Борьба Горького против нигилистического отношения к культурному наследию, за освоение победившим и раскрепощенным народом культуры прошлого, работа писателя во «Всемирной литературе» были частью борьбы коммунистической партии за овладение этой культурой.
Глубоко веря в духовные силы пролетариата («Я крепко убежден, — писал он в 1914 году, — что пролетариат может создать свою художественную литературу»), Горький не считал, что социалистическая культура будет создана исключительно или по преимуществу руками выходцев из рабочей среды. Ему были чужды сектантские пролеткультовские взгляды, и недаром в марте 1920 года он говорил на заседании Пролеткульта: «Представление, что только пролетарий творец духовных сил, что только он — соль земли, такое мессианское представление губительно как всякое мессианство…» В 1926 году Горький писал Гладкову: «Я не могу быть «вполне» с людьми, которые обращают классовую психику в кастовую, я никогда не буду «вполне» с людьми, которые говорят: «мы, пролетарии» с тем же чувством, как бывало, другие люди говорили «мы, дворянство».
Горький всеми силами старается привлечь на сторону Советской власти старую интеллигенцию — ученых, литераторов, художников, артистов — и тех, кто, не принимая умом или сердцем Октября, все же хотел служить революционному народу, и тех, кто хотел отсидеться, переждать, испугавшись разгула революционной бури, и тех, кто сомневался в разумности и справедливости нового строя.
При его содействии был открыт Дом ученых, принято постановление об обеспечении необходимых условий для работы И. П. Павлова и его сотрудников. Писатель много работает в Комиссии по улучшению быта ученых. Этой комиссией, которую создала разоренная войной, голодающая и замерзающая, метущаяся в тифу Россия, большинство населения которой не умело читать и писать, — этой комиссией, по словам Горького, «рабочий класс, хозяин страны, имеет законное право гордиться перед Европой».
По вопросам организации культуры, работы ученых, борьбы с детской безнадзорностью и десяткам других вопросов Горький часто обращался к Ленину.
«Товарищи! — пишет Ленин на переданной ему Горьким просьбе помочь лаборатории физиологии растений Петроградского университета. — Очень прошу Вас во всех тех случаях, когда т. Горький будет обращаться к Вам по подобным вопросам, оказывать ему всяческое содействие…»
В горьковской квартире проходят совещания, встречи, споры, бывает нарком просвещения Луначарский. У Горького останавливался в сентябре-октябре 1920 года английский писатель-фантаст Г. Уэллс, описавший Советскую страну тех лет в книге «Россия во мгле». Уезжая, Уэллс говорил: «Все мы понимаем значение и величие России и не сомневаемся, что ей предстоит большое будущее». В своей книге он писал: «В этой непостижимой России, воюющей, холодной, голодной, испытывающей бесконечные лишения, осуществляется литературное начинание («Всемирная литература». — И.Н.), немыслимое сейчас в богатой Англии и богатой Америке».
Ошеломляет один перечень организаций, деятельное участие в работе которых принимал Горький, — это и издательство «Всемирная литература», и Особое совещание по делам искусств, и общество «Культура и свобода», и репертуарная комиссия Отдела театров Союза коммун Северной области, и художественный совет Эрмитажа, и полярная комиссия Академии наук, и Всероссийский комитет помощи голодающим, и комиссия по борьбе с детской преступностью, и многое, многое другое.
Вместе с А. В. Луначарским Горький был инициатором создания Музея революции, которому передал ряд материалов.
Огромный авторитет писателя, популярность его имени заставляли обращать особое внимание на все те начинания, мероприятия, организации, в которых участвовал Горький.
Депутат Петроградского Совета рабочих и красноармейских депутатов, Горький активно участвовал в работе Совета. «В память о декабристах, выступил он на одном из заседаний, — предлагаю переименовать Галерную в Красную улицу… Переименовать Большую и Малую Конюшенные улицы в улицу Желябова и Софьи Перовской».
