Вторая система подразумевает разделение по знаниям: ведун, адепт, маг, подмастерье, мастер, магистр, архимагистр, архимаг.
Ведун, это не звание, а скорее обозначение. Человек ведает, что он волшебник, что не такой как все, но фактически самоучка, который постигает волшебство самостоятельно. Всех детишек, которые ещё не поступили в школы магии можно считать ведунами. А вот для взрослого это слово в среде волшебников будет ругательством, обозначающим, что он неуч.
Адепт — это ученик, постигающий магию.
Маг — это волшебник, закончивший образование. В разных странах это разный уровень, в Британии это уровень экзаменов СОВ. То есть после пяти лет обучения волшебник считается магом. Волшебник, сдавший экзамены уровня ЖАБА, всё ещё считается Магом, только чуть более знающим.
Подмастерье — в принципе это и так должно быть понятно. Волшебник, который изучил на высоком уровне какое-то направление волшебства.
Мастер — это волшебник, который достиг в одном направлении волшебства больших высот и владеет высшими заклинаниями своей магической науки.
Магистр — тут уже всё не так однозначно. Например, в трансфигурации множество направлений и став мастером в нескольких из них, можно претендовать на это звание. То есть, с одной стороны магистр — это волшебник в очень большой степени познавший своё направление волшебства, в таком случае его ещё называют Грандмастер. Но с другой стороны, можно стать мастером в разных направлениях и тоже стать магистром.
Архимагистр — это вообще редкие монстры, как правило, они же и являются Великими волшебниками. Это мастера трёх — четырёх направлений магических наук, или же магистры, в совершенстве постигшие свою науку. Из тех, кто приходит в голову сразу, могу предположить, что таковым является Фламель со своей женой, поскольку уверен, что ведьма, прожившая почти семьсот лет, не могла просто так ничего не делать хотя бы из-за скуки. Но насчёт Фламеля я не уверен, слишком скрытная личность, так что он вполне может оказаться Архимагом.
Архимаги — это легендарные волшебники, Великие по силам. Для этого звания надо стать магистром и быть мастером ещё как минимум в трёх направлениях волшебных наук, или же быть мастером как минимум пяти волшебных наук, или же дважды магистром и мастером. Вообще, с таким монстром я бы предпочёл не встречаться, кроме одного исключения — если бы такой маг захотел видеть меня своим личным учеником, я бы побежал за ним, как преданный пёсик.
Глава 47
Учёба вновь поглотила всё моё время. Помимо школьной программы и углублённого изучения трансфигурации, я продолжал с упорством тренировать невербальные заклинания при помощи перстня, чтобы когда-нибудь научиться их применять без концентраторов. Чтобы не пропадать дармовой силе, кидал заклятья в голема Ниндзя-Черепашку. В середине октября после очередного применения парализующего заклинания, в месте попадания на големе появилось выжженное пятно, после этого пятна стали появляться повсеместно. Поэтому с утра в школе я подошёл к Хоук.
— Лиз, привет. Твоё зелье выгорает.
— В смысле? — удивилась она, кивнув мне в ответ на приветствие.
— В прямом. После множества попаданий чар оно начинает выгорать. У меня голем покрылся копотью.
— Вообще-то я и не думала, что оно станет панацеей, — пожала плечами Элизабет. — А вот то, что оно выгорает по достижении определённого предела, для меня стало новостью. Спасибо, что сказал.
— Пожалуйста. Как Снейп? Ты его уже соблазнила?
— Этого соблазнишь… — скептически ответила Хоук, недовольно скорчив личико. — Черствый, как кремень. У меня сложилось впечатление, что он играет за другую команду, хотя не заметила, чтобы он засматривался на мужчин.
— То есть ты не отрицаешь, что пыталась его соблазнить?
— К чему отрицать и так явное? — Хоук пожала плечами и откинула прядь волос за правое ухо. — Такой мужчина… — Она закатила глаза. — Сволочь, он даже любовные зелья как-то умудряется игнорировать!
— Он же мастер зелий, наверняка пьёт антидоты.
Я не стал говорить, что лично посоветовал Снейпу их принимать, а то я мог бы схлопотать проклятье от девушки.
— Я тоже так подумала, — ответила Элизабет.
