![История античной Македонии img_48.jpg](https://litlife.club/books/303555/read/images/img_48.jpg)
Рис. 14а. Монеты Филиппа и Персея.
Большое значение в деле восстановления хозяйства Македонии и ее военной мощи имели северные области, менее затронутые разлагающим действием кризиса рабовладельческого производства, и Фракия. На севере была набрана новая армия.[283] Фракийские области были постоянным людским резервом Македонии для ее армии.[284]
Богатые фракийские области, лежащие к северу от Македонии, с давних пор привлекали внимание завоевателей, особенно как плацдарм для завоевания македонских, а затем и греческих земель. Эти области поэтому не раз становились объектом завоеваний, ареной многочисленных войн. Во II в. до н. э. фракийцы оказались этнически более сплоченными, чем македоняне.[285] По своему экономическому развитию они отстали от последних, но именно в силу этой отсталости и оказались к началу II в. до н. э. более сплоченными. Основу фракийского хозяйства продолжало составлять общинное землевладение. Крестьяне-общинники являлись основными производителями как в сельском хозяйстве, так и в ремесле. Правда, у фракийцев были и рабы, но рабство не достигло здесь, как и в более поздние времена, своего классического развития. Ряд фракийских племен находился еще на стадии разложения первобытно-общинных отношений. Их многочисленные военные дружины часто составляли отряды наемников в разных армиях, в том числе и в армии соседней Македонии. Фракийская конница продолжала пользоваться большой славой. Для Македонии Фракия была особенно важна еще и потому, что она находилась в тылу Македонского государства. Поэтому македонские цари всегда проявляли интерес к тому, чтобы иметь во Фракии союзника. Филипп V стремился покорить Фракию, но безуспешно.[286] Тогда он сделал все, чтобы сохранить с Фракией дружественные отношения. Она стала резервом Македонии, ее наиболее верным и могущественным союзником.[287] [244]
В своей внешней политике Филипп старался удержаться от новой воины с римлянами, чтобы залечить раны после поражения при Киноскефалах. Поэтому он не выступил на стороне Антиоха и этолийцев. Он даже заискивает перед римлянами, посылает в сенат поздравления по случаю побед над Антиохом и просит позволения возложить венок из золота в 100 фунтов весом в храме Юпитера.[288] За это римляне вернули Филиппу заложников, в числе которых был и его сын Деметрий, простили остатки контрибуции, обещали расширение территории.[289]
Филипп помогает римлянам против Набиса, а затем и против Антиоха.[290] Правда, этой войной Филипп воспользовался как предлогом, чтобы вновь вмешаться в дела Греции и хоть немного поправить свои собственные дела. Воспользовавшись тем, что римляне, занятые вначале сирийской войной, затем испанской, не обращали на Македонию особенного внимания, Филипп постарался вернуть себе часть своих прежних владений в Элладе. Ему удалось захватить Атаманию, а затем, с позволения римлян, Деметриаду и ряд других городов.[291] Но произвол царских чиновников вызвал восстание в Атамании. Этим воспользовался Аминандр и вернул себе царство.[292] Тогда Филипп захватил ряд городов на фракийском побережье, в частности Эн и Маронею, и ряд городов Фессалии.[293] Отправленные в Македонию для расследования дела римские уполномоченные потребовали от Филиппа ограничиться старыми пределами Македонии.[294] Раздраженный Филипп с помощью своих сторонников фракийцев устроил в Маронее страшную резню.[295] Он привлек на свою сторону и галлов-скордисков, осевших во Фракии.[296] Готова была разразиться новая война. Но сил у Филиппа было еще недостаточно. Ему пришлось отправить в Рим Деметрия для переговоров.[297] На открытый конфликт Филипп еще не решался, стараясь подготовиться как следует. Однако, говорит Ливий, он никогда не переставал собирать военные силы во время мира, чтобы воспользоваться ими для войны, как только представится случай.[298] И действительно, подготовка шла чрезвычайно серьезная. Была введена налоговая система, с новых рудников поступали большие доходы, казна снова [245] наполнилась. Появились деньги для оплаты наемников.[299] На севере была набрана новая армия, в которую входили и фракийцы, обученная по всем правилам военного искусства. Накоплено вооружение. Под боком была Фракия, откуда македонский царь мог постоянно пополнять свою армию. Страна оправилась и вновь приготовилась к войне.
