– Да, – наконец отвечаю. – Мило.
– Ты сердишься? – спрашивает он.
Я киваю.
– Немного.
– Прости, что не сказал тебе. Я же говорил, это из-за него. Не из-за тебя.
– Я понимаю. Просто кажется, что между нами много секретов.
– Это все, клянусь. – Между нами проходит тихий разряд, а затем он говорит: – Вообще-то, нет, это ложь. Есть ещё одна тайна, которую я скрывал.
Моё сердце стучит в груди, и ладони внезапно потеют.
Это конец? Он уже знает.
– Я люблю тебя, Риз. Слишком рано об этом говорить, но я знаю, что чувствую.
Мой удивленный взгляд встречается с его в отражении стекла. Честно говоря, я шокирована его признанием. С Брайаном мне было очень весело, но в моём сердце был ещё один человек. И сегодня, увидев его во плоти, только подтвердила то, что я уже осознавала в глубине души. Я не отошла после Марка Эштона. Я не пережила нашу совместную ночь, и я уверена, что влюбилась в него после одной ночи.
Но , по-моему, у меня развивается любовь к Брайану, любовь, которая выросла за время, проведенное вместе, и я понятия не имею, что ему сказать, как ответить на его признание. Я сказала, что влюбляюсь в него, но это совсем не то, что сказать эти три маленьких слова.
Поэтому я ничего не говорю. Вместо этого я поворачиваюсь в его руках, что трудно сделать рядом с окном, и прижимаюсь губами к его. Он открывает рот моему, безотлагательному и горячему, а затем он внезапно берёт меня на руки, несёт на кровать и грубо бросает на неё. Он протягивает руку под платье, дергая мои трусики в сторону, и вводит два пальца в меня. Я откидываюсь на кровать, мои мысли смешались, когда он грубо берёт меня пальцами. Он убирает руку от меня, когда доволен моей достаточной влажностью, расстегивает брюки и спускает их, чтобы вытащить член. Он оттягивает мои трусики в сторону, прежде чем войти в меня.
По-другому. Животно, вожделенно, плотски. Страстно. Ему необходим ответ на его слова, и он использует моё тело, потому что я не использовала язык, чтобы ответить ему. Он горяч, полон страсти и желания, черт, мы полностью одетые на кровати Брайана, в то время как вечеринка бушует за дверью. И человек, укравший моё сердце в этом самом пентхаусе не так давно, находится где-то поблизости, зная, что я сейчас в спальне Брайана с ним, и может быть, ему даже интересно, что мы здесь делаем.
Именно эта мысль приводит меня к сокрушительному оргазму. Брайан кричит, когда я начинаю приходить в себя, какие-то непонятные звуки вперемешку с проклятиями и фразами вроде «как чертовски туго», «так влажно». Он выходит из меня, когда моё тело расслабляется, совершая пару рывков, комкая мои трусики и буквально заявляя о себе, оставляя свой след на мне.
Брайан прижимается нежным и мягким поцелуем в полном противоречии с тем, что он только что сделал со мной. Он уходит в ванную, чтобы привести себя в порядок; поколебавшись минуту, пытаюсь восстановить какое-то подобие контроля над телом и разумом. Он возвращается с полотенцем и помогает мне очиститься.
Я не хотела произошедшего. Не здесь, не с этим человеком, он не тот, что в мыслях, не в тот момент, когда желанный человек прямо по ту сторону двери.
Однако Брайан нуждался в уверенности. Ему нужно было знать, что я намерена пройти этот путь с ним. Ему необходимо было ощутить себя в безопасности, показать, что я не собираюсь бросать его ради брата. Интересно, не уводил ли Марк женщин у Брайана, не подумав, а потом просто бросал их.
Я могу быть увлеченной им, моё тело может желать его, и моё сердце – нуждаться в нём, но как только Марк Эштон получает желаемое от женщины, он переходит к следующей. Я не могу отказаться от успешного начала, которое сложилось у меня с Брайаном в пользу кого-то, с кем будет только конец.
Брайан никогда не должен узнать, что произошло между мной и Марком. Во всяком случае, это в прошлом. Я могу сделать это. Я могу справиться с этим.
Я могу заниматься сексом со своим парнем, не думая о другом мужчине.
В конечном счете.
Но только не сегодняшней ночью.
