22 июня швейцарцы нанесли жестокое поражение армии Карла Смелого под Муртеном, но это не остановило герцога, который отказался заключать мир и продолжил войну. По булыжной мостовой кавалькада подъехала к зданию муниципалитета и все спешились. Один из спутников герцога придержал стремя, помогая Рене спешиться. У входа в здание стояли несколько швейцарцев, к которым подошёл Мартин, что-то объясняя. Один из них взглянул на герцога и сделал знак следовать за ним. Пройдя коридором, освещаемый настенными факелами, они очутились в большой зале, где за большим дубовым столом сидели швейцарцы, переговариваясь между собой. Провожающий предложил герцогу присоединиться. Рене сел напротив пожилого швейцарца с окладистой бородой.
— Герцог Лотарингии, Рене, — представил собравшимся молодого мужчину Мартин.
— Герцог без герцогства, — усмехнулся швейцарец, сидевший напротив Рене, заставив покраснеть юного герцога.
— Я прибыл к вам с предложением о заключении договора, между Швейцарской конфедерацией и Лотарингией, — Рене проглотил обидные для него слова швейцарца и обвёл взглядом собравшихся.
— Я Никлаус фон Дисбах, член совета кантона Берна. Это все мои соратники — Представители кантонов Швейцарской конфедерации, — поглаживая бороду сказал Дисбах. — Мы слушаем Ваши предложения.
— Я хочу вернуть свои земли, — начал Рене, — моих сил не хватит для борьбы с Карлом Смелым. Но опираясь на вашу поддержку я смогу победить бургундского герцога.
— А какая нам от этого выгода? — поинтересовался сидевший справа от фон Дисбаха швейцарец, представитель кантона Цюрих, Герхард Цвингель. — Вы хотите с нашей помощью отвоевать свои земли, но это Ваши земли, а не наши. Зачем нам воевать за Лотарингию?
— Да поймите вы наконец, — запальчиво воскликнул молодой лотарингский герцог, — кантоны находятся в состоянии войны с Бургундией. Карл Смелый, несмотря на поражения под Грансоном и Муртеном все ещё является обладателем сильной армии, одной из самых сильных в Европе. Сегодня вы победили, а что будет завтра? Карл не оставит своих надежд покорить швейцарские кантоны, он будет стремиться покорять один кантон за другим. Война будет длиться бесконечно, несмотря даже на помощь, которую вам оказывает французский король. А объединившись вместе, мы дадим отпор Карлу, навсегда отбив у него охоту воевать с нами. Кроме того у вас появиться благодарный сосед в моем лице. Насколько я осведомлён, — добавил к своей пламенной речи Рене, у кантонов есть ещё один серъезный противник на юге — Савойский герцог, союзник герцога Бургундии. После разгрома Карла Смелого, он уже будет не страшен федерации.
— У Вас большая армия? — поинтересовался Цвингель.
— На данный момент я имею пять тысяч человек, но к концу года моя армия будет насчитывать восемь тысяч человек. Мои доверенные люди занимаются набором наёмников в германских землях. Я прошу дать мне возможность навербовать храбрых швейцарских солдат в свою армию. Их услуги будут щедро оплачены.
— Какие будут мнения? — спросил Дисбах у своих соратников. — Будем оказывать поддержку герцогу Лотарингии Рене II?
— Кантон Ури готов оказать помощь, — отозвался представитель этого кантона.
— Кантон Ундервальден поможет, — сообщил средних лет швейцарец со шрамом через все лицо.
— Швиз за поддержку, — выступил представитель лесного кантона.
— Цюрих выделит солдат, — сказал Герхард Цвингель.
— За поддержку Лотарингии, — выступили представители кантонов Гларус, Люцерн, Зуг, Фриборг и Солотурн.
— Берн присоединяется к мнению кантонов Швейцарской конфедерации об оказании военной поддержки и помощи герцогу Лотарингии Рене II, — встал с места Лютер Дрейер. За ним встали все представители кантонов.
— Благодарю вас, — слезы радости наполнили глаза молодого герцога. — Мы будем верными союзниками.
— Уважаемый герцог, — сказал Никлаус фон Дисбах, — мы просим Вас быть нашем гостем и принять участие в праздновании нашего соглашения.
6. Наши дни. Москва. Профессор Горский.
Алексей не смог зайти через три дня к профессору Горскому как обещал. Он сильно простудился, температурил, кашлял и был вынужден сидеть дома.
Но старый профессор решил сам навестить своего любимого ученика, вспомнив пословицу — если гора не идёт к… Появлению в своей холостяцкой квартире Евгения Анатольевича, Алексей очень обрадовался.
