Глава 6
Враг может довести человека почти до гибели, но, чтобы доконать его окончательно и бесповоротно, требуется добрый неосторожный друг. Марк Твен Себастьян Грант, всякий раз вспоминая довольную улыбку Дейзи Меррик, все больше убеждался, что видел девушку не в последний раз.
Спустя всего три дня ему довелось убедиться в своей правоте. Он был в кабинете, разбирал последний привезенный из Швейцарии ящик, когда вошел Уилтон и объявил, что мисс Меррик вновь нанесла визит.
Граф застонал: − Я знал. Господи, неужели она вообще не понимает значения слова «нет»?
− Очевидно так, сэр.
− В таком случае, выставь ее вон, − приказал Себастьян, вытаскивая из стоящего на полу ящика книгу. – Я ведь говорил, для этой женщины меня никогда нет дома. И пришли сюда Саундерса, слышишь? – добавил он, заталкивая книгу в надлежащее место на книжной полке. – Некоторые ящики нужно отнести в мансарду.
Уилтон помешкал, оглядывая стол Себастьяна: − Вы упаковали печатную машинку, сэр?
− Упаковал. – Он не видел смысла мучить себя, оставляя чертову вещицу у себя на виду, но не собирался объяснять слуге свои мотивы. – Что-нибудь еще, Уилтон?
− Нет, сэр.
Дворецкий удалился, не сказав больше не слова, но, разумеется, простого приказа было недостаточно, чтобы избавиться от мисс Меррик. Несколько минут спустя Уилтон вернулся.
− Простите, сэр, − принялся извиняться он, − но эта девушка настаивает на встрече с вами. Говорит, пришла по юридическому вопросу, касающемуся вас и «Марлоу Паблишинг» – в общем, что-то жизненно важное.
− По юридическому вопросу? Черт возьми, парень, разве эта девица похожа на солиситора?
− Нет, сэр.
− Тогда какой же юридический вопрос мог привести ее сюда? Женщины не имеют никакого отношения к праву. Слава богу, им не позволено заседать в суде. Будь иначе, только представь, какой хаос они бы там учинили. Мужчины бы не выиграли ни одного спора. Независимо от того, о чем он. Говорю тебе, выставь ее отсюда.
− Прошу прощения, милорд, но она уверяет, что дело не терпит отлагательств.
Марлоу прислал ее выяснить ваши намерения, дабы «Марлоу Паблишинг» могло предпринять соответствующие действия.
− О, ради всего… − проглотив ругательство, Себастьян затолкал том, что держал в руке, на полку книжного шкафа. Должно быть, это уловка, выдуманная, чтобы вновь попытаться убедить его написать книгу. Он уже собирался вновь велеть Уилтону выпроводить ее, но вдруг остановился, призадумавшись.
Его издатель обладал извращенным чувством юмора. Если и впрямь имелось некое юридическое дело, с Гарри сталось бы прислать хорошенькую и вредоносную мисс Меррик об этом сообщить. Вероятно, вопрос всего лишь в правах на перевод одной из его книг во Франции или же некая американская газета предложила публиковать отрывками сборник его рассказов. Себастьян надеялся на второе. Американцы платили лучше. В отличие от скаредных французов. В любом случае речь шла о доходах, коими он никак не мог себе позволить пренебречь. Обладай Себастьян средствами, нанял бы собственного солиситора улаживать подобные дела, но он и без того задолжал «Бэссингтон и Бартон» порядочную сумму, и новые долги были последним, в чем он нуждался.
Не то чтобы эта девчонка могла уговорить его написать вообще хоть что-то.
«Хотя, − поправился он, когда зрелище зеленоватых глаз и полных розовых губ предстало перед его мысленным взором, − наверное, приятно будет понаблюдать за ее попытками».
− Хорошо, − проговорил он. – Спущусь через минуту.
Уилтон удалился, а Себастьян, повернувшись, прислонился спиной к книжному шкафу, вспоминая последнюю встречу с мисс Меррик. Он почти поцеловал ее в тот день. И даже сейчас не вполне понимал, почему. Правда, она так хороша, что любому на его месте едва ли нужны были особые причины, но в их случае это всего не объясняет. Девушка не нравилась ему. Он счел ее чертовски назойливой. Она выводила его из себя сверх всякой меры. Да, весьма странно, что эти самые качества делали мысль о поцелуе с ней столь интригующей. Да и она, он знал, испытывала те же чувства, и они ее пугали. Она подпрыгнула, словно испуганная лань, стоило ему подойти слишком близко. Возможно, на сей раз удастся оказаться ближе. Ему вдруг пришло в голову, что близость к мисс Меррик сродни поджиганию спичек подле пороховой бочки, но некоторые вещи стоят того, чтобы рисковать. И Себастьян отважился спуститься в гостиную.
К сожалению, она вновь была одета, словно старая дева, и держала в руках свой чудовищный портфель, но граф обрел некое утешение в том, что солнечный свет, льющийся сквозь окна гостиной позади нее, обрисовал скрытые хлопковой блузой формы, стоило лишь ей подняться с софы.
− Милорд, − произнесла она, приветствуя его реверансом.
