— Ничего, — ответила Элизабет. — Это проблемы взрослых. Я что, дура, останавливать взрослого вора? Максимум, могла бы сообщить об этом директору или учителю, или вызвала бы полицию.
— Я бы тоже в этом возрасте поступил аналогично. Но Поттер полез «останавливать» преступника. На что он надеялся? В голову приходит одно из двух: либо мальчика всё задолбало и он решил покончить с собой, либо он собирался как-то напасть на преступника и покалечить либо убить, что с учётом наличия волшебной палочки вполне реально, поскольку её можно приравнять к пистолету. То есть по аналогии, мальчик-школьник берёт пистолет и идёт с намерением остановить грабителя, который лезет украсть имущество какого-то левого чувака, которое незаконно хранит директор заведения. Я бы понял, если бы была война, и он пошёл убивать врагов, такое нормально. Но какое ему было дело до совершенно чужой вещи и дел взрослых волшебников? Пусть бы Дамблдор сам разбирался со своими проблемами.
— Ох, — печально вздохнула девушка. — Ещё раз убеждаюсь в том, что в сказке, ставшей реальностью, не всё так гладко и красиво, как было на бумаге.
— Как-то я смотрел выступление антрополога, который рассказывал интересные вещи. Он говорил, что археологи находят скелеты неудачливых подростков, которые были слишком глупыми и неприспособленными для реальной жизни, а выжили приспособленные, от которых потом появились мы, современные люди. Естественный отбор, который идёт и в настоящее время. То есть, это нормально, когда дети совершают глупости и лезут в разные неприятности. Укусила пчела, ребёнок понимает: «Ага, пчёлы опасные, лучше к ним в улей не лезть или надо быть осторожным». Ударило током, он сразу думает: «Ага, а розетки-то опасные, больно. Я больше туда не буду вилку совать». Но если у детей полностью отсутствуют тормоза и они повторяют свои ошибки, то они гибнут, катаясь на поездах или попав под машину, или повторно суя пальцы в розетку и так далее. А выживают осторожные, которые смотря на поезд, понимают, что вот эта многотонная хреновина запросто может отрезать ноги или голову, поэтому лучше к ней не приближаться. Так что по идее должен был погибнуть не Квирел, а Поттер, но этому мелкому парню нереально повезло. А когда везёт, то тут тормоза полностью срывает, ведь можно подумать: «Ну, я же выжил и целый, здоровый, даже инвалидом не стал и в тюрьму не посадили, значит это не так уж и опасно и можно совать голову в петлю, убивать людей без последствий». Понимаешь?
— Понимаю, — криво ухмыльнувшись, печальным тоном ответила Элизабет. — Поттер идиот, хотя при общении казался обычным импульсивным подростком. Но я считаю, что во всём виноват Дамблдор, который крутил непонятные интриги против Воландеморта. Английские мракоборцы ведь раскопали, что он был вроде как Крёстным отцом магической мафии.
— Если бы не моё письмо в МКМ с жалобой на непонятную хрень, творящуюся в школе, то ничего этого не всплыло бы.
Элизабет уставилась на меня с ужасом смешанным с восторгом.
— Вот же старый бюрократ! — восхищённо произнесла она. — Адамс, ну ты и жук!
— Аха-ха-ха-ха! Есть такое дело. Я всю прошлую жизнь с бюрократами общался, так что знаю, что без бумажки ты букашка, а с бумажкой человек. Всего одно письмо, зато какой результат.
— А ты случайно не знаешь, что случилось на пляже, когда мы оттуда смотались? — спросила Хоук.
— Лиз, я читал те же газеты, что и ты. Не думаешь же ты, что я всезнающий и Высший маг?
— Такой пошляк и повеса на всезнающего не тянет, — ответила девушка.
Двадцать седьмого октября я как обычно прибыл порталом в школу и направился в кабинет естествознания на урок химии. В классе ещё никого не было, но проходя мимо кладовки, в которой хранится различное оборудование, услышал громкие чавкающие звуки. Любопытство было сильнее меня, поэтому решил посмотреть, что там происходит.
Открыв дверь, я обнаружил занимательную картину. На полке слева лежит форменный школьный пиджак. Гарт Кинг в серой майке, больше похожей на футболку без рукавов, стоит перед столиком, на котором лежит огромный пельмень. Не просто большой пельмень, а гигантский — он был размером с футбольный мяч, и треть пельменя уже была съедена.