«Для него, видимо, не хватало рабочего дня, — вспоминает один из посетителей. — Еще только девять часов утра, а маленькая темноватая передняя завалена, завешана грудами пальто и заполнена стоящими в ней посетителями. Квартирка небольшая — всего две комнатки с разделяющей их столовой, на столе которой кипит самовар, стоит чайный прибор и лежит хлеб с кусочками масла. А вокруг стола те же фигуры посетителей, что и в передней, только сомкнутые тесным в два ряда, кольцом. Обстановка простая, бесхитростная, и мое внимание обращает небольшая этажерка, на которой аккуратно размещены точеные из слоновой кости китайские, забавного вида, болванчики.
М. Горький выходит из левой двери и, глотая наспех горячий чай, начинает спокойный, деловой разговор с десятками ожидающих людей.
— «Как может этот человек работать в таком окружении?» — невольно думаю я.
Да и действительно странно, — он всех внимательно выслушивает и первый не кончает разговора».
Часто выступает Горький на многочисленных совещаниях по вопросам культуры, на митингах, участвует в работе II конгресса Коммунистического интернационала (Коминтерна). Сохранилась фотография участников конгресса, на ней писатель стоит рядом с Лениным.
В апреле 1920 года он произносит в Москве речь в честь 50-летия Ленина: «…лучшее, чем можем почтить его огромную работу… — говорит Горький, это честный труд, это напряженный труд, это любовь к труду…»
4
В первые годы Советской власти огромными, нередко более чем стотысячными тиражами издаются горьковские рассказы — «Макар Чудра», «Челкаш», «Мальва», «9 января» и другие; впервые в России была напечатана в свободном от цензурных искажений виде «Мать» — и это когда «Правда» из-за недостатка бумаги выходила не каждый день. Пьесы Горького, инсценировки его произведений занимают большое место в репертуаре профессиональных и самодеятельных театров.
Все силы и время у Горького уходят на организацию культурной и литературной жизни молодой Страны Советов, помощь писателям, ученым, и он пишет мало художественных произведений. Творческая пауза была вызвана и внутренним кризисом писателя, «новожизненскими» колебаниями и сомнениями.
Правда, Горький активно выступал как публицист; его статьи печатались в «Правде», «Известиях», «Петроградской правде», «Красной газете».
В публицистических статьях и выступлениях 1919–1921 годов Горький пересматривает ошибочные взгляды автора «Несвоевременных мыслей». Он теперь отчетливо видит хозяйственное и культурное творчество революционного народа, обращается к пролетариату и интеллигенции всего мира с призывом поддержать Страну Советов в ее строительстве нового общества. Выступления Горького, писателя с мировым именем, в защиту социалистической революции были широко известны за границей, открывали глаза пролетариату и передовой интеллигенции на истинное положение в Советской России.
Важнейшей задачей, стоящей перед победившим народом, Горький считает воспитание социалистического отношения к труду, добросовестности, хозяйского и бережного отношения к предметам труда: «Весело и бодро — за работу, нет пути к счастью более верного, чем путь свободного труда!»
Делает Горький наброски пьесы о норманнах, либретто оперы о Степане Разине; ранее работал над оперным либретто о богатыре Василии Буслаеве. Эти замыслы реализованы не были: Горького, видимо, смущал исторический материал, он не хотел писать о том, чего «не видел».
В 1919 году выходят воспоминания писателя о Льве Толстом — один из лучших портретов тех замечательных людей, с которыми Горькому довелось встречаться в жизни. В последующие годы Горький создал очерки о Короленко, Коцюбинском, Есенине, Блоке, революционерах Камо, Красине, Вилонове.
Особое место среди очерков занимает «В. И. Ленин». «Живой у Вас Ильич… — писала Н. К. Крупская в 1930 году. — Правда все… Вы любили Ильича. Кто не любил бы, тот не мог бы так написать. Живой весь Ильич».