− Мисс Меррик. Какое счастье снова видеть вас. – Себастьян кивнул и жестом предложил ей занять прежнее место, что она и сделала, а он, вместо того чтобы занять кресло напротив, предпочел опуститься рядом. – Надеюсь, вы в порядке?
Она отодвигалась в сторону, пока не оказалась на противоположном конце софы.
− Все хорошо, спасибо. Но это не визит вежливости, − добавила она, сев в полоборота, чтобы оказаться с ним лицом к лицу. – Вопрос чисто деловой, так что, может, сразу к нему приступим?
Строгая деловитость в ее голосе прозвучала столь наигранно, что Себастьяну захотелось улыбнуться. Она снова смущалась.
− Разумеется, − ответил он. – Дворецкий упомянул, что вы пришли, дабы просветить меня касательно некого юридического вопроса?
− Именно так. – Она потянулась за портфелем, поставила на колени, открыла и извлекла из него кипу документов. – Здесь копия вашего последнего контракта с «Марлоу Паблишинг». – Застегнув портфель, она положила поверх бумаги, вытянула последний лист и подняла так, чтобы ему было видно. – Это ваша подпись, лорд Эвермор?
Себастьян ощутил слабый проблеск беспокойства, но ничем не выказал его.
− Да, − подтвердил он, вытянув руку вдоль спинки софы, принимая позу совершенно спокойного человека. – А почему… − Превосходно, − перебила она и вернула страницу на прежнее место. Она просмотрела первую страницу, ведя по строчкам указательным пальцем, и наконец задержалась в самом низу.
− Раздел Два, подраздел А, параграф Один вашего контракта гласит, что вы соглашаетесь предоставить рукопись, содержащую не менее ста тридцати пяти тысяч слов, «Марлоу Паблишинг» к тридцать первому января тысяча восемьсот девяносто третьего года. – Она подняла глаза: − Вы опоздали.
Только дурак мог не понять, куда ведет сия беседа. Чертов Гарри и его гаденькое чувство юмора. Себастьян придвинулся ближе, повернув голову и наклонившись так, словно хотел прочитать лежавший на коленях девушки документ. Та шелохнулась, и прядь огненных волос выбилась из-под полей нахлобученной на голову шляпки. Завиток на ее щеке мерцал в солнечном свете, подобно язычку огня. И вновь Эвермор представил, как бы она выглядела, будь эти великолепные волос распущены, но на сей раз он нарисовал их себе раскинувшимися вокруг нее по зеленой траве и ощутил, как в теле затрепетало возбуждение.
− Неужели я и впрямь так опоздал? – низким голом спросил он. – Покажите.
Не глядя на него, Дейзи склонилась над лежавшим на коленях контрактом и постучала по нужному абзацу указательным пальцем: − Вот здесь.
− Мм… − Он притворился, что читает, в действительности не отрывая глаз от ее профиля. Золотистые веснушки на щеках напоминали карамельную крошку в блюде с кремом, и, представив, как целует их, Себастьян почти ощутил на губах сладость ее кожи. – Да, − согласился он, − кажется, с тех пор прошло некоторое время.
− Три года, три месяца и двадцать дней, если быть точнее.
− О Боже, как летит время.
Граф приблизился еще немного и уловил тонкий свежий аромат чего-то, что не сумел определить. Каким-то образом сей запах вновь вызвал эротический образ ее, лежащей под ним на траве. Себастьян прикрыл глаза. Глубоко вдохнув, он попытался удержать ускользающее видение.
Послышался шелест бумаги, когда Дейзи перевернула страницу: − Далее, согласно разделу Два, подразделу Б, параграфу Один, − продолжила она, − в случае, если вы не сможете предоставить вышеупомянутую рукопись к требуемому сроку, то обязуетесь попросить отсрочку.
Он сделал еще один глубокий вдох и внезапно понял, что источало то едва уловимое садовое благоухание. Всего-навсего мыло… если быть точнее, грушевое мыло, реклама которого, видать, была правдива, поскольку он и впрямь ощутил свежий и сладкий аромат английского сада. Никогда ни один запах не казался ему особенно эротичным, но в сочетании с картинами в голове этот – действительно возбуждал.
А девушка рядом продолжала бубнить, зачитывая его контракт: − Любые просьбы об отсрочке должны быть изложены в письменном виде и рассмотрены лично руководством издательства. В случае если издатель согласится с отсрочкой, автору будут установлены разумные сроки. Вы просили об отсрочке, лорд Эвермор?
Ее вопрос на мгновение отвлек Себастьяна от фантазий о любви на траве.
Открыв глаза, он обнаружил, что она смотрит на него в ожидании ответа.
− Нет. Не просил.
− Значит, несмотря на ваши ложные уверения в обратном, ничего из вышеперечисленного выполнено не было. Как «Марлоу Паблишинг» не получало от вас никакой корреспонденции, так и вы не отвечали на все вопросы лорда Марлоу, касаемо этого дела.
Стоило мисс Меррик воспроизвести гневную отповедь его издателя, как вспышка страсти к ней стала угасать.
− Мы с Гарри обсудили это, − начал Себастьян, но она его перебила.
− Вы не предоставили просьбу об отсрочке и отказались добровольно обсудить предложение «Марлоу Паблишинг» о продлении сроков, а посему не соблюли контракт. – Она нахмурилась, сдвинув брови в попытке принять строгий вид.