— О-хо-хо-хо-хо! — радостно заржал Гарт, не видя меня. — О, да!
Он двумя руками взялся за пельменище и откусил здоровенный кусок, прикрыл глаза и с наслаждением стал пережёвывать его, при этом громко чавкая.
— Ум-м-м-м! — издал он сладостный стон. — О, да! Какая вкуснятина!
По звукам можно было бы подумать, что тут кто-то занимается совсем другим делом эротического свойства, а вовсе не кушает.
Гарт положил пельмень на стол, было видно, что в него больше не влезает, но он всё же нехотя отломил кусочек фарша и отправил в рот, лениво пережёвывая его.
— Здорова, Гарт! Ты где такой большой пельмень нашёл?
— Кто здесь?! — испугано воскликнул Кинг, резко оборачиваясь. Увидев меня, он с облегчением выдохнул. — Фух… Это ты, Гарри.
Парень тяжело выдохнул и потёр живот рукой, испачканной в соусе, который натёк из пельменя. Его лицо всё было измазано в соусе, словно у маленького ребёнка, не хватало лишь слюнявчика, который заменяла испачканная футболка.
— Будешь есть, а то в меня больше не лезет? — спросил он, кивая на остаток пельменя.
— Спасибо, я сыт. Так откуда такое чудо и что за тяга к гигантизму?
— Я утром дома позавтракать забыл, потому что проспал и спешил в школу, — начал отвечать Кинг. — Жрать хотелось очень сильно, живот рычал, как папин трактор. Поэтому я забежал в ближайшую кафешку, но оказалось, что кошелёк дома забыл. В кармане завалялась лишь мелочь, которой хватило на один маленький пельмень. Я его увеличил заклинанием. И чего я раньше так не делал? Это же какая экономия, половину пельменя съел и уже обожрался…
— Гарт, ты что, сдурел? — удивился я. — Для кого вообще в школе существуют уроки волшебства? Нельзя увеличивать или уменьшать еду, можно только изменять внешний вид и вкус. А ну быстро дуй к школьному колдомедику!
— Гарри, ты чего? — удивлённо спросил Гарт. — Я же только что поел и вроде всё нормально.
— Вроде нормально? — с сарказмом спросил я. — Ты дурень! Трансфигурация закончится, и этот пельмень снова станет нормального размера, как думаешь, что произойдёт с органами пищеварения? Хочешь заработать заворот кишок? А микроэлементы, которые исчезнут из крови? Баран, быстро в медицинский кабинет!
— Нет-нет, я туда не пойду, — испугался Гарт. — Они же матери расскажут, а она у меня знаешь какая ведьма? Проклянёт в качестве наказания так, что два дня сидеть не смогу, буду как на иголках. Это что, действительно так опасно?
— Это нереально опасно.
— Может быть, ты что-нибудь придумаешь? — умоляюще попросил Гарт.
— Суй два пальца в рот и опустошай желудок.
— Что, прямо на пол? — удивился Гарт. — И почему два пальца, разве нет какого-то волшебства?
— Есть рвотное зелье, но поверь, тебе не понравиться полчаса стоять на четвереньках и пугать кладовку, два пальца гуманнее. А насчёт пола не переживай, Эванеско в помощь и он будет чище, чем в день создания.
— Я так раньше никогда не делал, — сказал Гарт.
— Если ты сейчас не опустошишь желудок, то проклятья твоей матери покажутся детской щекоткой. БЫСТРО СУНУЛ ПАЛЬЦЫ В РОТ!
Гарт испугался и последовал рекомендации. Наблюдать, как здоровенный парень расстаётся с едой, не самое приятное зрелище.
Я почистил всё заклинанием, в том числе и самого Гарта, и уничтожил пельмень, чтобы он не смущал ум великовозрастного дуралея.
— Болван! Тебе восемнадцать лет, а ведёшь себя как тупой сопляк. Ты что, спал на уроках трансфигурации? Больше не смей так делать.
— Гарри, не кричи, — скривился Гарт. — Что-то мне плохо. — Он схватился за живот и скривился.
Пришлось лезть в сумки и искать нужное зелье от проблем с желудком. Протягиваю флакон парню.
— Пей всё до дна… Плохо ему… Конечно, будет плохо. Можно накладывать раздувающие чары лишь на обычные растения во время выращивания, но при этом надо не забывать об удобрениях и усиленном поливе. Получившиеся фрукты, овощи и ягоды можно есть. А то, что ты сделал — это медленное самоубийство!