— Мне кажется, у меня имеются все данные, — ответил он.
— Отлично, — произнeс я. — Ты знаешь, я явился сюда, чтобы устроить своего рода дуэль с этим вот человеком — Грин-Грином. Однако с некоторых пор мы стали союзниками, объединившись против Майка Шендона…
— Одну минуту, — перебил он меня.
— Да, — сказал он немного погодя, — ты проиграешь.
— Что ты имеешь в виду?
— Шендон убьeт тебя через 3 часа 10 минут.
— Нет, — возразил я, — он не сможет.
— А если не убьeт, — добавил он, — то лишь потому, что ты успеешь прикончить его раньше. Тогда мистер Грин убьeт тебя через 5 часов 20 минут.
— С чего это ты так уверен в этом?
— Грин — тот мироформист, что сработал Коррлин?
— Это ты? — спросил я у Грин-Грина.
— Да.
— Тогда он тебя убьeт.
— Каким образом?
— Вероятно, с помощью тупого предмета, — ответил Корткор. — Если тебе удастся этого избежать, ты, возможно, прикончишь его голыми руками. Ты всегда оказывался сильнее, чем можно было предположить, глядя на тебя. Это многих обмануло. Впрочем, я не думаю, что это спасeт тебя и на этот раз.
— Спасибо, — сказал я. — Тебе не мешало бы немного поспать.
— …Если только кто-либо из вас не запасся каким-то тайным оружием, — продолжал он, — что не исключено.
— Где сейчас Шендон?
— В убежище.
— Мне нужен его скальп. Как мне до него добраться?
— В тебе присутствует некий демонический фактор. Ты обладаешь даром, который мне не понятен до конца.
— Да, я знаю.
— Не используй его.
— Почему?
— Он обладает тем же.
— Я и это знаю.
— Если тебе всe-таки удастся прикончить его, ты сделаешь это без помощи своего дара.
— Ладно.
— Ты мне не доверяешь.
— Я никому не доверяю.
— Помнишь тот вечер, когда ты принял меня на работу?
— Смутно.
— Это был лучший ужин моей жизни. Свиные отбивные… И сколько душе угодно.
— Теперь я припоминаю.
— Ты мне тогда рассказал о Шимбо. Если ты вызовешь его, Шендон вызовет другого… Слишком много неучтeнных факторов. Возможен фатальный исход.
— Может ли Яри Всемогущий сотворить камень, поднять который ему не под силу? — вмешался Грин-Грин.
— Нет, — ответил Корткор.
— Почему нет?
— Он не взялся бы за эту работу.
— Это не ответ.
— Нет, ответ. Подумай-ка, а ты сам взялся бы?
— Я ему не верю, — сказал Грин-Грин. — Когда я его воспроизвeл, он был совершенно нормален. Может, Шендон подкупил его?
— Нет, — покачал головой Корткор, — я пытаюсь помочь вам.
— Тем, что предрекаешь Сандау гибель?
— Но он и так погибнет.
Грин-Грин поднял руку, в которой внезапно оказался мой пистолет. Очевидно, он телепортировал его из кобуры с той же лeгкостью, с какой некогда заполучил Воспроизводящие Ленты. Он дважды нажал на спуск и вернул оружие на место.
— Зачем ты это сделал?
— Он врал, пытаясь запугать тебя, лишить уверенности в себе.
— Когда-то Корткор был моим ближайшим помощником. Он научился мыслить наподобие компьютера. Мне кажется, что он просто старался быть объективным.
— Когда получишь ленты, можешь воспроизвести его заново.
— Ладно, пошли. У меня осталось 2 часа 58 минут.
Мы двинулись дальше.
— Мне не следовало этого делать? — спросил он немного погодя.
— Нет.
— Мне очень жаль.
— Прекрасно. Больше никого не убивай, если только я тебя сам об этом не попрошу.
— Хорошо… Ты многих убил, Фрэнк, ведь так?
— Да.
— Почему?
— Или я, или они — так стоял вопрос. Иногда мне кажется, что лучше были бы «они».
— Разве?
— Ты мог бы и не убивать Боджиса.
— Я думал…
— Заткнись, лучше просто заткнись.
Мы пошли дальше, перепрыгивая через расщелины в скале. Щупальца тумана, извиваясь, обыскивали нашу одежду. Чуть в стороне показалась другая призрачная фигура, преградив нам путь к тропинке, ведущей вниз.
— …Идeте на верную смерть, — сказала она, и я остановился, глядя на неe.
— Леди Карль…
— Проходи, проходи, — сказала она. — Спеши навстречу своей судьбе. Ты и представить себе не можешь, сколько радости мне это доставит.
