Щёлк. Комнату на мгновение озарило зелёное свечение. Хорошо, что у меня теперь отменная реакция. Хоть какая-то польза от неудачных покушений!
Над стулом, там где была бы моя голова, из зеркала вывела стрела. Она со свистом рассекла воздух и глубоко вошла в висевший на стене гобелен. Я проводила её глазами. Может, и стоило кричать, да в горле впервые, как я себя помню, застрял ком. Голос пропал, а я зажала нос и рот ладонями, чтобы не так шумно дышать.
Шум прекратился. Больше ничего не трещало и не щёлкало, но вылезать я не спешила. Судя по тому, что Изабелла шумом не всполошилась, наверное, отошла. Надеюсь, она ушла встречать эрцгерцога.
Я в очередной раз покосилась на стрелу и сглотнула. Мда, не хотелось бы, чтобы это была моя голова. Кому я так не нравлюсь только, что такими варварскими методами-то!?
Через около получаса лежания на холодном каменном полу было решено, что стрела в центре гобелена смотрится очень даже неплохо, а я, как только стану эрцгерцогиней Нортон, положу по всему поместью ковровые дорожки.
Вставать всё равно не хотелось. Но всё-таки лежать там до следующего дня выходом никак не было.
— Сейчас встану, в зеркале отражусь, и оно опять стрельнёт, — задумчиво пробормотала я и немного приподнялась на локтях.
На коленках я обползла стул и нырнула к стене, у которой и стоял мой туалетный столик. Главная проблема заключалась в том, что эрцгерцог с декорацией постарался, зеркало было просто огромным, и в нём отражалась почти вся комната. Дверь так точно, а значит, мне оставалось только одно.
— Окно.
До окна мне было вправо рукой подать. Почти в буквальном смысле. В зеркале же отражалась от силы половина левой шторы. Вздохнула и полезла на подоконник, что же мне ещё оставалось! Не думаю, что охрипшим голосом бы до кого-нибудь докричалась, Несса со своими мальчишками, наверное, спали.
Брякнула задвижка. Скрипнула оконная рама.
Пожалуй, единственное, чего я никогда не боялась, так это высоты. Скалодром по воскресениям — любимое развлечение. Как же я ошибалась. Оказалось, высоты я очень даже боюсь, особенно балансируя на узком карнизе средневекового замка и отчаянно хватаясь за каждую щель. Строители поместья были сотню раз прокляты за несообразительность, ибо могли бы и гаргулий поналяпать. Да, признаю, с фасадом замка смотрелось бы ужасно, но зато мне бы было за что держаться!
Я кое-как переползла вдоль стены к ближайшему окну и пнула раму ногой, руки-то заняты. Окно оказалось закрыто. Стекло мягкой тапочкой не разбить, левый так вообще на очередном неудачном пируэте соскользнул с ноги и упал на газон. Проследив за его падением в три этажа и насладившись характерным звуком, я ещё сильнее сжала пальцы. До белеющих костяшек, и поползла дальше.
До дворе заржала лошадь. Её наездник соскочил на землю, передал вожже подоспевшему конюху и широкими шагами направился к поместью.
— Господин эрцгерцог! — крикнула я. Этот профиль я в темноте и через пол внутреннего двора узнаю. — Я здесь!
Не хватало только ладошкой помахать, но тогда я точно свалюсь.
Мужчина замер и посмотрел наверх. Я широко улыбнулась, хотя и была почти уверена, что он всё равно не увидит. Эрцгерцог продолжал молча на меня смотреть.
— Снимите меня, — жалостливо прохрипела я. — Пожа-а-алуйста.
Эрцгерцог покачал головой и поспешил внутрь. Зуб даю, он вздохнул госпожа Ведьма, мне и слышать не нужно. Что, в принципе, только доказывает насколько идеально я ему подхожу: понимаю с полуслова и могу узнать по тени!
Окно слева от меня распахнулось, и мою талию обвила тёплая рука. Меня подтащили поближе и перехватили ладонями за талию, затаскивая внутрь поместья.
— На меня опять покусился этот самый крестик круглый! — выпалила я, предвосхищая закономерный вопрос. Эрцгерцог удивлённо закрыл рот, отпустил мою талию и шагнул назад. — Там зеркало треснуло, и стрела вылетела, а я на полу лежала, а там холодно, и дверь в зеркале отражается, я подумала, оно снова пальнёт, а только и окно не отражалось, — выпалила я на одном дыхании. — Вот я и… и… в общем вот! — И рванула вперёд, падая на эрцгерцога и крепко к нему прижимаясь.
