Но и предыдущие три отличались не меньшими изуверствами и варварством. Вот свидетельство генерала А. Деникина («Очерки русской смуты»):
«После занятия нами Харькова была создана Особая комиссия, которая установила: забравшись в храм под предводительством Дыбенко, красноармейцы вместе с приехавшими любовницами ходили по храму в шапках, курили, ругали скверно-матерно Иисуса Христа и Матерь Божию, похитили занавес от церковных врат, разорвав его на части, похитили церковные одежды, подризники, платки для утирания губ причащающихся, опрокинули Престол, пронзили штыком икону Спасителя. После ухода бесчинствующего отряда в одном из притворов храма были обнаружены экскременты».
Умер Ленин — гонения на церковь, война с ней продолжались при Сталине с не меньшим остервенением, и знаком, символом атеистической деятельности коммунистического режима в ту пору стал взрыв храма Христа Спасителя 5 декабря 1931 года, духовной святыни русского народа. Обращение вождя всех народов к церкви, ослабление репрессий против духовенства и верующих в годы Великой Отечественной войны было продиктовано инстинктом самосохранения: вождь обратился к «братьям и сёстрам» с призывом спасти отечество, апеллируя к самому сильному и святому чувству россиян — вере в Бога. Пришла победа над фашистской Германией, а с ней и прежние атеистические времена: закрытие уцелевших храмов, аресты священнослужителей, преследование верующих.
Преуспел в борьбе с «религиозным дурманом» и безграмотный, невежественный Хрущев. Всё продолжалось...
По разным источникам, за годы советской власти было расстреляно и погибло в лагерях около 300 тысяч священнослужителей, начиная от иерархов и кончая простыми монахами и служителями церкви; было разрушено, разграблено и осквернено около девяноста процентов церквей и храмов; закрыто (и тоже, естественно, разграблено) девяносто восемь с половиной процентов монастырей; осквернены все святые мощи Православной церкви.
Антихрист воцарился в России.
Со времён крещения Руси христианство, обрастая чисто национальной русской плотью (свои мученики веры, отцы церкви, проповедники, религиозные философы, один феномен русского монастырства чего стоит!), — на протяжении всего этого исторического времени основная религия нашего народа стала стержнем, держащим хребтом русского национального характера. Народная нравственность, в основе которой лежат Христовы заповеди, отношение к жизни как к делу, работе духовной и физической, цель которой — служение не только себе, своей семье, но и ближним, милосердие, страх за земные грехи перед Всевышним — такова самая краткая характеристика этого стержня и держащего хребта.
Если оперировать религиозными понятиями, то с Октября семнадцатого года в России воцарился князь мира сего, носитель вселенского зла и — прямо по Фёдору Михайловичу Достоевскому — его слуги, бесы, стали править бал в поверженной державе.
И то, что за десятилетия советской власти Христианская церковь была повержена, распята на кресте, что Голгофа возникла для Православия на русской земле, — всё это абсолютно естественно и логично. Коммунистические властители страны хотели создать «нового человека», послушный и одновременно восторженный винтик в гигантской машине Зла, призванной утвердить на всей планете «светлое будущее» по образу и подобию того «земного рая», который мы создали в Советском Союзе.
Так кто же виноват в этой трагедии, в духовной драме целой нации? Новые коммунистические правители страны, пастыри атеистической армады, внезапно возникшей на русской земле и обрушившей свой чёрный гнев на Православную церковь?
Да, конечно, главная вина — на правителях страны, на вторых и третьих эшелонах советской власти. И среди полководцев атеистического кровавого похода, увы, трагический герой моего повествования, верный ученик Ленина Григорий Наумович Каминский...
Ну а рядовые этого смертоносного воинства, кто они?
Уже в зубах навязли рассуждения о жидомасонском заговоре против России (большевики в руках заговорщиков — лишь их слепое оружие), о «малом народе», совратившем великую богоносную нацию.
Давайте вглядимся в лица.
Кто они, эти люди в чёрных кожанках, которые врывались в храмы, протыкали штыками иконы, волокли священника на колокольню, чтобы сделать ему «ласточку» — сбросить на землю? Неужто злобные масоны, проникшие в русскую глухомань из-за океана? Да нет же!.. Это наши соотечественники, россияне, и толпа, которая собралась на площади и в оцепенении наблюдает за бесчинством, половину погромщиков знает — свои, соседи: «Вон Ванька Ходаков своей Маруське ризу с каменьями поволок!»
Посмотрите внимательно старую кинохронику: рушатся православные храмы, летят наземь колокола, разбиваясь на куски. А вокруг если не ликующая, то азартно-возбуждённая толпа. Да, старые люди крестятся в смятении и ужасе, но остальные!.. Молодые мужчины и женщины, русские крестьяне и городские обыватели — бездумные, весёлые, бесшабашные лица. Пылает костёр из церковной утвари и икон, горят священные книги монастырских библиотек. Кто же устроил пляски и хороводы вокруг этого дьявольского пожара? Неужто в деревенских мужиков и баб нарядились евреи, съехавшиеся со всего света на этот чудовищный бал сатаны? Нет, это мы, русские, наши прадеды и деды.
Да, в трагедии Русского Православия при большевиках и в «победе» Октябрьской революции, в утверждении на протяжении более семидесяти лет её «идеалов» в попранной стране повинен прежде всего русский народ. Как тут не вспомнить слова Александра Исаевича Солженицына: «Дело каждого человека рассказывать о своей вине, и дело каждой нации рассказывать о своём участии в грехах». И пока мы не осознаем это, не примем на себя грехи своих прадедов и дедов, не покаемся в них — перед Россией, перед жертвами октябрьского смерча, перед своими потомками и перед всем человечеством, — не будет покоя и мира на русской земле. Ведь только покаяние выводит отдельного человека и целый народ — на путь добра, свободы, созидательного труда и счастья.
...Однажды с замечательным русским писателем Робертом Александровичем Штильмарком, ныне покойным, автором теперь особенно знаменитого приключенческого романа «Наследник из Калькутты» (хотя главная его книга, автобиографическая хроника «Горсть света», пока не нашла своего пути к читателям), ещё в советские времена мы бродили по окрестностям его любимой Купавны и вдруг оказались среди, увы, привычного «пейзажа»: дымящаяся миазмами огромная свалка, нагромождения ржавеющего металла и искорёженных бетонных конструкций, на.горизонте разрушенная церковь с каркасами сквозных куполов, и на одном из них уцелел тёмный от времени (правильнее сказать — от безвременья), покосившийся крест.
— Земля без божеского благословения, — сказал Роберт Александрович. Помолчал, добавил: — И без хозяина.
Воистину так!..
В середине восьмидесятых годов казалось: все, коммунисты победили, возврата нет, русская нация растворяется (как и другие нации, облагодетельствованные «Великим Октябрём») в безликом и аморфном понятии «советский народ». На одной шестой суши земного шара рождается новая «цивилизация», милитаристская и бездуховная, которая в конце концов погубит весь мир.
Но есть Бог, и он, наверное, увидел, что русский народ, пройдя через муки и страдания на свою Голгофу, устоял, сохранил в сердце своём духовную мощь, завещанную великими предками, он нашёл в себе силы сбросить с плеч коммунистическое иго, и в августе 1991 года божеское благословение — сначала над Белым домом, а потом над всей Россией — воссияло.
И символом духовного, христианского возрождения нашей многострадальной родины стал поднявшийся из небытия храм Христа Спасителя в центре столицы государства российского.
Самое время вспомнить строки забытого русского поэта Николая Берга: