16 глава
Лордан проснулся от грохота. Вскочил с кровати и едва не упал, запутавшись в тощем одеяле. Таких громовых раскатов ему слышать еще не доводилось, казалось, небо разрывалось на части над их головами. Первые одинокие капли били по хлипкой лачуге, служившей им приютом. Судя по звуку, каждая была не меньше спелой вишни. Мощный порыв ветра распахнул ставни, и взгляду Лордана предстала сверкающая багряная мгла. В первый миг ему показалось, что небо все же рухнуло на землю — пелена дождя была такой густой, что увидеть что-либо дальше нескольких шагов было невозможно.
Новый порыв ветра хлестнул по лицу мокрой рукой, и стена дождя накрыла хижину. Лордан шагнул к окну. Ставня поддавалась с трудом, скрипела, готовая рассыпать на щепки, но все же, хрустнув, закрылась.
Тийя, кутаясь в одеяле, подошла к нему, окинула сверху вниз изучающим взглядом. Задержала его на обнаженных бедрах, улыбнулась и протянула штаны:
— Прости, Дан, но сейчас я готова нарушить приказ Форкара и отпустить тебя одного, — и скептически скривила губы, указывая взглядом на закрытое окно. — В такой ливень я в Талон не поеду.
Лордан молча отложил штаны, взял со стола чертвый хлеб и положил в рот кусок. Следом отправился козий сыр. Пах он отвратительно, на вкус был не лучше, но Лордан чувствовал себя таким голодным, что готов был съесть что угодно.
— Дождь меня не пугает, все-таки не из глины слеплен — не растаю. Да вот только если молния меня прожарит, то и крепче не стану… Знавал я одного человека, стоило ему выпить, как он в красках начинал рассказывать, как в его друга попала молния. Они возвращались с задания из одной дальней деревеньки, когда налетела гроза. Обгорелый труп он привез на лошади.
— Ага, а еще и долю своего компаньона, — Тийя села на стул и закинула ноги на стол. — Счастливое совпадение.
Лордан нахмурился.
— На что намекаешь?
— Как думаешь, Сэт много выиграл, заполучив эту халупу? — над их головами протяжно застонала балка. Домишка так и шатался из стороны в сторону.
— Знаешь, как говорят? На безденежье и заказ из Хекта в радость, — Лордан с трудом проглотил очередной кусок. Запить бы. — Значит была ему в том выгода. И как мы неожиданно на Сэта переключились?
— Ну не все же о Фен говорить, — обнаженной ногой Тийя дотянулась до его бедра. — Мне кажется, ты слишком предвзят к парню.
— Да ну?
— Мужское соперничество и ничего больше.
Лордан фыркнул:
— Он как-то предлагал бросить меня, обрекая на смерть.
— А ты обидчивый, — она откинулась на спинку стула и вытянула и вторую ногу, обхватывая его за бедра. — Ну, раз мы никуда не торопимся, то может быть…
Он подхватил Тийю за талию и усадил на шаткий стол, наклонился, ища губы, но она игриво отстранилась:
— Что будет, когда все закончится?
— Смотря как закончится, — он поцеловал ее в шею.
— И все же?
Губы замерли на ее плече:
— Я не знаю…
Тийя прогнулась, заглянула ему в глаза:
— Понимаю, у меня имеется свой корыстный интерес, но отпусти ее. Если тебе наплевать на себя и нравиться заниматься самоистязанием, то сделай это ради нее, — обхватила за плечи, не давая отстраниться. Одеяло съехало вниз, обнажая грудь. — Не решай за нее. И не забывай, что и сам не так-то и невинен, чтобы осуждать других.
Лордан провел пальцем по ее губам, скользнул внутрь, размыкая их. Наклонился и осторожно, чуть касаясь, поцеловал Тийю в маленькую темную родинку на щеке.
— Ты не ошибся, когда выбрал не меня, а эту фату, — она вновь отстранилась. — Меня-то уже поздно спасать.
— Меня, наверное, тоже… Ты останешься со мной?
Тийя придвинулась ближе, обхватила ногами, скрестив их на его пояснице. Одеяло упало на пол.
Дом скрипел, из щелей в стенах и крыше текла воды. Сухие раскаты грома катились по степи, выбивая искры. Природа продолжала свое дикое буйство.
Желание растекалось по венам Лордана. Не то обжигающе горячее, что сводило с ума этой ночью. Желание теплое, нежное, трепетное. Он обнял Тийю, привлек к себе, покрывая смуглую кожу неспешными поцелуями. Хотелось греть ее дыханием, ласкать, растворяясь в томительной неге.
