— У меня только один вопрос, товарищ Огнедар, — сказал я. — Почему именно я? Ведь, как ни крути, а настоящим гражданином Народного государства я не являюсь. Всё время у вас на подозрении, хотя уже не под гласным надзором. Однако именно на меня вы возлагаете миссию такой важности.
— Я уже всё объяснил, — отмахнулся Огнедар. — А если проще сказать, товарищ Готлинд, то нет у нас выбора. Одного человека, даже такого профессионала, как товарищ Гневомир, недостаточно. Ваше присутствие придаст его появлению достоверности. мы вынуждены рисковать. Тем более, — почти повторил шутку командарма Бессараба начальник разведки Народного государства, — что если вы и шпион, товарищ Готлинд, то дилеанский. А Империя — наш союзник в этой войне.
Мне снова стало как-то не по себе. Дальше всё шло в том же безумном ритме.
Огнедар встал из-за стола. Поглядел на наручные часы.
— До отлёта «Лузитании» осталось сорок минут. Места для вас уже забронированы и оплачены. Осталось только добраться до аэропорта. Авто ждёт вас. Одежда у вас не вполне подходящая. Но багаж на «Лузитании» тоже уже готов. Смените платье уже там. Оружие оставите в автомобиле. В ваших чемоданах лежат два котсуолдских револьвера и пара блицкриговских пистолета. Патронов по пятьдесят штук на каждый ствол. Если что, в Котсуолде разрешено свободное ношение оружия, пока страна не вступила в войну. До начала войны с покупкой патронов проблем у вас возникнуть не должно.
Мы вышли из дома. Вместе с Огнедаром и его свитой прошли к большому чёрному автомобилю. Нас усадили на заднее сидение. Вперёд сел начальник разведки. Свита осталась на лётном поле.
— Значит так, — сказал водителю Огнедар, снова поглядев на часы, — гони во весь опор. Плевать на правила. Через двадцать минут мы должны быть в Чашниково.
— Плевать на правила, — как-то недобро усмехнулся шофёр, — это я люблю.
Двигатель автомобиля утробно зарычал. Плюнул клубом чёрного дыма. И рванул с места так, что нас вдавило с мягкие кожаные сидения.
На въезде в город водитель и не подумал снизить скорость. Он нёсся по вечерней столице Народного государства, действительно, не соблюдая никаких правил дорожного движения. Видимо, к подобному поведения авто представительского класса здесь привыкли, а потому уступали дорогу. Хотя, наверное, возмущались про себя очень сильно.
Странные это были ощущения. Сидеть в автомобиле, несущемся на невероятной скорости по городу. Вроде бы аэроплан летит намного быстрее, но там я всегда контролировал ситуацию. Пассажиром летать не приходилось. А тут я всякий раз удивлялся, как это удавалось шофёру вписываться в крутые повороты на такой скорости. Авто ведь довольно тяжёлое. Его должно заносить на каждом вираже. Но — нет. Колёса автомобиля ни разу даже не приблизились к бордюру.
— Тормози, — велел Огнедар. — До Чашникова доберётесь на трамвае. Время позволяет. Билеты заберёте прямо в кассе. Ступайте, товарищи. С богом.
Изогнувшись, Огнедар протянул нам руку. Мы по очереди пожали её и выбрались из автомобиля.
Давно мне не приходилось ездить на трамвае. Уже и забыл когда прыгал на его подножку в прошлый раз. Кажется, это было ещё в Империи до моего отъезда на Урдский север.
До аэропорта Чашниково ехать было всего пару остановок. Названия их оглашала женщина-кондуктор. Купив билеты, мы не стали уходить от дверей — всё равно выходить скоро.
Мы выскочили на остановке аэропорт и быстрым шагом припустили к зданию.
— Ну что же вы так поздно, товарищи, — покачала головой женщина на кассе, выдавая нам билеты. — Заранее забронировали и оплатили, и являетесь в последний момент. А ведь знаете же, что после отхода воздушного судна деньги уже не возвращаются.
— Вы, гражданочка, вместо того, чтобы лекции нам читать, — ответил ей Гневомир, — лучше выдайте билеты поскорее, чтобы мы точно на корабль не опоздали.
— Конечно-конечно. — Женщина в кассе умудрялась искать наши билеты и болтать. — Распишитесь в получении. Товарищ Готлинд. — Она развернула ко мне книгу, поставила вечным пером галочку напротив моего имени и протянула перо мне. — Иностранец? — обратилась женщина к Гневомиру, наверное, думала, что я по-урдски не понимаю.
