— Это не то, что я имела в виду. Честно говоря, да, я думаю, что между нами что-то большее, но я еще не готова это признать. Кажется, слишком рано.
Я завел руку под ее талию и прижал к себе.
— Слишком рано считать тебя моей девушкой?
— Нет. Мне бы это понравилось.
Теперь я целую ее.
— Тогда моя девушка хотела бы позавтракать?
— Да. Я умираю с голоду. Здесь рядом есть хорошие места для завтрака?
Ответ на ее вопрос — да, но я не думаю, что мы должны выходить. Я знаю многих людей в городе, и, если они увидят меня с Рэйчел, мой отец или организация недолго еще будут оставаться в неведении.
— Почему бы нам не остаться здесь, и я что-нибудь нам приготовлю? Это будет первый раз, когда я воспользуюсь кухней.
— Серьезно? — Она привстает, удивленно глядя на меня. — Как долго ты здесь живешь?
— Около года.
— И никогда еще не пользовался кухней?
— Я всегда ем вне дома. И не готовлю.
— У тебя духовка стоит целое состояние. Одна из наилучших. И ты никогда ею не пользовался?
— Нет. Никогда. Я даже не знаю, как она работает. И даже не пытался проверить.
— Что? — Ее глаза шокировано распахиваются. — Как такое возможно? Если бы у меня была такая печь, я бы постоянно ею пользовалась. Я думаю, что в ней даже есть конвекция.
— Когда это ты изучала мою духовку? Ты должна была изучать меня, а не мою духовку.
Она смеется.
— Я просто взглянула и заметила параметры. Ты не против, если я когда-нибудь ее использую?
— Мою печь?
— Да. В моей квартире она работает неправильно. Нагревается неравномерно. И сжигает мою выпечку до того, как та приготовится.
— Ты можешь использовать ее, когда захочешь. Что ты собираешься делать?
— Ну, сначала я приготовлю тебе ужин, как и обещала, так что выбирай вечер, и я приду. И так как сейчас осень, я бы хотела испечь, к примеру, яблочный пирог, тыквенный хлеб и просто запечь яблоки до хрустящей корочки. Осень — мой любимый сезон для выпечки. Я бы пекла сутки напролёт, если бы был кто-то, кто все это съест.
— Вряд ли я смогу съесть все, но могу попробовать. Не думаю, что я когда-либо ел тыквенный хлеб или яблоки, о которых ты упоминала.
— Ты серьезно?
— Абсолютно.
— Что насчет карамельных яблок?
— Нет.
— Карамельная кукуруза?
— Нет.
— Что, даже в детстве?
— Ты, кажется, не понимаешь, что я живу довольно необычной жизнью. — Я говорю в шутку, но это правда. — Мое детство было не таким, как у всех. Не было никаких поездок в кино, парк или торговый центр. Я ношу костюмы столько, сколько себя помню, даже в детстве. И я не ел карамельные яблоки или попкорн. Когда я рос, то понятия не имел, что мы ели на ужин каждый вечер. Шеф-повар объявлял меню, и никого не волновало, понравится ли оно детям. У моих сверстников был похожий образ жизни, поэтому никто из нас не знал, чего лишался.
— Ну, это все меняет. Я должна испечь для тебя один из моих пирогов. Мне нравится, так что это замечательная идея. Как думаешь, я могу приехать на следующих выходных? Если тебе нужно на работу, это нормально. Я могу побыть здесь одна. Я испеку больше, чем мы сможем съесть, чтобы ты мог угостить своих родителей. На самом деле, я сделаю им их собственный пирог.
Упоминание о моих родителях возвращает меня к реальности. В мою другую жизнь. Настоящую жизнь. Не в ту фантастическую, которой я сейчас живу, и где рядом со мной лежит умная, красивая женщина.
— Не беспокойся о моих родителях. У них свой шеф-повар и они привередливы в еде.
— Возможно, я могла бы испечь что-нибудь для Джорджа. Бьюсь об заклад, он бы хотел яблочный пирог.
— Да, я уверен, что хотел бы. — Я наклоняюсь и целую ее. — А теперь пойдем, поищем что-нибудь на завтрак. Все эти разговоры о хлебобулочных изделиях вызвали у меня нешуточный голод.
Мы идем на кухню, только чтобы узнать об отсутствии вообще какой-либо еды в холодильнике. Поэтому я звоню в местный ресторан и делаю заказ. Мы одеваемся, пока ждем его доставки.