— Я думал о тебе… — прошептал неожиданно для себя. — Но раз за разом гнал эти мысли. А они возвращались. Вновь и вновь… Прости меня, Тийя…
Она замерла, фальшиво усмехнулась:
— Ты словно в любви мне признаешься, — и отвела взгляд.
В уголках глаз блестели слезы. И Лордан собирал их губами, не давая скатиться по щекам.
— Простишь? По-настоящему.
— Я же сказала… — ее голос дрогнул. — Я понимаю почему ты поступил так, как поступил.
Снаружи ударило в дверь. Она распахнулись, впуская ветер и ледяные потоки дождя. Высокая темная фигура перешагнула через порог и замерла, осматриваясь. Под ногами тут же собралась лужица воды, стекающая с плаща. Лордан метнулся было за мечом, лежащим у кровати-сундука, но Тийя схватила его за руку и покачала головой:
— Не надо, — прошептала одними губами.
Незнакомец неторопливо поднял руки — на пальцах сверкнули драгоценные камни — и скинул капюшон. Молодое красивое лицо кривилось в пренебрежительной гримасе: уголки губ опущены, в ярко-голубых глазах вспыхивают холодные искры.
— Стоило торопиться, чтобы застрять в этом проклятом месте, — Форкар поморщился и захлопнул дверь. — Уютненький домишка, ничего не скажешь.
Тийя соскользнула со стола, подхватила одеяло и прижала к груди.
— Можешь не одеваться, чего такого я у тебя еще не видел, — швырнул ей плащ и повернулся к Лордану. — Так значит Йакситос все еще у Стеха?
— Какого хера вы тут делаете, господин Смотрящий? — единственное что смог выдавить из себя ошарашенный Лордан.
Форкар улыбнулся уголком рта и посмотрел на Тийю. Лордан последовал за его взглядом. Она виновато поджала губы и отвернулась.
Фен обессиленно съехала спиной по стене. Смахнула рукавом пот с лица, откинула налипшие на лоб волосы и закрыла воспаленные глаза руками. Ощутила жар чужого тело рядом, знакомое усталое дыхание и ткнулась головой Сэту в плечо. Он молча протянул фляжку с водой — свою Фен давно допила — она только покачала головой.
— Сколько времени мы здесь бродили? — спросила, не ожидая ответа, но Стех ответил:
— Кто знает? В Талоне оно течет иначе. Может совсем немного, а может и несколько дней, — он сидел на ступенях, ведущих ко дворцу. — Главное, что мы дошли. Осталось совсем немного.
— Кому вы все же оставляли метки?
— Возможно никому, — Стех мазнул по ней голодным мутноватым взглядом. — Но мне хочется верить, что нас навестят.
— Лордан?
Он только усмехнулся и поднялся, кивнув следовать за ним.
— Мы устали, — в голосе Сэта прорезалась злость. — Можно хоть немного отдохнуть.
Стех подошел, присел рядом на корточки, пристально вглядываясь в лица. Фен не выдержала и опустила голову — в прищуренных глазах было столько льда, что хватило бы заморозить весь город. Но растрескавшиеся от жары губы улыбались:
— Когда-то я был молодым и красивым, как ты, — он грубо взял Сэта за подбородок. — Мне казалось, что мир будет принадлежать мне, пока жизнь не обломала крылья.
— Мне никогда не казалось, что мир будет мне принадлежать.
— Может казалось, да ты позабыл? — прошипел Стех. — Когда мы встретились с тобой в первый раз, от тебя пахло моим братом. Помню, как хотелось убить тебя тогда.
— Вы ненавидите Форкара? — мягко спросила Фен, пытаясь увести разговор в сторону.
— Ненавижу? — Стех рассмеялся и оттолкнул Сэта. — Я люблю его большой братской любовью. Что, правда, никогда не мешало ломать его игрушки. Думаю, он до сих пор из-за этого зол.
— Шутите?
Он поднял брови и посмотрел на Фен в упор, чуть склонив голову на бок, будто раздумывая о чем-то. А потом наклонился и поцеловал. Спокойно. По-хозяйски. Сухими, солеными от пота губами.
Она чувствовала голодную силу, кипящую в его груди, его боль и скрытый страх, смертельную усталость. Багряные нити опутывали их, стягиваясь петлей. Втекали в ее вены. Фен понимала, что эти чувства обманчивы, но не удержалась, открылась навстречу поцелую, скользнула языком по языку.
Стех отстранился сам, облизал губы:
— Сейчас отдыхать нельзя. Город питается нашей жизнью. Чувствуете тяжесть? Он выпьет нас до дна, если не поторопимся, — повернулся к Сэту и подмигнул. — Я бы с удовольствием ощутил вкус и твоих губ… или твоей крови — уверен, мне бы понравилось.