Но еда это не только о включении. Она также была, и, это особенно важно, и о еде. Еда Иисуса не была ритуальной едой, в которой еда имела только или главным образом символическое значение. Это была настоящая еда, а не кусочек и глоточек, как в нашем проведении Евхаристии. Для Иисуса важна настоящая еда-хлеб насущный. В Его учении “хлеб "символизировал материальную основу существования, как в молитве к "Отцу небесному.” Сразу после прошения “да приидет Царствие твое, да будет воля Твоя на земле, как на небе”, - это “дайте нам хлеб насущный на это день". Для крестьянской аудитории Иисуса хлеб - это еда на целый день - был одним из двух центральных вопросов выживания их жизни (другой был долгом). Тайная вечеря продолжается и завершается акцентом Иисуса на пищу и пищу как Божью справедливость.
Эхо Насыщения Пяти Тысяч
В повествовании об Иисусе на Тайной Вечере, Марк использует четыре глагола: взял, благословил, переломил и дал. Эти четыре ключевых слова отсылают нас к более ранней сцене, касающейся пищи у Марка, в которой Иисус насыщяет пять тысяч человек несколькими хлебами и рыбами: «Иисус взял пять хлебов и две рыбы и, подняв глаза к небу, произнес молитву благодарения, разломил хлеб и дал ученикам, чтобы те его раздали. Он разделил на всех и две рыбы» (6:41). Почему эта перекрестная ссылка с Тайной Вечери вернулась к хлебу и еде?
История Марка о раздачи хлебов и рыб начинается с проблемы голодных людей. Люди (пять тысяч, говорит Марк) весь день слушали Иисуса в пустынном месте, уже поздно, и они голодны. Решение учеников вполне разумно: «Отпусти их, пусть сходят в окрестные деревни и селения и купят себе поесть». (6:36). Альтернативное решение от Иисуса кажется совершенно невозможным: «Накормите их сами» (6:37), на что отвечают ученики. «Уж не пойти ли нам купить для них хлеба? Денариев так на двести! Тогда накормим!» Разница между Иисусом и его учениками установлена, но, поскольку история продолжается, Иисус заставляет их шаг за шагом участвовать в качестве посредников во всем процессе. Иисус дал им задание найти, что у них есть (6: 38), заставить людей сесть в группы (6:39), распределить пищу (6:41) и забрать то, что осталось после этого (6:43). Другими словами, они вынуждены принимать и участвовать в решении Иисуса (давать им пищу), а не самостоятельно (отправлять их прочь).
Обратите внимание, что Иисус не даёт манну с небес и не превращает камни в пищу. Он берет то, что уже есть, пять хлебов и две рыбы, и, когда это проходит через руки Иисуса, еды более чем достаточно, гораздо более чем достаточно, для всех! Смысл этой истории не в умножении, а в распределении. Пищи уже достаточно для всех, когда она проходит через руки Иисуса, как воплощение божественного правосудия. Ученики - подумаем о них как об уже существующей Общине Царства или как о руководителях этой общины— не видят своей ответственности и вынуждены принять ее от Иисуса. За этим, конечно же, стоит целая теология творения, в которой Бог владеет миром, требует, чтобы все получали справедливую долю его благ, и назначает людей в качестве распорядителей для установления Божьей справедливости на земле.
Марк делает акцент на справедливом распределении того, что не принадлежит нам в эпизоде с хлебом и рыбами, поэтому делает акцент на "хлебе” и "чашке вина", которые разделяются между всеми во время новой пасхальной трапезы. В очередной раз Иисус раздает пищу присутствующим “всем”, кто там есть. Общая трапеза того, что уже есть среди всех присутствующих, становится великим сакраментальным символом, так и основной практической программой движения царства.
Пасхальная Трапеза
Как Пасхальная трапеза, Тайная вечеря Иисуса резонирует с историей исхода из Египта, истории о Рождении Нации. История о рабстве, избавлении и освобождении, это изначально самая важная история, которую они знали. Пасха была (и есть) великий ежегодный еврейским праздник величайшего акта Божьего избавления.
