— Мне пора идти. Мы должны сделать это в следующий раз. Да. Верно. Прощай.
Он мог слышать голос другого человека – мужчины – протестующего, в то время как она прервала связь. Кейт изменяла ему? Это было бы уже слишком.
Стирая с лица все следы беспокойства, Кейт вскочила с дивана и направилась к нему.
— Привет, что ты так рано делаешь дома?
Прежде чем он мог ответить ей, она обвила свои длинные руки вокруг его шеи и поцеловала. И как всегда, этим обезоружила. Держа руки на ее узких бедрах, он отклонился назад и посмотрел на свою жену. Кейт была безупречно одета в любой ситуации, но в этот день она была одета просто убийственно – во все черное и облегающее. Штаны, рубашка – все шелковое – и на высоких каблуках. Шпильках.
— А почему ты спрашиваешь? Я чему-то помешал?
Ее щеки заалели.
— Нет, просто бизнес-разговор. Кстати, — сказала она, отходя от него на шаг, — звонила какая-то женщина, назвавшаяся Тесс Гарднер. Дважды. Сказала, что ты знаешь кто она.
Ее голубые глаза не выражали никаких эмоций, уставившись на него. Даже бросая ему вызов.
Мейсон искусно улыбнулся ей. Она аккуратно перевела тень подозрения на него. Знала ли она о его бесконечной интрижке с Тесс? И он ответил ей обыденным голосом.
— Конечно, я знаю кто такая Тесс. Она была моей любимой школьной подружкой, пока окончательно не помешалась на мне. Оставила дохлую крысу в шкафчике моей новой подружки.
— Оу, — она отодвинулась еще чуть дальше. — Очень приятно знать, что у тебя есть безумная преследовательница, Мейсон. Собирается ли она теперь заняться мной?
— Я всерьез сомневаюсь в этом, Кейт. Это было так давно. С тех пор она успела выскочить замуж и развестись.
Ее глаза сощурились в этой присущей только Кейт манере – том выражении, что казалось, говорило, ты полон дерьма, и она это точно знает. Она мотнула головой, перекинув свои золотистые волосы через плечо, где они послушно и остались.
— Что ей от тебя понадобилось?
Мейсон имел свои собственные запатентованные выражения лица и использовал одно из этого арсенала – свое искреннее лицо: выгнутые дугой брови, губы сжатые вместе. Он держал его на лице какое-то время, а затем мягко покачал головой.
— Мы друзья. Я натолкнулся на нее недавно, и она рассказала мне о собственности, в которой я и Джейк можем быть заинтересованы. Ничего больше, детка.
— Х-м-м, — протянула она, ознаменовывая конец разговора, но при ее саркастическом тоне, это стало более походить на обвинительный акт, чем на задумчивость. — Итак, — она подошла снова ближе и, поправив его галстук, спросила, — чему я обязана удовольствию от твоей неожиданной компании?
— У меня был легкий день. Я думал прийти домой и отдохнуть. Я встречаюсь с отцом за выпивкой позже.
— О, это мило. Что насчет ужина?
— Давай куда-нибудь выберемся. В какое время тебе удобно?
— Я сегодня не работаю; у меня была встреча ранее, а сейчас я всего лишь делала несколько телефонных звонков. Когда закончишь встречу с отцом, позвони мне, и я встречусь с тобой, где тебе будет удобно.
— Звучит замечательно.
— Кстати, — сказала она, проведя заточенным ноготком вниз по лицу в острой ласке, — не забудь, что мы идем на балет послезавтра.
— Не забуду. Я вернусь из поездки после обеда, ранним вечером на худший конец. Занавес в восемь, верно?
— Да. Что ты наденешь?
Кейт всегда беспокоилась о том, чтобы он не смутил ее своими несовершенными портняжными вкусами.
— Я отнес мой темно-синий костюм в химчистку. Он будет готов к завтрашнему дню. Если ты сможешь забрать, то одену его. Тебе нравится тот костюм.
— Темно-синий от Армани? Да, — сказала она, улыбнувшись, а ее глаза блеснули. — Он мне нравится.
Затем последовал фантастический секс тем днем после обеда. Она потащила его вверх по лестнице, держа за галстук, и толкнула на кровать. Кейт всегда была доминантной в постели, вот почему они часто сталкивались – Мейсон тоже любил вести в постели. Два альфы не могли мирно уживаться в постельной жизни, хотя секс всегда был обжигающе горячим.
Следующим утром он уехал в аэропорт и больше никогда не видел ее живой. В действительности, сославшись на свой больной желудок, ему не пришлось видеть ее снова. Ее мать неохотно согласилась опознать тело в морге, спасая Мейсона от этого зрелища, что уж точно въелось бы ему в мозг.
По крайней мере, в его снах, она была все еще совершенной.
Глава 24
Застрявший в медленно движущемся трафике час пика, Роб мыслями вернулся к последним двадцати четырем часам. Вчерашний день начался дерьмово, но он утешал себя тем, что вечером у него свидание с Мэл. Затем даже оно оказалось испорченным. Но ведь ему удалось спасти их свидание в конце, так? И как же приятно закончился день.
Свидание стало жарким, по той причине, что он не хотел переставать встречаться с Мэл. Роб должен был признать, что было тупо связаться с кем-то так близко находящимся к центру в расследовании убийства. Также он знал, что ему не удастся убедить девушку бросить свою подругу – Мэл была слишком хорошим человеком, чтобы сделать это. Но черт, Роб нутром чуял, что Джейн Дженсен причастна к убийству. И… он не только хотел продолжать видеть Мэл, но также хотел убедиться, что она в безопасности. Если мисс Дженсен способна нанять киллера, чтобы убить кого-то, на что еще она способна?
