С другой стороны, тут же пришло мне в голову, папаша Драко — очень хитрый тип, вряд ли бы он взялся помогать бывшим сослуживцам задаром. Нет, понятно, отколупать еще немного от камня ему ничто не мешало, да вот только как подействует зелье, если его действительно состряпали? Выходило, О'Брайен и Скотт — вроде подопытных кроликов. С третьей стороны, если они на это согласились добровольно (а не под Империо), то почему бы и нет? А с четвертой, если даже под Империо, но один встал на ноги, а второй прозрел, то...
Додумать мне не дала Гермиона, вернувшаяся из ванной. Слава богу, хоть ей не пришлось долго втолковывать наши правила! Конечно, к гостье папа не будет придираться так, как ко мне и Гарри, но вряд ли обрадуется, обнаружив пук волос в стоке!
- Мэри! - раздался снизу голос отца. - Что ты там застряла? Где книга?
- Иду! - отозвалась я, схватила только что найденный томик и бросилась вниз.
Судя по всему, в гостиной собирались кутить, и всерьез. А мне потом выгребать... Впрочем, пока я была в школе, дом не превратился в притон, папа умеет следить за порядком, когда надо.
- Как зовут твою подружку? - спросил О'Брайен, достав из кармана ручку и нацелившись на титульный лист потрепанного томика.
- Гермиона, - ответила та из-за моей спины. Вот черт, забыла сказать ей, чтобы не спускалась! - Сэр, а можно спросить кое о чем?..
- Ну спроси, - улыбнулся тот. Он был молодой, заметно моложе папы, и довольно симпатичный. Правда, отметила я, на фотографии в книге он выглядел интереснее: ему придавал загадочности невидящий взгляд, устремленный в никуда, а теперь, когда у него оказались веселые нормальные глаза, он стал самым обычным человеком.
Гермиона зашептала что-то, а меня поманил к себе мистер Малфой.
- Это ее вы хотите взять в напарницы, мисс? - спросил он вполголоса.
Я кивнула.
- А почему?
- Если Драко вам не написал, сэр, то хотя бы потому, что ей нравится Гарри. А у моего брата не может быть неотесанной подружки, - ответила я тоном, которому научилась у Тео.
- Гм...
- Она очень умная. Только немножко... как бы это сказать... прямолинейная, вот, - продолжила я.
- Симпатичная, - вставил папа, прикуривая. - И, я так понял, огонь-девица.
- Ага, - подтвердила я. - Ну вы же знаете, что Гарри все-таки получил по всем предметам "выше ожидаемого", так вот, тут очень Гермиона помогла. Я-то не могу постоянно за братом смотреть, а они все же с одного факультета, вот, ей удобнее.
- Кстати, хороший был ход, - улыбнулся мистер Малфой. - Я никогда не одобрял эту игру, особенно...
- Особенно учитывая то, что сын у тебя один, а калечатся там на каждой игре, - завершил папа, - ты мне рассказывал. Так... Ричи! Хватит клеить школьницу! Ей спать пора!
- Энди, да мы о литературе говорили вообще-то, - засмеялся тот, а Гермиона покраснела. - За кого ж ты меня принимаешь?
- Мэри, - продолжил отец, не слушая, - возьми деньги, ты знаешь, где, и поди сбегай, купи что-нибудь поесть. Холодильник пустой. Хоть пиццу готовую, что ли?
Я удивилась. Папа очень не любит всякие полуфабрикаты и, помнится, Энн несколько раз здорово влетело за то, что она поленилась готовить. Правда, это все равно было лучше ее стряпни, но папины принципы — это папины принципы.
- На всех? - осторожно спросила я.
- На вас троих, - ответил он. - Мы сейчас уедем. Утром вас заберут к Люку. Все поняла?
- Конечно.
- Действуй.
- Пойдем, - потянула я Гермиону за собой, а та все никак не могла отлипнуть от О'Брайена, забрасывала его вопросами. - Давай-давай...
- Удачи, Джерри! - помахал тот ей вслед.
В коридоре я спросила:
- С каких это пор ты стала Джерри?
- Ну... мистер О'Брайен спросил, как меня зовут и как мое имя можно сократить, - сконфуженно пояснила она. - Оно хоть красивое, но длинное. Герми — мне не очень нравится, и он предложил Джерри. Уж получше, чем Миона.
- Значит, будешь проходить под этой кодовой кличкой, - хихикнула я. - Только у нас собаку так зовут, ничего?
Гермиона тяжело вздохнула.
