— Нет! — ответил я. — Просто интересуюсь.
— Как вас звать? Валерий, а по батюшке? — я не понял к чему клонит клиент.
Но ответил:
— По батюшке я свет Евгеньевич.
Андрей Григорьевич рассмеялся. Люблю клиентов с нормальным чувством юмора. Но потом он быстро стал серьёзным:
— А образование у вас?..
— Я инженер-двигателист. Закончил наш Политех.
— Вы мне нравитесь Валерий свет Евгеньевич! Я вам предлагаю работать на себя. У вас и с головой порядок и с руками! Сколько вы здесь получаете?
Ну, вот, началось!
— За две недели последнего отпуска мне выплатили двадцать. — я привык быть поосторожней с цифрами.
— У меня вы будете получать сто двадцать. Ежемесячно. — стоящий недалеко Максим удивлённо оглянулся на нас. — При этом, всё время, пока моя машина на ходу, вы можете заниматься всем, по своему усмотрению. Можете даже здесь работать. Мне это всё равно. Идёт?
Я оглянулся на «народ». Все обалдело и с завистью смотрели на меня.
— А что будет входить в мои обязанности?
— Настоящий мужской разговор! — удовлетворённо потёр руки Андрей Григорьевич. — Завтра в понедельник приходите ко мне, обговорим и составим договор. Вот моя визитка.
Там на визитке была упомянута действительно серьёзная компания! У меня даже мурашки по коже побежали.
Когда мы прощались, он сказал:
— Так я вас жду!
Сел на свою Элладу и укатил. Тишина в помещении «Факела» после его отъезда стояла такая, что было слышно, как Андрей Григорьевич притормаживал перед следующим перекрёстком.
— Можно глянуть? — спросил Максим, протягивая руку за визиткой.
Я без опаски дал. Максим тут же забрал и сунул её к себе в карман.
— Я тебя никуда не отпускаю! Ты ещё свои долги не отработал!
«Народ» возмущённо загудел. Я жестом всех успокоил.
— Зря завидуешь! Ты счастливчик, что туда не лезешь. Ну, да я ещё увольняться не собираюсь. Договор пока не написан и одно другому тоже пока не мешает…
Толик Моржов весело засмеялся. Остальные заулыбались. Публично униженный мной Макс, с недовольным видом, достал из кармана визитку и сунул обратно мне в руку.
— Так, народ! — оживился я. — Денег у меня осталось совсем мало, но на каждого по пиву у меня хватит.
Этот день все у нас запомнят надолго! До завтра, уж точно! А мне надо было просто разрядить накопившийся негатив.
Когда мы, вдвоём с Толиком, жизнерадостно попивая пиво, шли пешком с работы домой, он спросил меня:
— А что за ерунда взорвалась там, где автобус ехал…
Мне совсем сейчас не хотелось думать о какой-то машине времени. Слишком настроение было добродушным. Но хорошие отношения с Толиком мне портить сейчас тоже не хотелось. Я подумал немного и сказал:
— Эта история началась давно, ещё в начале моего отпуска. И мне почти никто не верит…
И я рассказал ему кое-что из того, что со мной случилось за это время. У Толика в конце моего рассказа были просто ошалевшие глаза. И, когда мы уже подходили к улице Королёва, где жил Толик, он сказал:
— Обалдеть! Такое даже за всю жизнь не придумаешь! Как тебе повезло! Мне бы кто подарил такую машину времени…
— Да, я тоже так вначале думал. Но потом начались разные сложности. И я сейчас счастлив, что всё это позади.
Я, благодаря пиву некритично относился к своим словам. Поэтому, даже для себя не стал конкретизировать: «почти всё позади». Кое-что неприятное продолжало ещё посверкивать впереди, в приближающемся моём будущем.
Придя домой, дозвонился Лике. Как приятно было снова услышать её светлый голос. Сказал, что работы у меня теперь много и смогу с ней разговаривать только вечером, когда буду возвращаться домой. Она успокоила, что это не страшно, и она меня всё равно любит и будет ждать, когда позвоню! Вот такие пироги! Она меня любит!
Воскресенье уже подходило к концу. Я приготовил ужин, а потом и поужинал, вместе с завтраком и обедом, которые я сегодня опрометчиво пропустил.
