Ясно что за заведение пользуется популярностью у людей с такими нищенскими зарплатами. Туда я точно не собирался. Капитан сняла в трущобах «штат», и я, распрощавшись с рабочими, пошёл на восток, сжимая в руке две монетки по пять кредитов — весь свой заработок.
Если бы я действительно устроился работать на завод Цнеха единственное, что бы я заработал, это еда. И люди пахали за еду по четырнадцать часов, из которых только полчаса можно потратить на обед.
Штаб находился в одной из землянок. Здесь по крайней мере был только один вход, и никто не мог нас подслушать. В единственной комнате находилось три лежака, стол и полдюжины чурочек вместо стульев. Капитан с Авером сидели на этих чурочках и резались в карты, попивая пиво. На столе меня ждала тарелка с немного остывшей едой. На ужин у меня был кусок варёного мяса, перловка и огромный ломоть хлеба, щедро намазанный маслом.
Я молча сел и принялся жевать, одновременно открывая бутылку с пивом.
— Ну и вонь от тебя, — буркнула Кэп.
Я промолчал, продолжая перемалывать пищу. Сожрав всё, я залпом допил бутылку пива и, открыв вторую, закурил. Пару раз затянувшись я, наконец, рассказал Капитану всё, что успел узнать за этот день.
— Не шмонают на входе, — задумчиво протянул Авер.
— Не представляю, как я пронесу свою винтовку через проходную, — буркнул я. — Занять позицию для стрельбы на крыше какого-нибудь цеха не проблема, но не из пальца же мне стрелять.
Шеф похлопала меня по руке и мягко сказала:
— Всё идёт по плану. Потерпи ещё четыре дня.
Я вяло кивнул. У меня не осталось сил, чтобы думать о каком-то плане. Допив пиво, я стянул с себя вонючую одежду и завалился на один из лежаков.
Четыре дня…
Я заснул, не успев закутаться в одеяло.
Наша диверсия планировалась на субботу — как раз в этот день перед единственным выходным достопочтенный господин Цнех и устраивал инспекцию. В обед один из рабочих, которого я «обязательно узнаю» должен был передать мне отремонтированный Авером револьвер. Я тренировался в стрельбе из него три вечера, и результаты выходили весьма сностными.
Но понимания того, как я буду убивать человека, окружённого кучей охраны, у меня до сих пор не появилось. Складывалось впечатление, будто мне уготована роль камикадзе: убил цель, можешь погибать под пулями охранников. Шеф говорила, будто я всё пойму в последний день. У неё имелся план, который она, очевидно, считала отличным.
Но как оказалось, её плану не суждено сбыться.
Потому что именно в этот день участники профсоюза рабочих пронесли на завод две бомбы, шесть пистолетов и обрез. В колющих, режущих и рубящих приспособлениях на заводе, где убивали и разделывали скот, недостатка не было.
Впрочем, не по плану пошло абсолютно всё.
Глава шестнадцатая
В общем-то, ничто не предвещало беды. Утро пронеслось без каких-либо знаменательных событий — мне привычно дали лопату и отправили в загон. К этому времени я уже научился чистить его так, чтобы закончить работу ровно к завтраку. Весьма полезный навык, когда не хочешь, чтобы тебя заставили делать ещё что-нибудь. Наработаться за весь я всегда успевал и так.
Единственное, Квиор какое-то время постоял у меня над душой, глядя на то, как я работаю. В этот момент я, конечно, махал лопатой усерднее, чем собирался. Когда он ушёл, появился Дшук и заявил, будто в понедельник со мной, скорее всего, заключат трудовой договор. Обязаны заключить. Но это не точно.
Вот так радость. Будут платить не десять, а пятнадцать кредитов в день, то есть порядка четырёх сотен кредитов в месяц. Кажется, за поломойку Кэп обещала мне три сотни, а работы там было бы не в пример меньше. И еда лучше. И, по-моему, примерно столько мы тогда заплатили за банку говяжьей тушёнки.
Но… мысли о том, чтобы продолжить честно гнуть спину, были. Очевидно, что я не прирождённый убийца, и этот способ заработка до сих пор казался одним из худших.