— Я гражданин Народного государства, — в который уже раз повторил ей я.
— Понятно-понятно, — покивала женщина, ничуть этому не удивившись, как будто граждане Урда с имперскими именами у неё тут едва не каждый день билету покупают. — Товарищ Гневомир, распишитесь тут. — Она поставила галочку и протянула перо моему спутнику. — Ваши билеты, — убрав книгу, протянула нам билеты женщина. Сверилась с часами у нас за спиной. — «Лузитания» отправляется через три минуты. Поторопитесь.
Несмотря на свою профессию авиатора, кататься на роскошных воздушных лайнерах мне ещё ни разу не приходилось. Летал я всё больше за рычагами аэроплана или в каютах линкоров с авианосцами. И потому мне стоило известных усилий не крутить головой, когда мы с Гневомиром поднялись на борт воздушного судна.
Первым делом, прямо с трапа нас встретил помощник капитана в роскошном белом мундире, богато разукрашенном золотым галуном и фуражке с высокой тульей.
— Добро пожаловать на борт, — выпалил он заученную фразу. — Наш корабль отправляется через минуту. Разрешите взглянуть на ваши билеты?
Мы протянули билеты. Помощник сверился с ними. Кивнул.
— Ваш багаж уже доставлен в каюту. Юнга проводит вас. — Он махнул рукой мальчику в белоснежной фланельке и бескозырке.
Оторвав контрольный талон, помощник вернул нам билеты. И мы с Гневомиром отправились вслед за мальчиком в бескозырке.
Воздушный корабль поражал. Иначе не скажешь. Роскошными коврами на полу. Они были такими толстыми, что шагов не слышно. Резными панелями на переборках. Деревянными перилами трапов. Широкими иллюминаторами с легкомысленными невесомыми занавесочками.
— Ваша каюта, — произнёс юнга, остановившись у деревянной двери. На щите перед ней висели три ключа. — По одну для каждого пассажира, — пояснил юнга, — и третий я заберу. Он будет храниться в особом шкафу у капитана. И только сам капитан имеет право отдать приказ открыть вашу каюту.
— Это радует, — усмехнулся Гневомир.
Юнга говорил на урдском вполне сносно, как и помощник капитана, встретивший нас. Однако в речи их был слышен весьма заметный котсуолдский акцент.
— Кстати, весьма советую после отлёта нашего корабля, — добавил юнга, снимая ключи со щита и отдавая нам два, а третий пряча в карман, — подняться на верхнюю палубу. Взлёт «Лузитании» — весьма впечатляющее зрелище. Но в этот раз нас из-за военного времени будут сопровождать два дредноута «Колосс» и «Отмщение». Они поднимутся в небо одновременно с «Лузитанией». На это стоит посмотреть!
Он попрощался с нами — и быстрым шагом отправился по коридору.
— Странное дело, — покачал головой Гневомир. — Котсуолдским броненосцам разрешено приземлится рядом со столицей Урда. Не думал, что подобное может быть.
— Война, — только пожал плечами я. — Котсуолдцы боятся, что их пассажирский лайнер могут сбить. В небе идёт такая драка, что уничтожение «Лузитании» легко могут списать на превратности войны. Тем более, что Котсуолд пока государство нейтральное.
— А ведь взрыв «Лузитании», — задумчиво произнёс Гневомир, — может стать первоклассной провокацией. Котсуолд его ни за что не простит.
— Ты только взрывать его не вздумай, — усмехнулся я. — Котсуолд — королевство себе на уме. И как воспринимать такую вот провокацию, они уже будут решать сами.
— Ты, конечно, у нас заграничный спец, — в тон мне ответил страж, — но в международном положении я разбираюсь не хуже твоего.
Чемоданы наши были подписаны, чтобы не, кому какая одежда предназначена. Так что переоделись мы быстро. Вот только сама одежда, по крайней мере, для меня оказалась непривычной. Я такую не носил, наверное, ни разу в жизни. В чемодане были аккуратно уложены несколько котсуолдских костюмов из серой и чёрной шерсти. Под ними обнаружился десяток белоснежных рубашек и отдельно воротнички с манжетами — последний без счёта. Упакованные в коробки, тут же лежали два здоровенных пистолета. Своё оружие мы оставили в чёрном авто. При входе на «Лузитанию» нас не проверяли, однако лишний раз рисковать и в самом деле не стоило. Тут же нашлись и патроны с парой запасных магазинов на каждый пистолет.