После включил комп. Было два новых письма. Одно, ожидаемое, от Димки Калашникова. Он прислал мне текст своего уже причёсанного рассказа «Правда о МВ» ещё ночью, а утром я поленился заглянуть. И было второе письмо. Анонимное. С явной угрозой.
«Не надейся, что сможешь избежать». Текст был незакончен, но в нём было, пожалуй, всё. И я догадывался, чего я должен надеяться избежать.
Я ещё поискал упоминания машины времени у блогеров. Там было много интересного, но ничего, касающегося лично меня и недавних событий в нашем городе.
Но идея создать сайт, чтобы выдавать обдуманные и согласованные документы у меня возникла. Я тотчас позвонил Калашникову, чтобы не терять даром времени.
— Ты, наверное, Валера хочешь спросить, как та статья? — сразу же без приветствия начал Профессор. — Я уже отправил письма для ознакомления шести своим корреспондентам. И тебе тоже. Да, только правильным корреспондентам. Но уже кое-кто смеялся. И мне посоветовали опубликовать в разделе фантастики на портале Проза. ру. Серьёзно к этому никто не относится. Вот если бы ты оставил у себя машинку на браслете… А без этого верящих на слово не найдёшь. Надо мной просто все сейчас будут потешаться!
Профессор был в унынии. Что при мне происходило уже во второй раз. Пришлось успокаивать.
— Я сочувствую, Дима. Но впадать в полное уныние смысла нет. Тем более, что у тебя великолепное изложение и хорошо прочувствованный сюжет. Это твоё! А глупые пусть смеются! Им невдомёк, что это и есть правда. Только ложь подстраивается под читателя. Понимаешь? Должна читателя вести за собой, а не подстраиваться!
Дима хмыкнул что-то. Я больше терять время на успокоение не стал. Он сам всё скоро поймёт.
— Но я тебя немного по другому поводу беспокою. Знаешь, Димка, мне самому очень понравилось, как ты это написал. У меня, когда читал, просто мурашки по коже бегали… У тебя писать большой талант! У тебя никогда не появлялось желание создать свой блог? У тебя первичный текст уже есть…
— Блог? Что ж, интересная идея! — тотчас откликнулся Профессор. — Но я ещё не думал об этом.
— Так подумай! Только имя должно быть оригинальным: ПотоковыйНакопительОтДеЛореан. ру. Или УэллсПлачет… Потому, что на Калашников. ру, или на МарияВладимировна будут заходить совсем другие люди, и за иной информацией. Ну, название ты сам придумаешь! Идёт?
Понедельник. Рано утром, когда я собирался с визитом к своему потенциальному работодателю, Андрею Григорьевичу, неожиданно позвонил полковник Богданов.
— Валерий Евгеньевич! — снова он идёт на «вы». — Сегодня к двенадцати дня прошу вас явиться сюда ко мне. И не забудьте паспорт. Это ещё не арест, но всё равно прошу утрясти все свои дела ещё до прибытия. У вас есть на это четыре часа.
Ответить ему я не успел, потому, что Богданов моего ответа ждать не стал. Вот и кончились, даже ещё не начавшись, хорошие времена! Ну, что бы майору Вяземскому зайти тогда в свой кабинет секундой позже! Как бы всё замечательно у меня сложилось… Нет проклятых артефактов, и все живы! Каверзная судьба ко мне ужасно несправедлива в последнее время.
«Утрясти все свои дела»… Даже не знаю с чего начать.
Может, предупредить на работе… Пойти к Андрею Григорьевичу и сказать, что не могу заниматься с его Ладой по причине какой-то идиотской статьи Уголовного кодекса… Оповестить «клуб» … Увидеть Лику… Может, стоит поискать адвоката? Утрясать такие свои дела мне ещё никогда не приходилось.
Я только теперь осознал, что не могу представить себя осуждённым. Потому что всегда считал себя законопослушным. Только последнее время внесло какие-то свои коррективы. Но в этом-то я был неповинен. Обстоятельства так сложились. На глаза попались часы, с которыми дядька, вероятно, хотел просто распрощаться. А я их взял. И началось, и закрутилось! Глупые, недальновидные поступки, последствия которых просто невозможно просчитать, и жёсткий ответ судьбы на каждый из них! За что? Почему, мне выпало разгребать всё это?