Я должен быть на работе, но не хочу идти. Я хочу провести день с Рэйчел.
— Какие у тебя планы на сегодня? — спрашиваю ее, когда мы заканчиваем завтрак.
— Я должна была позаниматься, но подумала, что могу сделать перерыв. Хочу прогуляться. Мне нравится, когда листья на деревьях меняют цвет, и хочу вдоволь налюбоваться, пока они не опали.
— Почему бы нам не пойти вместе? Я прожил здесь всю свою жизнь, и знаю лучшие места.
— Это было бы здорово. Мы можем пойти прямо сейчас? Так я смогу вернуться сегодня к учебе.
— Позволь мне просто взять ключи.
Когда я подхожу к столу, чтобы их взять, звонит телефон. Останавливаюсь, поднимаю трубку. — Я слушаю.
— Пирс, это отец.
Я отворачиваюсь от Рэйчел.
— Что тебе нужно?
— Хочу знать, почему тебя вчера не было в офисе. Ты сказал, что будешь работать после встречи, но я зашел, а тебя там не было.
Я не выношу того, что он следит за мной, как будто я ребенок.
— Во сколько ты пришел?
— Около восьми.
— К тому времени я уже уехал.
— Я спросил уборщика, где ты, и он сказал, что не видел тебя всю ночь.
Здорово. Теперь он заставил шпионить за мной и уборщика?
— На самом деле, я почувствовал себя не очень хорошо, поэтому пошел домой отдыхать.
— Почему ты раньше не сказал?
Я понижаю свой голос.
— Потому что ты всегда говоришь, что болезнь — признак слабости, и я не хотел услышать лекцию о том, как важно мне быть сильнее.
— Ты ее услышишь, если не явишься в офис. Уже 10:30 и тебя все еще нет.
— Сегодня воскресенье. Может, я решил взять выходной.
— Это не в твоей компетенции. Я — твой босс. Езжай в офис.
— Я просто подожду внизу, — говорит Рэйчел, когда идет к лифту.
Я хватаю ее за руку, взглядом прося подождать.
— Кто это был? — С секундной заминкой спрашивает мой отец.
— Никто.
— Значит, ты не болен. Я знал, что ты врешь, и всегда знаю, что с тобой, Пирс. Кто там у тебя?
Рэйчел стоит в нескольких футах, ищет что-то в своей сумочке.
— Я не могу сейчас разговаривать. Мне нужно идти.
— Этой женщины там не должно быть. Коллегам не разрешается оставаться на ночь. Скажи мне ее имя, и я обо всем позабочусь.
Если бы у меня здесь была одна из наших девушек, мой отец был бы более чем счастлив донести на нее и убедиться, что она наказана. Он любит наказывать людей, включая меня. Это заставляет его чувствовать себя всесильным.
— Это не одна из них, — говорю я.
— Ты нашел другую? Это Риэль? Я слышал, вы недавно виделись.
Какого черта? За мной что, весь город шпионит? Или же Риэль рассказала всему миру, что мы занимались сексом?
— Да, — я с легкостью вру. — Ты прав.
Я говорю, что это Риэль, потому что мой отец одобрил бы такую, как она. Он бы не одобрил Рэйчел.
— Ну, избавься от нее. У нас есть работа. Я жду тебя в кабинете через полчаса.
Он повесил трубку, а я молча выключил телефон.
— Что-то не так? — с тревогой спрашивает Рэйчел.
— Мне нужно в офис. Придется отложить нашу прогулку на другой день.
— Хорошо, все нормально. Может, я смогу уговорить Шелби составить мне компанию.
Я везу Рэйчел обратно в ее квартиру. Оттуда сразу же направляюсь в офис, потому что если я опоздаю, то получу выговор от отца, и вероятно, для пущего эффекта, он завалит меня работой еще больше.
Почему я позволяю ему со мной так обращаться? Потому что он знает, как залезть мне в голову, вот почему. Он знает мои слабости. Он знает, как контролировать меня. И я не могу его остановить.
ГЛАВА 14
РЭЙЧЕЛ
Всю дорогу обратно к моей квартире Пирс был молчалив. Мы припарковались перед зданием, но мотор в машине все еще работает, и его ремень безопасности не отстегнут.
— Не хочешь зайти на минутку? — предлагаю, когда отстёгиваю свой ремень безопасности и открываю дверь.