Его Высочество молчал. Тишину коридора нарушало лишь моё сбивчивое дыхание. Я обвила руками его тело и сжала рубашку на спине. Ёшкин кот какой-то, меня ведь опять чуть не убили! Осознание проблемы как всегда запаздывало.
— Испугались? — выдохнул эрцгерцог, и я утвердительно промычала.
Его руки легли на мою спину, а в макушку упёрся острый подбородок.
— Пойдёмте лучше, госпожа Ведьма, — прошептал эрцгерцог, увлекая меня вниз по коридору.
Я была против возвращения в свою комнату, но сопротивляться особенно не получалось. Особенно когда меня так нежно придерживали за талию и прижимали к себе.
К моему удивлению, дверь в мои покои мы прошли. Опа. Привели меня к спальне самого эрцгерцога и даже открыли дверь, пропуская внутрь. Только стоило мне войти, как Его Высочество развернулся и явно собрался оставить меня в полном одиночестве.
— Стоять!
Я мёртвой хваткой вцепилась в руку.
— Я сейчас вернусь, госпожа Ведьма, — успокаивающим голосом прошептал эрцгерцог. — Мне нужно проверить ваши покои, возможно, на этот раз остались какие-либо следы.
— А если оно сработает!?
— Госпожа Ведьма.
Мои пальцы от себя отцепили, но я и вовсе бросилась вперёд и обхватила его руками.
— Не пущу, там опасно, а мне без вас страшно!
Эрцгерцог тяжело вздохнул, безрезультатно пытаясь высвободиться из кольца моих рук. Отцепить меня, может, у него на пару с тенью и получалось, но вот далеко уйти — нет. А со мной висящей далеко не уйти.
— Я и так знаю, кто это был! — вопила я и отчаянно цеплялась за его дорожной камзол. Весь, кстати, пыльный и пропахший потом. — Кружочек с крестиком, там такой же был на записке!
Эрцгерцог остановился.
— Какой ещё записке, госпожа Ведьма?
Я быстренько пересказала содержание и все события после того, как эту проклятую записку нашла.
— Перед зеркалом, говорите, почти час сидели? — задумчиво уточнил Его Высочество.
— Угу. — Пользуясь тем, что эрцгерцог замер, я взяла его за руку и переплела вместе наши пальцы. — Похоже, этот квадратик всё просчитал!
— Подумайте, госпожа Ведьма. Кто бы мог знать о вашей любви к зеркалам? — Эрцгерцог вдруг глухо хохотнул. — О чём это я. Все.
Фыркнула и отвернулась. Я ведь так и обидеться могу! Хотя о чём это уже я? Я острожно покосилась на хитро улыбавшегося эрцгерцога. Мне улыбавшегося. Не могу я обидеться, эх, повезло же вам со мной, Ваше Высочество!
Но, может, для виду обидеться и стоило. Я картинно надулась и заставила себя отпустить его руку.
— Вам на меня совсем-совсем всё равно, да-а-а, товарищ эрцгерцог?
Даже носом шмыгнула для выразительности.
Мужчина вздохнул.
— Госпожа Ведьма…
— Александра, Саша, Сашенька! — воскликнула я. — Да хоть Шурой-Шурочкой, только бросайте уже госпожой Ведьмой!
— Госпожа Ведьма…
Чес слово, закатывать истерику в планах у меня не было. Так само-собой получилось. Мои внезапные рыдания спишем на всё-таки настигнувший шок покушения, накрывший ужас вихляний на узком карнизе третьего этажа, а набросилась я на эрцгерцога, потому что он сволочь бессердечная.
— Госпожа Ведьма, госпожа Ведьма, успокойтесь, — спокойно повторял он, невесомо поглаживая меня по спине.
А я продолжала рыдать, уткнувшись ему в грудь, и периодически легонько тюкала кулачком. Совсем-совсем легонько, я же не истеричка какая-нибудь.
— Госпожа Ве… Госпожа Ведьма!
Я вырвалась из рук мужчины и рванула вниз по коридору, затем по лестнице и выбежала на улицу. Точно ведь слышала, я уверена! Знакомый скрип повторился, а через парк замельтешила деревянная крыша. Вот же она!
— Александра! — это эрцгерцог бросился за мной.
— Валюша! — завопила, размахивая руками.
ВэЦэшка остановилась с одной куриной ножкой в воздухе.
— Валюша, иди сюда!