Глава 15. "Искушение" - 1
Я оставила мороженое недоеденным. Настроение на него пропало. Поднявшись, я вышла на улицу, и увидела, что ДжонХун ещё никуда не уехал. Он вертел головой в поисках такси, которое никак не появлялось. Я набрала полную грудь воздуха и опять подошла к нему.
- Слушай, нам лучше раз и навсегда расставить точки над i, - открыла я вступительную часть.
- Что ты предлагаешь? – вытянулся он, вынужденный после своего маленького разоблачения продолжать находиться рядом со мной. Он смотрел в сторону дороги через темные очки и крутил на цепочке брелок на мобильном, держа сам телефон в руке.
- Ты прекрасно знаешь, что тебе нравился мой образ до того, как мы пообщались вживую, поэтому я сама, такая, какая есть, тебе не нужна, - я перевела дыхание – а я люблю СынХена. Ещё до того, как ты сказал, что он не виноват, я уже собиралась его простить. И не хочу изменять ему тоже.
- Почему тогда у меня стойкое ощущение, что это ты мне изменяешь с ним, а не наоборот?! – я не нашлась, что ответить. Да, он был моим первым мужчиной, но формально он меня послал куда подальше, поэтому я была абсолютно свободна, начав встречаться с СынХеном – Ты мне нравилась и до, и после, просто я поступил как идиот, неправильно поняв ситуацию!
- Да не смогла бы я уже быть с тобой сейчас! – развела я руками – Я никогда не смогу быть в тебе уверенной, как в нем, потому что ты несдержанный, рубишь с плеча, а ещё эгоист и бабник! И оставь всё это при себе, потому что мне нужно спокойствие, а не с ног сшибающая страсть. Этому очень рады модельки, которых ты так любишь!
- Это что – ревность? – ДжонХун криво усмехнулся.
- А ещё у тебя очень высокое самомнение, - прикрыла я рукой лицо от солнца. Ну, что делать с этим упрямцем? Мне и так непросто стоять и видеть его потрясающую мужскую фигуру и отказываться от всего этого. Но разум должен победить сердце. Тем более, я боялась, что говорило внутри даже и не сердце, а какие-то природные инстинкты.
- Не думаешь, что спокойствие может однажды превратиться в скуку? – заметил он.
- Я не доверяю больше твоей жизненной философии, - настойчиво отрубила я – она всегда мне всё портит.
- Как знаешь, - с сарказмом бросил он, но потом посерьёзнел и заявил то, отчего у меня глаза стали, как мячики для пинг-понга – не мирись сейчас с СынХеном. Я прошу тебя, подумай.
- О чем думать, ДжонХун? – я с трудом заставила отпавшую челюсть подняться.
- О том, чтобы быть со мной, - легко ему было, спрятался за непроглядными стеклами, а я как открытая книга. Все эмоции на лице.
- Ты в своем уме? – я тряхнула головой. Уж не мираж ли у меня от солнечного удара?
- Я отвечаю за свои слова, - Лидер увидел такси и выставил руку – мы уезжаем в Японию…
- Я знаю, - перебила я, спеша услышать продолжение, так как вот-вот он сядет в машину и исчезнет.
- Пожалуйста, обдумай за время нашего отсутствия, с кем ты на самом деле хочешь быть, - автомобиль остановился возле него, он взялся за ручку – я не верю, что ты променяешь всё то долгое время, которое мы оба понимали, что будто созданы друг для друга, на обычные спокойные отношения, в которых не будет и десятой части той предначертанности, того интереса и притяжения.
- Лидер… - он поднес указательный палец к губам, призывая к молчанию.
- Подумай, хорошо подумай, - парень погрузился на заднее сиденье и захлопнул дверцу. Я стояла и провожала удаляющееся такси взглядом.
Да и думать тут нечего было! С СынХеном у нас любовь, взаимозависимость, гармония, взаимопонимание, а не просто совпадение вкусов. Зачем он опять всё усложняет? Прошлое кануло в небытие, и вытаскивать его оттуда бессмысленно. Даже если склеить разбитую чашку, то она всё равно останется с трещиной, так стоит ли ради этой, уже непрочной, бить пока ещё целую? Вряд ли из старой посуды пить вкуснее, разве что она манит своими воспоминаниями, которые кажутся такими приятными и душещипательными. Но не ностальгический ли это обман? Иногда многие вещи из детства кажутся восхитительными, а если их повторить во взрослом возрасте, то былого восторга уже нет. Но эта страсть, которая тянула меня к ДжонХуну при каждом взгляде на него, как от неё избавиться? Как погасить огонь? Смогу ли я перегореть? Или мне придется терпеть эту муку до конца жизни, потому что рядом с СынХеном я никуда не денусь от его коллег.
У меня затрезвонил телефон. Достав его, я отошла подальше от дороги, чтобы шорох шин об асфальт и заведенные моторы не мешали расслышать собеседника. Номер был неизвестен. На миг я подумала, что Лидер всё-таки где-то узнал мой, и сейчас звонит, направляясь в аэропорт.
- Алло? – со странной тайной надеждой произнесла я.
- День добрый, начинающий алкоголик, - шутливым тоном произнес мужчина.
- ХиЧоль? – узнала я по голосу – Откуда у тебя…
- У ХонКи попросил, - у него рядом что-то шелестело. Похоже, вентилятор – не волнуйся, я нас не выдал, всего лишь сказал, что ты забыла у меня трусы.
- ХиЧоль! – воскликнула я и огляделась, опомнившись. В суете дня на меня никто не обратил внимания.
- Да не ведись ты, ну. Я по делу, - я облегчено провела ладонью по лбу – я тут что-то вспомнил то, о чем мы говорили и запереживал. Ну как запереживал: чрезмерно близко к сердцу принял твою проблему. Так вот, ты с СынХеном ещё не общалась?
- Общалась, - подумав, я добавила – по телефону. Мы ещё толком не помирились.
- Отлично, тогда, я надеюсь, ты не успела много ему сказать?
- А что я могла? – к чему он клонит?
- Помнишь, я сказал, что если у тебя есть в чем повиниться перед ним, то нечего придираться к нему? – я угукнула. Ещё бы забыть, теперь меня совесть грызла с его подачи – Ты главное не повинись на самом деле. Запомни: НИ-КОГ-ДА не признавайся мужчинам, если изменила, ясно? Выруби себе это где-нибудь золотым правилом.
- Но почему? – я зафырчала и, пробубнив что-то невнятное, поспешила исправиться – То есть, я, конечно, не изменяла СынХену, но почему я должна была его простить, а мужчинам такие вещи знать нельзя?
- Потому что мужчины никогда не прощают такие дела. Нет, могут сделать вид, что проглотили, но помнить будут всю жизнь, превратят совместную жизнь в ад и изжарят свою половину на медленном огне. Оно надо?
- Да почему же опять всё так неравномерно? – возмутилась я.
- Справедливости… - начал он.
- …не существует, - закончили мы в унисон.
- Молодец, уже знаешь главную истину, - ХиЧоль зашуршал бумагами – к тому же, вы – женщины – сильные морально; переживете, простите, поймёте, утешитесь, забудете. А мы – мужчины – слабые, мы и сломаться можем. Нас нужно любить и беречь.