— Что нового в Англии?
— Без понятия, — ответила Хоук. — Когда я там бывала, то дальше дома Снейпа не ходила.
— Что значит твоё — когда я там бывала?
— Это значит, что я давно не перемещаюсь в Коукворт, поскольку Снейп уже несколько месяцев, как переехал жить в Сидней, — ответила Элизабет. — Он купил себе небольшой одноэтажный дом, варит сложные зелья на заказ, ведёт жизнь мизантропа и занимается исследованиями.
— Молодец мужик. Преподавания школьникам — это не его.
— Я тоже так думаю, — сказала Элизабет. — Северус вдали от родины словно ожил и стал другим человеком, хотя меньше язвить не стал. Зато теперь мы можем видеться чаще. Он вовсю натаскивает меня на мастерство в зельях.
— Если я увижу его на доске для сёрфинга, то это будет полный аут.
Элизабет ухмыльнулась.
— Если Северус и будет кататься на сёрфе, то только чтобы провести эксперимент по варке зелий во время заплыва на волнах и на его доске будет стоять котёл, — сказала она. — Как у тебя дела?
— Рассчитываю заклинание ступенчатой трансфигурации для получения мастерства.
— Ступенчатой? — спросила Элизабет. — Это как, и что во что будешь превращать?
— На первых порах нас учат, что нельзя трансфигурировать однородный предмет в неоднородный, а потом учат превращению неживого в живое. А живое и даже псевдоживое существо ну никак нельзя назвать однородным. Это как в начальной школе говорят, что делить на ноль нельзя, а потом говорят — забудьте всё, чему вас учили в школе… Для превращения в неоднородные объекты необходимы ступенчатые преобразования, которые происходят единовременно. Для примера возьмём башмак. У него будет резиновая подошва, войлочная вставка, сверху кожа и шнурки из хлопка. Следовательно — это сразу четыре преобразования! Можно делать так, как нас учат, или точнее, вас будут учить в последнем классе, то есть провести ступенчатые преобразования на голой воле. Неоднородный предмет волей разделяется на несколько частей и каждая часть по отдельности превращается в единый сложносоставной предмет — башмак. А можно использовать специальное заклинание, что снизит расход магических сил в три — пять раз и позволит получить нужный результат с наибольшей вероятностью.
— Ты весьма доходчиво объясняешь, — сказала Элизабет. — И какой предмет ты собираешься превращать?
— Вначале хотел сделать обычный автомат или пистолет, но нельзя, поскольку опасно.
— Чем же это может быть опасно помимо того, что это оружие? — удивилась Элизабет.
— Для ответа на этот вопрос расскажи, на каком принципе работает огнестрельное оружие?
— Это задачка дошкольного возраста, — ухмыльнулась Хоук. — Порох загорается, образуются пороховые газы, которые толкают пулю.
— И?!
— Не понимаю, — пожала плечами девушка.
— Ты же сама сказала — пороховые газы! Представь, что ты трансфигурировала камень в автомат, все его детали, в том числе и порох, состоят из камня. Ты постреляла из автомата, надышалась газов, потом трансфигурация закончилась… Как думаешь, ты очень обрадуешься каменной пыли в лёгких?
— Хм… — покивала головой Элизабет. — Логично. И что же ты делаешь?
— Воздушное ружьё.
— А разве это не игрушка? — удивлённо спросила Элизабет. — К тому же, там тоже будут газы — воздух.
— Ты права и не права одновременно. Мы привыкли видеть мелкокалиберные воздушные ружья в тире и считаем их чем-то вроде игрушки. Но на самом деле существуют охотничьи пневматические винтовки вплоть до калибра 9 мм. Это достаточно мощный калибр, дульная энергия у таких ружей достигает 300 джоулей. Такими пулями можно добывать практически любую дичь весом под восемьдесят килограммов или убить человека. А воздух внутрь закачивается специальным насосом, который может быть встроен в оружие, поэтому газы не будут трансфигурированными. Конечно — это будет не боевое оружие, а скорее, винтовка для волшебников, увлекающихся охотой на мелкую и среднюю дичь. Сложно назвать боевой даже винтовку с нарезным стволом, в которую надо какое-то время накачивать воздух, чтобы потом сделать два десятка выстрелов.