— Извините меня, профессор, что не смог к Вам зайти, — промямлил Алексей, — заболел.
Он помог профессору раздеться и предложил выпить чая.
— От чая не откажусь, — сказал Горский, — а ты выпей чай с малинкой, очень помогает. На вот возьми баночку, сама Ольга Николаевна приготовила. По себе знаю, когда хандрю, лекарства не принимаю, только все натуральное — малинка, мёд, а нос между прочим надо соком из лука закапывать, — добавил профессор. — Очень помогает.
— Евгений Анатольевич, откуда вы узнали о моей болезни, — удивился Алексей. — Ведь я Вам не звонил.
— Все просто Ватсон, как говорил великий сыщик Шерлок Холмс, — продекламировал профессор Горский, — позвонив в твою школу, разумеется представившись, я выяснил, что ты взял на три дня больничный. Оба дружно рассмеялись.
Выпив чаю, они приступили к беседе. Анализ, сделанный другом профессора, показал, что пластина изготовлена из высококачественной стали, из которой выковывались мечи и кинжалы. Клеймо мастера отсутствует. При более тщательном и внимательном осмотре пластины, профессор по обеим сторонам герцогской короны заметил две небольшие латинские буквы — P и G.
— Так вот, Алексей, эти буквы означают инициалы герцога Бургундии Филиппа Доброго — Ф и Д , — сообщил Горский, — да и анализ состава пластины подтвердил дату изготовления — середина XIV века. Сам понимаешь точно год определить невозможно. Филипп Добрый правил с 1419 года по 1467 год и наследовал своему сыну Карлу Смелому — последнему герцогу Бургундии. Да и вот ещё такой ньюанс, в одном из углов пластины видна римская буква I. Возможно это означает, что это первая пластина и существует вторая, третья, а может быть и ещё несколько. Вот так то. Ты, пожайлуста, порасспроси владельца пластины, может быть у него есть какие-либо данные. — попросил он и добавил, — все это очень интересно, чувствую здесь кроется тайна. Если не возражаешь, пусть пластина побудет пока у меня, я хотел бы ещё кое с кем посоветоваться. А ты как поправишся — сразу ко мне…
Шура Смычков. Двумя днями позже.
Через два дня, победив простуду, Ставров отправился на поиски Смычкова. Он пытался дозвониться до Шуры, но его телефон был все время занят.
Дверь в квартиру, после настойчивого стука Алексея, открыл сам Шура, по внешнему виду которого было видно, что он навеселе. Поздоровавшись, Алексей прошёл в квартиру. После смерти бабушки квартира пришла в запустение и была сильно захламлена. Елизавета Андреевна умудрялась поддерживать в квартире чистоту и уют, несмотря на свои годы и болезнь. Смычков рос без родителей и воспитывался бабушкой — преподавателем Французского языка в школе. Мать свою он не помнил, она бросила его отца когда ему было 2 годика, отец страшно запил и однажды не пришёл домой ночевать. А через два дня он узнал, что отец утонул в Москва-реке, возвращаясь с очередной попойки ночью домой.Тогда Смычкову было всего 5 лет…
Бабушка пыталась как могла воспитывать внука, но её усилий явно не хватало.
Сначала хулиганская компания во дворе, которая едва не привела его на скамью подсудимых, затем учёба в ПТУ, из которого его неоднократно пытались выгнать, и только мольбы и просьбы бабушки спасали его, и вот теперь он работал сантехником в ЖЭКе, куда его же опять пристроила после службы в армии бабушка, упросив своего хорошего давнего знакомого управдома. Все таки армия как-то исправила молодого человека, не в смысле употребления горячительных напитков, Шура продолжал их принимать с постоянной периодичностью, скорее он осознал, что прежнее его поведение, которое он вёл до армии, поможет ему в скором будущем очутиться за решёткой. Он не стал связываться со своими бывшими приятелями, некоторые из которых уже успели поменять местожительства, отправясь в исправительные колонии, а особенно активные и в тюремное заключение. Некоторые, оставшиеся на свободе, его бывшие кореша, обрадовались приходу из армии старого кента, однако своим поведением Смычков их разачаровал, не желая ввязываться в никакие компании. Бабушка, Елизавета Андреевна,была несказанно обрадована таким решением внука и переключилась на борьбу с алкоголем. Она побоялась сдать внука в диспансер на принудительное лечение, боясь, что это может повредить ему в будущем и только тихонько плакала по ночам, уткнувшись в подушку. Видимо отрицательные гены отца передались сыну. Иногда Шуре становилось жаль старушку и он вникал её просьбам, прекращая употребление спиртного, правда ненадолго.Затем все повторялось снова.