явления. Технические объекты создаются для удовлетворения
тех или иных потребностей людей – иначе в них не было бы никакой необходимости. Но сами по себе средства производства
как таковые не удовлетворяют никаких потребностей человека.
Их удовлетворяют предметы потребления, в числе которых видное место занимают также технические устройства. А они-то
как раз в этом случае фактически не принимаются во внимание.
Но даже если включить в рассмотрение и технические предметы
потребления, все равно вне этих рамок окажется ряд других
(тоже технических) устройств. Куда, скажем, следует отнести
такие, несомненно технические, устройства как драгоценные
украшения и египетские пирамиды, полицейские наручники и
астрономический радиотелескоп?
Сам С.В. Шухардин позже несколько расширил свое определение, считая, что вообще «техника – совокупность вещей и
процессов, объединенных человеком в искусственно созданные системы»5. И, наконец, в статье в «Большой Советской
Энциклопедии» он определяет технику как «совокупность
средств человеческой деятельности, создаваемых для осуществления процессов производства и обслуживания непроизводственных потребностей общества». При этом все же «основную
часть технических средств составляет производственная техника»; но перечисляется также ряд групп «непроизводственной
техники». Общего же основания для определения того, что от5
См.: Состояние исследований по проблеме современной научно-технической
революции. − М., 1968. − С. 20.
13
носится к технике (как некоторой целостности, в которую
включены и «производственная», и «непроизводственная» техника), С.В. Шухардин и здесь не приводит.
Невозможность сведения техники исключительно к «средствам труда», поскольку они «не охватывают очень важные группы технических средств: военную технику, технику связи, бытовую технику»6, верно подчеркивает «Философская энциклопедия». Однако и здесь, как и во многих других случаях, определения техники выводятся индуктивным путем из достаточно
произвольно выбранной совокупности технических объектов.
Техника, согласно «Философской энциклопедии», включает
«производственную технику, технику транспорта и связи, технику научных исследований, военную технику, технику процесса обучения, технику культуры и быта, медицинскую технику,
технику управленческого и государственного аппарата». Видимо, перечень тут можно было бы продолжить (или изменить).
В то же время ряд искусственных материальных объектов безосновательно исключен из состава техники (например, утверждается, что «жилые здания … не относятся к технике, а производственные помещения и постройки относятся»7). То есть
опять же никакого единого объективного научного обоснования
выбора для всех случаев не имеется.
Безусловно, индуктивные методы играют исключительно
важную роль в исследовании действительности. В конечном
счете именно на них изначально базируется всякое познание.
Общее представление о технике несомненно «должно опираться
на специальную классификацию техники, которая бы, сведя ее
многообразие к некоторому числу отличающихся между собой
групп, позволило бы систематизировать материал и затем воспроизвести конкретную действительность»8. Однако определение того или иного явления из него самого – занятие совершенно бесперспективное. Только выход за его пределы, соотнесение
данного явления с рядом других, во взаимодействие с которыми
6
Философская энциклопедия, т.5. − М., 1970. − С. 227.
Там же. – С. 228.
8
А.Ю. Ретеюм, Л.Ф. Куницын. Функции техники в процессах взаимодействия
общества и природы. – Взаимодействие природы и общества. − М., 1973. − С.
95.
7
14
оно включено, позволяет понять его сущность. Разумеется, это
относится и к такому явлению как техника.
В ряде случаев, однако, все же имеют место попытки соотнести технику с некими, внешними по отношению к совокупности технических объектов, явлениями. Прежде всего, следует
отметить подход, согласно которому техника определяется как
некоторое объективное явление действительности в сопоставлении с другими ее (действительности) областями. «Человек имеет
дело с двумя видами явлений: явления природы и явления общественной жизни… Что же из себя представляют технические
явления? Можно считать, что это своеобразная третья сфера, с
которой соприкасается человек, наряду с природой и общественной жизнью. Природа, общество и техника − вот мир, окружающий человека. Техника по своему характеру, по законам своего
развития может быть выделена в качестве самостоятельной области явлений»9. При достаточной обоснованности такого подхода, все же остается проблема – по каким критериям следует осуществлять упомянутое выделение? То есть ответ на вопрос, что
же такое техника, таким образом получен быть не может.
Разумеется, можно считать техникой «все, что человек ставит между собой и природой». Однако здесь технические объекты в основном соотносятся с человеком как индивидом, что не
является корректным. Хотя в большинстве случаев под индивидом все же понимается человек общественный, этот момент не
проводится последовательно.
Может быть, наиболее полным из существующих определений
техники «как комплекса вещей», следовало бы признать то, в котором техника представляется как «искусственная материальная система (системы) общества для целенаправленного изменения форм
вещества, энергии и информации, в которой способ связи компонентов (технических объектов) – структуры и протекающие в них
организованные природные процессы представляют собой целостность, определяемую технологическими функциями»10.
9
А.А. Зворыкин, Н.П. Осьмова, В.И. Чернышов, С.В. Шухардин. История техники. − М., 1962. − С. 15.
10
Техническое творчество: теория, методология, практика Энциклопедический
словарь-справочник. Под ред. А.И. Половинкина, В.В. Попова. Режим доступа
http//doc.unikor.ru
15
Не говоря уж о том, что здесь техника представляется как
нечто целостное, а не как произвольный набор технических объектов, это определение охватывает подавляющее большинство
тех объектов, которые мы интуитивно относим к техническим.
Однако и оно ряд из них оставляет в стороне. Его, например,
достаточно сложно приложить к военной технике. Конечно, каждый из отдельных видов последней достаточно полно может
быть подведен под данное определение. Однако не вся военная
техника в целом – если, конечно, не считать осуществляемым
ею «изменением формы вещества» превращение живого человека в труп. Еще труднее применить указанное определение к
упоминавшимся выше египетским пирамидам и украшениям, к
ритуальным предметам и т. п. как готовым материальным объектам в любом их комплексе. «Технологические функции» в
общепринятом смысле здесь попросту отсутствуют. Ясно ведь,
что никаких «превращений формы» вещества или энергии мы
здесь не имеем, а о «превращениях информации» можно было
бы говорить разве что с большой натяжкой и существенными
оговорками (т. е. о превращении ее не самими техническими
устройствами, а при помощи последних в чьем-то сознании).
Несколько особняком стоят определения техники как «реализации человеческого духа», которые вряд ли вообще можно