Первая Пасха (Исх. 12) произошла вечером, перед десятой казнью, ударом по фараону и Египту, а именно, смерть первенцев в каждом доме в Египте. Эта казнь была молотом, который сломил волю фараона, и еврейские рабы были наконец освобождены. В этом повествовательном контексте Пасхальный ягненок имел два основных значения. Во-первых, часть крови от Пасхального агнца должна была быть помазана на дверные стойки домов еврейских рабов, чтобы ангел смерти, "разрушитель", прошел мимо этих домов и не убил первенца в них:
"7 Пусть возьмут его кровь и помажут ею оба дверных косяка и притолоку в тех домах, где будут его есть.. 23 Пойдет Господь убивать египтян, увидит кровь на притолоке и косяках — и пройдет Господь мимо этой двери, не даст Смерти войти в ваш дом и убить вас.." (Исх.12: 7, 23)
Отметим, что Пасхальный агнец - это жертва в широком смысле слова, но не в узком, типа заместительной жертвы. Его цель двоякая: защита от смерти и пища для путешествия. В истории нет упоминания о грехе или вине, замене или искуплении.
Пасхальная трапеза, «седер», увековечивает память о первой Пасхе и Исходе, принося ее в настоящее. Элементы еды воплощают центральные элементы истории, и слова ясно дают понять, что история не просто о прошлом, но и о настоящем: «это были не только наши отцы и матери, которые были рабами фараона в Египте, но мы, все мы собрались здесь сегодня вечером, были рабами фараона в Египте; и не только наши отцы и матери были освобождены великой и могучей рукой Божьей, но все мы здесь были освобождены Богом». Империя фараона заменяет Римскую империю или любую другую империю, и подрывной характер этой истории не трудно различить.
Тело, Кровь и Смерть Иисуса
История Марка о тайной вечере имеет неявную связь с Пасхой. Что делает эту связь явной - это приближающейся смерть Иисуса. Он делает это с «устанавливающими словами», знакомыми христианам из-за их использования на вечере Господней:
"22 Когда они ели, Иисус взял хлеб, произнес над ним молитву благодарения, разломил и дал им со словами: «Возьмите, это Мое тело!» 23 Взяв чашу, Он произнес молитву благодарения и подал им. И все пили из нее. 24 Он сказал им: «Это Моя кровь, которая проливается за множество жизней, кровь Нового Договора" (14:22-24)
В Евангелии от Матфея, от Луки и у Павла выделенные курсивом слова, произнесенные над хлебом и чашей, появляются в несколько иной форме (и их вовсе нет у Иоанна). В Евангелии от Матфея слова над хлебом почти идентичны словам Марка: "возьмите, ешьте, это тело мое" (26:26). Слова над чашей продленной и добавленные к прощению: “пейте из нее все; ибо сие есть кровь моя Нового Завета, за многих изливаемая для прощения грехов” (26:27-28). Версия Луки о том, что сказано над хлебом, отличается больше. Он добавляет "дано для вас" и тему "воспоминание": "это тело мое, которое дано для вас. Делайте это в мое воспоминание” (22:19). Про чашу у Луки сказано: «точно так же после ужина дал им чашу со словами: «Эта чаша — Новый Договор, скрепленный Моей кровью, которая за вас проливается». (Лк. 22:20). Рассказ Павла, написанный ранее, чем любое из Евангелий, имеет тему памяти в обеих частях и ближе всего к Луке: «поблагодарил за него Бога, разломил и сказал: «Это Мое тело, которое за вас отдается. Делайте так в память обо Мне». 25 Точно так же Он взял чашу после ужина и сказал: «Эта чаша — Новый Договор с Богом, скрепленный Моей кровью. Каждый раз, когда будете пить из нее, делайте это в память обо Мне». (1 Кор. 11:24-25)
Различные версии указывают на степень изменчивости, как была запомнена и отпразднована Тайная вечеря. То, что все они имеют в общее - это акцент на тело и кровь, хлеб и вино. Какие бы связи Марк не предназначал от хлебов-и-рыб к этой еде хлеб-и-вина, не было ничего в той более предыдущей еде которая говорила о символизма тела-и-крови. Что, значит, Марк добавляет сюда то, чего не было раньше?