Громкий гудок раздался позади него, и Роб, вырвавшись из раздумий, увидел, что трафик снова пришел в движении. Да, он должен был быть внимательнее, но это не значило, что ему не стоит выйти из машины и не покошмарить идиота, что нажал на гудок. Мужчина подавил это желание и поехал, потому что уже опаздывал на встречу с напарницей.
Когда ему выделили в качестве напарницы Кельвин, он не был счастлив. Совсем нет. Это было не из-за того, что она женщина, сказал он себе. Она была достаточно жесткой, несмотря на свои малые габариты. Роб чувствовал себя неуютно рядом с ней, не только из-за того, что Кельвин была активной лесбиянкой. Он бы рухнул, ударь его даже перышком, когда увидел как она смотрела на того красавчика в офисе Кейт Колдвелл. Теперь он понятия не имел, какой сексуальной ориентации она была, но быстро понял, что это не имеет значения. Кельвин была отличным партнером, великолепным детективом и прикрывала ему спину. Это все, что имело значение.
Почти час спустя, он завернул на место рядом с «Маслкаром» Кельвин. Она была снаружи авто, прислонившись спиной к водительской дверце, с перекрещенными на груди руками. Раздражена, вне сомнения. Он приоткрыл окошко, а она положила руки на крышу и наклонилась.
— Какого черта, Фитцгиббонс? Ты, бл*ть, опоздал.
Роб фыркнул.
— Спасибо, Капитан Очевидность. Я застрял в пробке, ничего нового. Куда мы отправимся сегодня?
Она пожала плечами, нажав на брелок, заперла свою машину и села к нему на пассажирское сидение.
— Я думаю, нам надо больше поговорить с друзьями Мейсона.
— Плезантвиль?
Кельвин кивнула.
— Да, но сперва кофе.
— Ты его получишь.
Роб перевел внимание на дорогу, пытаясь продумать лучший маршрут в это время дня. Как только они были на Сомилл, он взглянул на Кельвин.
— Думаешь, мы скоро раскроем это дело?
— Надеюсь на это. На моем столе стоит стопка дел выше меня ростом. Мы слишком много часов тратим на это дело.
— Согласен. Меня уже тошнит от него. Я думал, оно будет сразу же раскрыто и закрыто.
— Да, но нам так не повезло.
Он почувствовал жар ее сосредоточенного взгляда.
— Что?
— Ты все еще видишься с подружкой?
— Да. Я сказал ей прошлой ночью… выдал ультиматум. Либо она прекращает свою дружбу, либо больше меня не увидит. У меня отвратительное ощущение, что Мэл избавится скорее от меня, чем от Дженсен.
— Х-м-м. Вероятно. Ну да ладно, легко пришла, легко ушла.
Он вскользь посмотрел на нее.
— Не так уж и легко, Кельвин.
— Нет.
— Нет, она мне нравится.
Они ненадолго замолчали, и вождение успокоило волнение, что Роб ощущал с самого вчерашнего утра. Ему практически было жаль, когда они достигли точки назначения. Он завернул на съезд с автострады и повернул к деревне, не строя планы дальше, чем на несколько следующих часов.
— О, сверни-ка в это место, Фитц. Мне нравится здешний кофе.
Первый глоток крепкого, горячего кофе начал восстанавливать его душевное равновесие почти мгновенно. Поразительно, какой целебной может стать эта первая чашка.
— Итак, сколько у нас на сегодня дел?
— Три, может четыре. Я хочу также поговорить и с друзьями Джейн Дженсен, если мы сможем их найти. Может снова с родителями Колдвелл? Посмотрим, как пойдут дела.
Роб сузил глаза.
— Кто конкретно тебе нравится на данный момент?
— Я не знаю, Роб. Я разделяю твои подозрения по поводу Джейн Дженсен, но я сосредоточена на Колдвелле. Если это он, я сомневаюсь, что он будет в тайном сговоре с Дженсен. Просто в голове не укладывается, что он променяет свою жену на нее. Никак не укладывается.
— Да, я услышал тебя. Затем же тут могут быть замешаны и три сообщника. Кто знает? Если мы найдем одного, мы, вероятно, узнаем и о других, если они есть.
— Я ставлю на мужа.
Роб засмеялся.
— Почему меня это не удивляет? Ты всегда ставишь на мужа, Кельвин.
Теперь усмехнулась она.
— Теряюсь в догадках, почему это так, — Кельвин указала направо. — Поверни на эту улицу. Это короткий путь к нашему первому сбору показаний.
— И кто же это?
— Мы начнем с парня по имени… — она посмотрела на свой блокнот. — Тодд Теннент, старый футбольный приятель Мейсона. Завтра у нас назначена встреча с его кузеном Джейком Эмерсоном и его родителями. Итак, сегодня, может со старыми подружками Мейсона? Я говорила с одной из них вчера. Тесс Гарднер. Если уж мы сюда приехали, давай узнаем, сможем ли мы откопать кого-либо из друзей Джейн Дженсен. Будем действовать по обстоятельствам. — Кельвин повернула голову к нему вопросительно. — Тебе подходит?
— Да, давай сделаем это, сладкие щечки.