А бывает все наоборот. Этот же человек смотрит в глаза своей смерти и знает, что она пришла за ним. И вовсе не в виде скелета с косой. Смерть имеет облик женщины. Она имеет самое красивое лицо, белокурые волосы, восхитительное тело и обворожительно улыбается, обнажая гладкие, заостренные, идеально ровные клыки.
Ко мне пришло сознание того, что я являюсь сейчас этим человеком. Пусть ко мне она явилась не такой прекрасной, как к другим жертвам, но была она не менее опасна. Только я уже не боялась Смерти в лице вампирши. Я почувствовала, что эта смерть была даже нужна мне. Она принесла бы мне покой, избавляя от нестерпимой душевной боли. И больше не было неоконченных дел – все было готово к уходу. Я осознанно ступила на путь личного разрушения, принимая лишение жизни, как дар.
Кэтрин стояла напротив меня, и мы смотрели друг другу в глаза. Мы обе чувствовали, как окружающий воздух сгущается и пропускает электрические разряды. Ее гнев просачивался в мое сознание, и только одно радовало в тот момент – она не могла насладиться победой сполна. Вампирша лишилась своих прекрасных кудрей, и страшный ожог обезобразил когда-то прекрасное лицо. Гнев Кэтрин был понятен.
-Мерзкая тварь. Ты изуродовала меня, и пока кожа регенерирует, пройдет много времени, - подтвердила она мою мысль о том, что победа вампирши была с привкусом горечи. - Думала сбежать? От меня не сбежишь и не спрячешься. Я выслежу тебя по запаху, как ищейка в поисках добычи. А сегодня ты умрешь, как твоя подруга и избежишь участи Кристофера.
Ее речь была слишком эмоциональной, но я смотрела на нее абсолютно спокойно. Я уже не боялась боли и смерти. Так как во мне было все выжжено, я была лишена эмоций. Тупая ноющая боль, терзавшая сердце, не проходила, и я желала поскорее избавиться от чувства горя и невосполнимой потери.
-Ты вовремя, Кэтрин, - произнесла я, с ненавистью вглядываясь в лицо Кэтрин. - Но напоследок и я должна высказаться. Уступишь мне это право?
Вампирша лишь презрительно ухмыльнулась, отчего ее шрам на лице приобрел еще более зловещий и безобразный вид.
-Ну, давай. Позволю себе такую слабость.
-Тебе удалось причинить мне невероятную боль. Да, ты достигла цели. Но ты, все же, проиграла. Ты останешься и дальше существовать бесцельно, стараясь лишь насытиться и не сдохнуть от голода, как бродячее животное, не имеющее своего крова. Ты обречена быть одинокой, так как любовь к Карлосу – такое же выжигающее чувство, как моя боль по утраченным близким. Только я умру, избавившись от мучений, а ты продолжишь гнить живьем. Ведь ты понимаешь, что он никогда не станет твоим. Ты отвратительна. Гореть тебе в аду! И этот ад будет длиться вечность. Ведь столько вы живете?
Я почувствовала, как сильно я ее уязвила. Кэтрин буквально испепеляла меня своим взглядом. Мне же хотелось, чтобы это скорее закончилось. Я ненавидела вампиршу, и все сказанное мною было правдой. Только это меня и утешало.
-Что ж. Хорошая предсмертная речь, - сдерживая эмоции, нарочно равнодушным тоном ответила она мне. - К сожалению последнего желания не будет.
Кэтрин стояла слишком близко от меня.
«Ты готова?» - мысленно бросила она мне вызов.
Я слышала ее мысли, словно она говорила вслух. Ее желание уничтожить меня было настолько сильным, что на какое-то мгновение мне показалось, что оно существует отдельно от нее, словно облако.
«Готова!» - Так же мысленно я послала ей ответ.
И больше не нужно было слов. Все было сказано и сделано. Диалоги закончились. Остался лишь финал, итоговая схватка, которая должна была решить возникшую дилемму. Пришло время для заключительного броска.
Я знала, что Кэтрин понадобится всего один выпад, чтобы мгновенно разорвать мое тело на куски. Один ее удар должен быть смертельным – человеческий организм просто не в состоянии выдержать такую чудовищную силу, которой обладают вампиры. Я все еще помнила, как Карлос отшвырнул одного из них от меня. И я ждала, отчетливо понимая, что больше не боюсь и не жалею ни о чем. Того Кристофера, которого я знала и любила больше не было. Бетти стала пешкой в коварной игре вампиров, и больше не было на свете людей, которые составляли мою семью. Они умерли, и я готова была последовать за ними.
«Начинай!» - потребовала мысленно я, и Кэтрин бросилась на меня, вкладывая в это движение всю силу и ярость, на которую была способна.
Я ничего не увидела. Лишь тень промелькнула перед моими глазами и я почувствовала вначале дикую боль, разрывающую все мое тело пополам, а затем испытала чувство полета. Короткий миг потребовался, чтобы новая волна боли окатила меня, но на этот раз от падения.
Я скорее ощутила, чем увидела, как приземлилась на траву, и удар пришелся на левую руку и бедро. Кровавая пелена заслала глаза. Я отчаянно пыталась открыть их и вырваться из омута боли, но силы меня покинули. За красной вуалью на меня надвинулась темнота. Черная бездна поглотила сознание, а в голове мелькнула единственная спасительная мысль: «Вот все и закончилось….»