Полибий указывает, что Филипп хотел начать последнюю войну против римлян и для этого уже закончил все приготовления. Его смерть в 179 г. до н. э. помешала осуществлению этого намерения. Ставший во главе царства Персей ревностно продолжил политику своего отца.[300]
Однако благополучие Македонского государства было весьма относительным. Увеличение налогов и торговых пошлин всей тяжестью ложилось на плечи свободных общинников — мелких крестьян и торговцев. Это еще больше углубило кризис. Разорение мелкого крестьянского хозяйства и ремесленников превращало в люмпен-пролетариев большие массы производителей, грозивших сомкнуться с рабами.[301] Кучка богатых рабовладельцев, подкупами и подачками склоняя на свою сторону толпы бродяг, руководила делами в городе.[302] Рост люмпен-пролетарской массы обострял социальные противоречия в македонском обществе. Обострение социальной борьбы в греко-македонском мире накладывает свой отпечаток на весь ход третьей македонской войны. В некоторых областях Греции социальные отношения становятся настолько накаленными, что выливаются в настоящие восстания. Примером этого может служить Этолия, в которой огромных размеров достигло ростовщичество, ставшее причиной задолженности этолийской бедноты, увеличения количества должников. В Этолии разгорается ожесточенная борьба между имущими и неимущими. Дело доходило до настоящих войн, сопровождавшихся всевозможными жестокостями. Вмешательство римлян не изменило положения.[303] «Взаимная ярость этолян, казалось, приведет народ к гибели путем истребления друг друга», — говорит Полибий.[304] Этолийцы даже обращались за помощью к Персею, чтобы он помог им прекратить «внутренние раздоры».[305] Подобные же явления происходили и в других областях Греции, в частности, в Фессалии и Перребии. Задолженность населения достигла здесь огромных размеров. Рост долгов вызывал постоянные [246] волнения. Беднота требовала отмены долговых обязательств.[306] Дело доходило до открытых восстаний. При таких обстоятельствах богатые рабовладельцы, ростовщики были вынуждены обращаться за помощью извне, в частности в Рим. В Перребию, например, для разрешения внутренних неурядиц сенат направил Аппия Клавдия. Но, тем не менее, пришлось сделать значительные уступки бедноте, чтобы не доводить дело до крайнего напряжения. Аппий Клавдий облегчил долговые обязательства, выросшие от чрезмерно высоких сумм, и уплату долгов разложил на десять лет.[307] Сходные явления происходили и в Македонии, где самым крупным ростовщиком являлось государство, что подтверждает тот факт, что несколько позднее Персей простил долги государственным должникам.[308] Их было, по-видимому, достаточно много, и они составляли значительную силу в Македонии, если Персей, прощая долги, стремился заручиться их поддержкой.
283
Plut. Aem. VIII-IX.
284
Liv., XLII.12.
285
ВДИ, № 2, 1957, стр. 72-73.
286
Pоlyb., XXIII.8; Liv., XXXIX.53.
287
Н. Ф. Мурыгина. Сопротивление фракийских племен Римской агрессии и восстание Андриска. ВДИ, № 2, 1957, стр. 74-75.
288
Liv., XXXVI.35.
289
Там же, 34.
290
Там же, 26.4.
291
Там же, 14, 83.
292
Там же, XXXVIII.1-2.
293
Там же, XXXIX.23.
294
Там же, 26.
295
Там же, 34.
296
Just., XXXII.3, 5-8.
297
Liv., XXXIX.35.
298
Там же, 24.
299
Plut., Aem. VIII.
300
Polуb., XXII.8, 10.
301
О. Кудрявцев. Запустение Эллады. ВДИ, № 2, 1953, стр. 41-42.
302
Liv., XLV.18.
303
Liv., XLI.25; Polyb., XXX.11; см. Ф. Г. Мищенко. Федеративная Эллада и Полибий, т. 1, стр. CXXXXXVII-CXXXXXVIII.
304
Polyb., XXX.11.
305
Liv., XLII.12.
306
Liv., XLII.13.
307
Там же, 5, 7.
308
Polyb., XXI.3.1-5.