— Когда-то я тебя любил, — сказал я совершенно не к месту.
Она покачала головой.
— Кроме самого себя, ты любил только деньги. Теперь они у тебя есть. Чтобы сохранить свою империю, Фрэнк, ты убил больше людей, чем мне довелось встретить за всю свою жизнь. И вот, наконец, появился человек, который в силах справиться с тобой. Я горжусь тем, что присутствую при этом.
Я направил на неe луч фонарика. Волосы еe горели, как пламя, а лицо было белым, словно мрамор… Овал еe лица напоминал по форме сердце, зелeные глаза жгли меня. На какой-то миг я вдруг страшно захотел еe.
— А что, если я справлюсь с ним?
— Тогда, быть может, я снова на какое-то время стану твоей, — ответила она, — но я надеюсь, что этого не случится. Ты — дьявол во плоти. Я желаю тебе смерти и найду способ убрать тебя, если ты снова попытаешься мною завладеть.
— Остановись, — приказал Грин-Грин. — Я вернул тебя к жизни, и я завлeк сюда этого человека, чтобы погубить его, но мне пришлось подчиниться воле другого человека, который к счастью или к несчастью имеет те же намерения в отношении Фрэнка, что и я. Однако теперь наши с Фрэнком судьбы связаны воедино. Не забывай об этом. Я воскресил тебя, и я сохраню тебе жизнь. Помоги одолеть нашего врага и получишь щедрую награду.
Она вышла из освещeнного круга, и до нас донeсся еe смех.
— Нет уж, спасибо, — крикнула она.
— Когда-то я любил тебя, — сказал я.
Минутная пауза, затем:
— А ты смог бы начать всe сначала?
— Не знаю, но ты что-то значила для меня, что-то очень важное…
— Проходи, — сказала она. — По всем счетам уплачено сполна. Найди Шендона и умри.
— Пожалуйста, — сказал я, — когда-то ты была моей и значила для меня всe. Леди Карль, я не смог забыть тебя даже когда ты меня покинула. И Алгольскую десятку я не трогал, хотя так утверждают многие…
— Это сделал ты.
— Я уверен, что смогу доказать тебе обратное.
— Не старайся зря, уходи.
— Хорошо, — согласился я. — Но только я не перестану…
— Не перестанешь — что?
— …думать о тебе.
— Уходи!
И мы ушли.
Всe это время мы с ней разговаривали на еe родном языке — драмлине — а я даже не заметил, как переключился на него с английского. Забавно.
— Ты многих женщин любил, Фрэнк? — спросил Грин-Грин.
— Да.
— Ты сказал правду… Ну, что будешь думать о ней?
— Да.
Тропинка вела нас вниз, и вскоре я увидел освещeнные окна дома. Мы продолжили спуск, и тут перед нами возник ещe один силуэт.
— Ник!
— Верно, мистер.
— Ник, это я — Фрэнк!
— Будь я проклят, если это не его голос. Подойдите-ка поближе.
— Сейчас. Вот свет, — и я осветил себя лучом фонарика, чтобы развеять его сомнения.
— Боже! Это действительно ты! — воскликнул он. — Тот парень внизу совсем свихнулся — он хочет тебя прикончить.
— Ага, я знаю.
— Он хотел, чтобы я помог ему, но я сказал, что ему лучше пойти заняться онанизмом. Он обезумел от ярости, и мы подрались. Я расквасил ему нос и смотался оттуда. Да он и не стал меня преследовать. Сильный малый.
— Я знаю.
— Я помогу тебе справиться с ним.
— Отлично.
— Но мне не нравится тот тип, что с тобой.
Старина Ник бушует, совсем как в старое доброе время… Это было здорово.
— То есть?
— Это он во всeм виноват. Он вернул меня к жизни, как и всех прочих, скользкий сукин сын. На твоeм месте я убрал бы его, да поскорее.
— В настоящий момент мы с ним союзники.
Ник сплюнул.
— Мистер, я вас не забуду, — пообещал он Грин-Грину. — Когда мы покончим с Шендоном, я вами займусь. Помните, как вы меня допрашивали? Думаете было смешно? Теперь настал мой черeд.
— Хорошо.
— Нет, не «хорошо»! Вовсе не «хорошо». Ты обзывал меня «коротышкой» или каким-то близким по смыслу пейанским словом, тупое ты растение! Теперь я тебя зажарю! Я, конечно, рад, что снова живу, и обязан этим тебе. Но я тебя отлуплю, ублюдок! Погоди немного и я с тобой расправлюсь тем, что попадeтся под руку.