Я немного нервничал, ожидая передачи пистолета. Нервничал бы на самом деле больше, но тяжёлая работа помогала отвлечься. Прибытие Цнеха ожидалось не ранее обеда. Обычно он инспектировал завод, а потом запирался с приближёнными в одном из помещений и устраивал там пьянку, которая заканчивалась в конце рабочего дня.
Выходило, мне нужно было поймать хозяина завода либо во время инспекции, либо после работы.
Привычная какофония звуков известила о прибытии новой партии животных. Закурив, я побрёл на раздачу.
— Эй, Алекс, — окликнул меня один из знакомых рабочих, — сейчас увидишь ублюдка, на которого мы гнём спины. Хозяина.
— Хозяина? — переспросил я.
— Ну да, говорят, он сегодня прибыл вместе с погонщиками.
— Может, поможет разделывать туши, — мрачно пошутил кто-то, некоторые рассмеялись.
— Может, мы его тушу на тушёнку пустим?
Смеющихся стало больше.
А я крутил самокрутку в пальцах, раздумывая о том, что же делать дальше. Погонщики никогда не останавливаются на территории завода: они заводят скот, получают накладные и уходят. После их ухода ворота до самого вечера будут закрыты. Выходит, агент, который должен передать мне ствол, уже здесь, либо прибыл именно с погонщиками скота. Ещё остаётся возможность забрать оружие за завтраком.
Или это кто-то из рабочих?
Мои глаза бегали по незнакомым и малознакомым лицам, когда кто-то дёрнул меня за локоть. Обернувшись, я увидел Дшука. Его унылая физиономия разочаровала меня сильнее, чем обычно. Хотелось бы, чтобы вместо него в толпе оказался Корос, прячущий под одеждой винтовку.
— Надеюсь, ты не вступил в профсоюз? — своим исчезающим голосом проговорил он.
— Нет.
— Хорошо, — кивнул Дшук и ускорил шаг, ничего не объяснив.
Я хотел его окликнуть, но потом плюнул. Какое мне дело до какого-то профсоюза?
Несколько погонщиков уже разгоняли скот по загонам. Меньше, чем обычно. Зато у раздачи стоит собралась толпа, причём часть фермеров, около дюжины человек, находилась именно там. И ещё несколько вооружённых мордоворотов, в том числе Квиор, окружали высокого толстого мужчину в дорогой одежде.
Вот и цель. Я получил заказ на этого человека больше недели назад, но впервые увидел перед самым убийством.
Если оно, конечно, не откладывается до следующей недели.
Толпа уже почти собралась. Рабочие перешёптывались, пытаясь понять, что происходит. И когда будет завтрак.
— Завтрак будет потом, — резко проговорил Цнех, видимо, сочтя, что все причастные в сборе. — Сначала я должен сделать небольшое заявление.
Ему бы выйти для заявления вперёд, но хозяин завода трусливо продолжал прятаться за спинами охранников. Что не мешало ему яростно жестикулировать и бить себя в грудь во время пламенной речи.
— Я прослышал о том, что рабочие, которые уже не один год трудятся на заводе, недовольны условиями труда. О том, будто эти рабочие сколотили шайку и намереваются саботировать работу фабрики. Фабрики, которая кормит город! Фабрики, на которой трудятся две сотни человек! Две сотни семей могут позволить себе еду и крышу над головой благодаря мне! И разве я вас не кормлю? Вы получаете еду, вы получаете деньги! Знали бы вы, на какие лишения я шёл ради вас!..
— Какая-то хрень творится, — прошипел мне на ухо знакомый голос.
Обернувшись, я увидел Короса, скрывающего лицо под рабочей кепкой. Что-то ткнулось мне в бедро. Опустив руку, я почувствовал, как убийца вложил мне в ладонь рукоять револьвера. Быстро сунув револьвер в правый карман куртки, я принял бумажную коробку с патронами, которая сразу же перекочевала в левый карман.
— Посмотри на вышки.
Подняв голову, я смог рассмотреть три вышки из четырёх. И на каждой находилось по два сторожа. По два. На каждой.
— Ворота закрыли, — продолжал Корос, — хотя погонщики ещё не ушли.
— Ты давно на заводе? — спросил я.
— Три дня. Видел тебя пару раз, но сам не показывался тебе на глаза.