Изменить стиль страницы

«Добродетели нашего раджи таковы», — ответил тот и, думая, что называет добродетели, а в самом деле указывая пороки властителя, пропел стих: 

На силу — силой отвечает, 

А мягкость — мягкостью встречает, 

Добро вознаградит добром, 

Но зло — перешибает злом. 

«Прочь с дороги, возница!» 

Тогда возница бенаресского царя спросил: «Ты полагаешь, что назвал добродетели своего раджи?» — «Да», — ответил тот. «Если это добродетели, то каковы пороки?» — «Ладно, пусть это его пороки, но каковы добродетели твоего раджи?» — «Слушай же», — сказал возница бенаресского царя и спел другой стих: 

Смиреньем — гнев преображает, 

Зло добротой опережает, 

Достойный своего венца, 

Он правдой победит лжеца. 

«Прочь с дороги, возница!» 

При этих словах оба — раджа Маллика и возница – сошли с колесницы, распрягли коней и дали дорогу радже Бенареса. Правитель Бенареса объяснил радже Маллика, каким должен быть раджа, и отправился дальше. Всю жизнь он раздавал дары, совершал благочестивые поступки, а упокоясь, пополнил сонм божеств. Раджа Маллика решил последовать его наставлениям. Он объездил всю страну, не нашел никого, кто бы указал на его порок, вернулся в свой город и, раздавая дары и совершая благочестивые поступки, после смерти тоже пополнил сонм божеств». 

Учитель, рассказав эту историю, чтобы наставить царя Косалы в дхамме, отождествил перерождения: «Возницей раджи Маллика тогда был Могаллана, раджей — Ананда; возницей раджи Бенареса — Сарипутта, раджей был я».

(Перевод Б. Захарьина. Восточный альманах. Вып.1. М.: Художественная литература, 1973)

Джатака о брахмане Сатадхамме

«Отбросив истинный закон...» Эту историю Учитель во время своего пребывания в Джетаване рассказал о двадцати одном недозволенном способе добывания необходимых для бхикшу предметов. 

В то время многие бхикшу зарабатывали себе на жизнь врачеванием, выполнением различных поручений в качестве гонцов и посыльных, обменом милостыни на милостыню и прочее, используя таким образом двадцать один незаконный способ добычи необходимого. Об этом подробно будет рассказано в Джатаке о Сакете. 

Узнав о таком поведении бхикшу, Учитель решил: «Теперь многие бхикшу недозволенным способом добывают себе пропитание. Проведя так свою жизнь, они не смогут избежать перерождений в образе якшей, бестелесных духов, упряжного скота и возрождаются в аду. Для их же пользы и счастья надо провести с ними беседу, которая разъяснит им дхарму». И собрав сангху, он сказал: «О бхикшу, не доставайте себе необходимые для вас предметы, пользуясь при этом двадцатью одним незаконным способом. Пища в горшке для милостыни, полученная недозволенным способом, подобна раскаленному железному шару или смертельному яду. Ученики всех будд и паччекабудд отвергли и прокляли эти недозволенные способы. Для того, кто ест пищу, полученную незаконным способом, нет уже ни смеха, ни радости. Такая пища, согласно моему учению, подобна отбросам пищи чандалы, а употребление ее для последователя истинного учения подобно съедению отбросов пищи чандалы». И Учитель рассказал историю о прошлом. 

В давние времена, когда в Варанаси царствовал Брахмадатта, Бодхисаттва возродился в образе чандалы. Когда он вырос, он отправился в путешествие по каким-то делам, захватив с собой корзину с рисом и другой провизией. 

А в это время жил в Варанаси один юноша по имени Сатадхамма, сын богатого брахмана с севера. Этот юный брахман тоже отправился в путешествие, но не взял с собой пи риса, ни корзины. 

