на тебя, – не могу сдержать улыбку. – Даже когда он Кэл. В тот день, когда я приехала сюда, думала, что то, что у него было с тобой, было ненастоящим... но когда я увидела его с тобой, иллюзия, в которой я убедила себя, развеялась, – улыбаюсь ей, но меня охватывает печаль, когда я думаю о Кэле.
Я скучаю по нему, и ненавижу, что чувствую себя виноватой. Это так глупо, но все же.
– Ты скучаешь по нему? – Гвен словно читает мои мысли, но ее вопрос шокирует меня.
Она сочувственно улыбается мне, должно быть, выражение моего лица выдало меня.
– Будет ужасно, если я скажу «да»?
– Нет, конечно, нет. Я знаю, как сильно ты любишь моего сына. Это все, что имеет значение для меня, никогда не чувствуй себя виноватой из-за этого, – говорит она мне категорично.
Я снова обнимаю ее и благодарю Бога, что она моя свекровь. Звонок в дверь прерывает наш разговор. Не могу представить, кто бы это мог быть, потому что даже если бы Крис не смог найти ключ, швейцар бы его пропустил. Я поднимаюсь с пола и иду к домофону.
– Да, – говорю в него.
– Это твоя лучшая подруга во всем мире, – улыбка вспыхивает на моем лице, когда слышу этот голос.
– Поднимайся, Хилл, – я не видела ее несколько недель и очень рада встречи с ней.
– Я пойду уложу Кэйлен, чтобы она вздремнула, – миссис Скотт подхватывает Кэйлен и ее игрушки на руки.
Я целую Кэйлен, и она уже в объятиях миссис Скотт. Собираю несколько оставшихся на полу игрушек и тащу их в то, что назвала «углом Кэйлен» в доме, затем открываю дверь, чтобы Хиллари вошла.
– Привет, гулька! – она визжит, когда входит в дверь и обнимает меня.
– Я действительно скучала по тебе!
Подруга смотрит на меня с притворной болью.
– То есть ты намекаешь, что обычно не скучаешь по мне? – она касается своей груди и смотрит на меня щенячьими глазами. – Угадай, кого я привела с собой, – говорит она, подмигивая и широко улыбаясь.
Я потрясена, как никогда, когда Эйдан появляется позади нее.
– Эйдан! – я смеюсь, когда он одаривает меня очаровательной улыбкой, прежде чем заключить в медвежьи объятия.
– Что ты здесь делаешь? – счастливо спрашиваю я, когда он отпускает меня.
Я смотрю на Хиллари и могу лишь догадываться, кто является одной из причин.
– Ну, старик Крис прислал мне сообщение, чтобы я позвонил ему, а так как я не занят, а эта ездила по ушам, чтобы навестить ее... – он дразняще толкает Хиллари локтем.
– Да ладно тебе, так и скажи, что передумал, – говорит она, с намеком прижимаясь к нему грудью.
Я с трудом сглатываю и прячу смех. Это самое странное зрелище. Имею в виду, они оба молоды, привлекательны и одиноки, поэтому это абсолютно имеет смысл. Но я надеюсь, Эйдан знает, во что ввязывается. Хиллари симулирует все веселье и игры, но в глубине души она хочет того, что и большинство девочек – чтобы кто-то любил ее.
– Так вы, ребята, при деньгах, да? – спрашивает Эйдан, проходя дальше в квартиру и оглядываясь. Я закатываю глаза.
– Ты чуть запоздал. С тех пор как Кэл встретил Лорен, он достаточно выбросил денег на ветер, – говорит ему Хиллари.
Я замечаю, как Эйдан хмурится. Уверена, он, так же как и Крис, рад слышать имя Кэла.
– Мы не при деньгах, – смеюсь я, чувствуя, как вспыхивают мои щеки.
– Ты хочешь сказать, что я не могу занять десять штук? – говорит он с серьезным лицом, но тут же одаривает меня своей фирменной очаровательной улыбкой.
– Нет, не можешь, – шлепаю я его.
– Где муженек? – Хиллари подходит к холодильнику и достает бутылку воды.
– На работе. Скоро должен быть дома.
– Я могу показать Эйдану дом, – Хиллари невинно смотрит на меня, схватив его за руку.