Я чувствую себя голой, выходя из спальни Брайана. Я точно не обнажена, но мне пришлось оставить трусики в его комнате из-за того, что он с ними сделал.
Мое платье облегающее, поэтому не похоже, что легкий ветерок, может заставить мою юбку подняться, но я всё ещё чувствую прохладный воздух на своей влажной, обнаженной коже.
Мы возвращаемся в гостиную. Люди везде – некоторые сидят на диванах, некоторые - на их подлокотниках. Некоторые - на столах. Другие танцуют за диваном или между диваном и телевизором. Я сразу же замечаю Марка. Он стоит у окна, освещенный светом бульвара Стрип - с тем же видом, что из его комнаты. Панорамное окно от пола до потолка обеспечивает обширный и прекрасный вид на Лас-Вегас. Он снова разговаривает с Итаном, по крайней мере, он не болтает с другой женщиной. Я удивлена, но в то же время благодарна, потому как моё кровоточащее сердце не выдержало бы боли.
Я оглядываюсь вокруг в поиске Джилл и вижу её и Беккера стоящими рядом с Джейсоном и Тесс. Честно говоря, я удивлена, что Тесс здесь. Я думала, что она разошлась с Джейсоном, но мы не общались с ней некоторое время. Она склонна относиться к мужчинам, как к вину, – разные бутылки каждый вечер, поэтому видеть её здесь рядом с Джейсоном кажется из ряда вон выходящим.
Я пробираюсь к друзьям через просторный коридор с Брайаном, следующим за мной.
– Ты в порядке? – Джилл прислушивается ко мне.
Я качаю головой, потому что это не так.
– Мне необходимо поговорить с Риз, – говорит она Беккеру. Она поворачивается, чтобы подойти ко мне, и Беккер идёт за ней. Она поворачивается и смотрит на него. – Наедине.
Он останавливается, и Брайан остаётся с ним. Тесс видит, как мы уходим вдвоём, и оставляет Джейсона, чтобы пойти с нами. Мы направляемся по коридору, откуда только что пришли, и занимаем небольшую очередь в ванную.
– Что, чёрт возьми, происходит? – говорит мне Джилл.
Я просто пожимаю плечами.
– Меня разозлило то, что Беккер не сказал мне. – Она скрещивает руки на груди.
– Я думала, твои журналистские навыки и чутьё должны были подсказать, - говорю я.
– Мы вместе месяц, и он не удосужился мне рассказать? Я сотню раз говорила, что Vail – моя любимая группа.
– Ты сказала ... – Я останавливаюсь, смотря на Тесс. Помимо того факта, что я не хочу, чтобы кто-либо на этой вечеринке знал, что я переспала с Марком, я никогда не говорила этого Тесс. – Неважно. Давайте просто поговорим, как только окажемся там. – Я киваю на дверь в ванную.
– Я не сказала ему о тебе и Марке, – говорит Джилл. – Я даже не упоминала, что мы встречали его.
Глаза Тесс расширяются.
– Вы с ним познакомились? – спрашивает она.
Моё сердце замирает, но я ничего не отвечаю. Девушка перед Джилл поворачивается, чтобы подслушать наш разговор. Она выглядит знакомо, и я отчетливо вспоминаю, что она была здесь в ту ночь, когда Марк привел меня сюда. Думаю, Далила.
Она выглядит изрядно пьяной, видимо у неё была тяжёлая ночь, не говоря о том, что её стеклянные глаза с размазанной тушью, похоже, меня не узнают.
– Мне чертовски срочно нужно пописать, а эти очереди всегда такие длинные! – говорит она. – Поторопись! – Она начинает стучать по стене.
Я хватаю Джилл за руку и выхожу из очереди.
– Пойдем со мной.
Я веду её в комнату Брайана, Тесс внимательно следует за нами. Мне нужно поговорить с Джилл без Тесс, но у меня нет вариантов.
– Ты не можешь туда войти! – раздаётся голос позади нас, но я поворачиваю ручку и все равно захожу.
Дверь закрывается позади нас, и мы оказываемся в тишине. Джилл оглядывается и замечает смятую складку на покрывале, единственное, что неуместно в педантичной комнате. Она морщит нос.
– Ты и Брайан были... здесь, сейчас?
– Он сказал, что любит меня. – Я сосредоточенно смотрю в окно.