На большой дороге оба путешественника повстречались. И юный брахман спросил Бодхисаттву: «Какого ты рода, любезный?» — «Я чандала, — отвечал Бодхисаттва, — а ты какого рода?» — «А я брахман с севера», — сказал знатный юноша. «Так давай путешествовать вдвоем», — решили они и вместе отправились в путь. 

Когда настало время завтрака, Бодхисаттва выбрал удобное место около воды. Омыв руки, он развязал корзину и сказал брахману: «Отведай моего рису, любезный». — «Что ты, низкий чандала, — отвечал брахман, — я вовсе не нуждаюсь в твоей пище». — «Ну, хорошо», — сказал чандала и достал из корзины столько рису, сколько ему нужно было для завтрака. Положив его на пальмовый лист, он закрыл корзину и принялся за еду. 

После завтрака он выпил воды, омыл руки и ноги, уложил остатки пищи в корзину и сказал юноше: «Пойдем, брахман». И они снова тронулись в путь. Весь день они шли, а вечером спустились к водоему и стали купаться. 

Когда они вышли из воды, Бодхисаттва снова достал из корзины провизию и, не предлагая брахману, начал есть. 

Молодой брахман, голодный и утомленный от ходьбы в течение целого дня, стоял, смотря на чандалу, и думал: «Если он теперь предложит мне поесть, то я не откажусь». Но чандала ел, не говоря ни слова. 

«Этот чандала поедает все молча, попрошу-ка я у него остатки его пищи, — решил брахман, — выброшу негодную, а остальную съем». Так он и сделал. Но когда он ел пищу чандалы, его стала терзать мысль: «Ведь тем, что я съел остатки его пищи, я опозорил свое рождение, семью, род, страну». Сильное раскаяние охватило его, и от этого пища с кровью вышла у него обратно. «Ох, из-за такого пустяка я совершил такое недостойное дело», — подумал брахман и, рыдая, произнес следующую гатху: 

Такую дрянь, отбросы те, что чандала с трудом мне дал, 

Я, брахман, съел, и все они обратно вышли изо рта. 

Так сказав, брахман решил: «Зачем мне теперь жизнь, мне, совершившему такой дурной поступок?» 

После этого он удалился в лес, никому больше не показывался на глаза и умер одинокой смертью. 

Приведя эту историю о прошлом. Учитель сказал: «О бхикшу, как юноша Сатадхамма, который съел остатки пищи чандалы и понял, что из-за такого недостойного поступка для него нет теперь ни радости, ни смеха, так будет со всяким, кто следует высшему учению, но добывает себе на жизнь недозволенным способом. Когда он съест то, что получено им способом, который отверг и проклял Будда, для него не будет больше ни радости, ни смеха». 

Дав такое наставление и став совершенно просветленным, Учитель произнес вторую гатху: 

Отбросив истинный закон, кто не по дхарме действует, 

Как Сатадхамма брахман, тот ни в чем не видит радости. 

Приведя эту историю для разъяснения дхармы и провозгласив благородные истины, Учитель отождествил перерождения (после провозглашения истин многие бхикшу достигли первого пути): «Тогда чандалой был я».

(Перевод В.В. Вертоградовой)

Джатака о четырех вратах (или о Миттавиндаке)

«И прежде ты, о брат, ругаясь, не поступал по словам мудрых, за что и вкусил острое колесо»… 

В древности в Бенаресе жил-был Миттавиндака, сын цехового начальника... Его отец и мать достигли первой степени святости, он же был дурного нрава и неверующий. Однажды, когда отец умер, мать, расхаживая по дому, сказала ему: «Милый, ты получил то, что трудно получается и не оставляется. Подавай милостыню, блюди нравственность, слушай закон, совершай обряд упошатхи». 

Сын ответил: «Мать, не нуждаюсь я в подаянии милостыни, не говори мне ничего; как понадобится, так и стану поступать». 

Однажды в день упошатхи, полнолуния... мать сказала: «Милый, сегодня желанный день великой упошатхи, я дам тебе тысячу, если ты, совершая обряд, пойдешь в монастырь и станешь всю ночь слушать закон».