– Э-э, конечно, но давайте оставим все как есть, – предупреждаю я ее, и она снова невинно смотрит на меня. – В рамках приличия, Хиллари! – я кричу им вслед, когда они исчезают на лестнице.
Прибираюсь в гостиной, пока все наверху. Надеюсь, Хиллари и Эйдан не задержатся. Мы лучшие друзья, но ее секс с лучшим другом моего мужа на любом предмете моей мебели – это не тот уровень дружбы, которого я с нетерпением жду в ближайшее время. Миссис Скотт спускается вниз с натянутой улыбкой.
– Я думаю, что-то происходит в твоей гостевой комнате, – говорит она, покраснев.
– Черт побери, Хиллари, – бормочу я себе под нос. – Это, должно быть, Эйдан и Хиллари, – говорю я ей, и ее глаза расширяются от шока.
– О, – она смеется, прикрывая рот рукой, затем на ее лице появляется озабоченное выражение. – Он говорил с Кристофером?
– Не уверена. У нас не было возможности поговорить до того, как Хиллари потащила его наверх, – говорю я, чувствуя, как мое беспокойство начинает расти. Мы мрачно смотрим друг на друга. – Эйдан не сказал бы Крису ничего, что расстроило бы его, – с надеждой говорю я.
Есть список вещей, которые я бы предпочла, чтобы прямо сейчас Крис не знал. То, что его родители воспитывают внебрачного ребенка отца – одна из тех вещей, которые я бы хотела, чтобы он узнал немного позже. Он был так счастлив, но я знаю, что это битва, в которой он всегда на грани проигрыша. Знаю, эгоистично с моей стороны не хотеть, чтобы он узнал прямо сейчас, но не знать, кто появится в какое время и с какими планами стало немного подавляющим.
– Нет, я так не думаю, но... Эйдан есть Эйдан, – говорит она, плотно сжав губы.
Гвен права. Эйдан есть Эйдан, и хотя я знаю, что он никогда намеренно не скажет Крису что-то, что причинит ему боль, я не знаю, понимает ли он, что повлияет на Криса, а что нет. Но Эйдан не глуп. Он видел, что произошло после того, как Крис узнал об его отце и Лизе. Мне просто интересно, понимает ли он, что после того, как все это произошло, Коллин взял верх, и Крис был вне этого в течение нескольких месяцев, что это все еще очень свежо для него. Я хочу подняться в комнату для гостей и спросить его, но мысль о том, чтобы услышать его и Хиллари посреди того, чем они занимаются, останавливает меня.
– Уверена, все будет хорошо. Я пойду и начну с ужина, – миссис Скотт пытается выглядеть храброй, но я вижу, что она не считает это нормальным.
Я достаю телефон, чтобы позвонить ему, но слышу, как открывается входная дверь. Вешаю трубку, и мой пульс замедляется, когда Крис входит в дверь с широкой, игривой улыбкой.
– Эй, – слава Богу, он счастлив.
– Привет, – я подхожу к нему и встаю на цыпочки для поцелуя. – Как прошел сеанс?
– Было хорошо, – говорит он, держа меня за талию.
– Ну, у тебя компания, – я поглаживаю его затылок, колючие волосы на его голове щекочут мою руку.
– Кто? – спрашивает он с ноткой беспокойства в голосе.
– Эйдан, – его лицо расплывается в восторженной улыбке.
– Где он? – Крис оглядывает квартиру в поиске, и я откашливаюсь.
– Хиллари показывает ему нашу гостевую комнату наверху, – говорю я, и он выгибает бровь. – Кажется, они часто тусуются.
– Отлично... – он хихикает, и мы оба идем на кухню. – Привет, мам, – говорит он и целует миссис Скотт в щеку.
– Сегодня я готовлю твой любимый ужин.
– Все твои блюда – мои любимые, – говорит он, беря меня за руку и увлекая обратно в гостиную. – Я сегодня скучал по тебе.
– Неужели? – дразня, спрашиваю я.
– Да. Очень, – он поднимает меня с пола для нового поцелуя.
– Так вы, ребята, уже работаете над вторым ребенком? – Эйдан входит в комнату с Хиллари на буксире.
Мы выпутываемся из объятий друг друга.
– Эйдан Райлс, – игриво говорит Кристофер, и они обнимаются.