- Собаки — друзья человека, - сказала она не без иронии. - Так мы идем? Кстати, Гарри возьмем?
- Захочет — возьмем, - пожала я плечами и позвала: - Гарри! Пойдешь с нами в лавку?
- Иду! - откликнулся тот и живо ссыпался по лестнице.
Выходя на крыльцо, я подумала о том, что мистер Малфой вполне мог бы приказать своим домовикам притащить что-нибудь для нас. Видимо, взрослым просто нужно было убрать нас подальше, мало ли, какие у них там дела да разговоры...
Рассудив так, я затянула прогулку как только можно, показывая Гермионе достопримечательности Миддлтона. По пути мы очень славно перекусили в небольшом кафе: его держал то ли грек, то ли итальянец, я никак не могла разузнать, веселый и толстый. (Официантками у него служили его же дочки, такие же чернявые и веселые. Несмотря на более чем пышные формы, у них не было отбоя от кавалеров.) Тут даже Гарри оживился и начал разговаривать не односложно, посмеялся над анекдотами да и вообще как-то оттаял...
Наевшись от души, прихватив кое-что с собой на завтрак и закусив мороженым в другой забегаловке, мы вернулись домой и обнаружили разгромленную гостиную со стойким запахом табачного дыма и полную пустоту.
"Жди утром", - гласила записка на столике, заляпанном черт знает чем.
- Эти мужчины! - сказала Гермиона мрачно. - Даже не подумают прибрать за собой!
- Так что делать это придется нам, - заключила я и пошла за тряпками.
Гарри молча принес швабру, и за какие-то четверть часа мы навели порядок.
- Спать пойдемте, что ли? - зевнула я, когда надоело смотреть глупое шоу по телевизору. - Папа может рано заявиться.
- Пойдем, - кивнула Гермиона и ткнула Гарри в плечо. - И ты иди! Вредно столько времени смотреть на экран, тем более, ты слишком близко сидишь!
- А издалека я не вижу! - буркнул он, но послушно щелкнул выключателем и встал с пола. - Спокойной ночи.
- Спокойной, - отозвалась я.
Мы с Гермионой ночевали в одной комнате: гостевая комната у нас была всего одна, и там теперь жил Гарри. Укладывать ее на диване в гостиной было недопустимо, поэтому я уступила Грейнджер свою кровать, а сама улеглась рядом на полу, в спальнике. Она пыталась протестовать и сама хотела лечь на пол, но я живо ее угомонила. Гость есть гость! А на дворе лето, на полу не холоднее, чем на земле в походе...
- Мэри! - шепотом позвала она. - Не спишь?
- Пока нет. А что?
- Как ты считаешь... То есть не так... - Гермиона помолчала. - Я думала, О'Брайен слепой. Так везде написано. Это что же, вранье?
- Он с папой служил, а мой отец врать не будет, - ответила я. - Он точно знает, что О'Брайен ослеп.
- Но сейчас-то!..
- Так может, придумали какую-нибудь операцию, - покривила я душой. Про философский камень я пока рассказывать не хотела. - Видела, он в затемненных очках? Наверно, чтобы ярким светом чего-нибудь не повредить. Я в этом не разбираюсь, у родителей спроси, они же врачи, ты говорила?
- Да, только стоматологи... - Гермиона вздохнула с явным облегчением. - А я, знаешь, так расстроилась сперва!
- С чего вдруг? И, кстати, я вообще не думала, что ты такие книжки читаешь!
- Ну... иногда читаю, - смущенно ответила она. - Он хорошо пишет. Ну и раз сам там был... конечно, художественное преувеличение имеется, но вообще все очень жизненно. И интересно. Но когда я увидела, что он зрячий, то подумала: вдруг это все просто реклама, что он на войне ослеп! А на самом деле нет...
- Какая разница? - фыркнула я. - Он мог и в аварии ослепнуть, к примеру, что, книжки хуже бы от этого стали?
- Гм... да нет, - согласилась Гермиона, снова вздохнула и спросила после паузы: - Мэри, так выходит, Малфой с твоим отцом и вправду знаком? А я не поверила...
- Угу. И О'Брайена твоего знает, и Скотта, и еще много кого. Что умолкла? Спишь? Ну спи, а то нам завтра к миссис Малфой... - зевнула я и перед тем, как уснуть, еще подумала: что если О'Брайен теперь разглядит свою жену (которая, по словам папы, чуть симпатичнее крокодила) и решит развестись? Жалко же... А может, не решит? Кто разберет...