- Я слепой.
Тишина в ответ.
- Я слепой! Я не вижу, где перчатки!
Саградов зарычал. Выдохнул длинное жуткое ругательство, от которого стало ещё страшнее.
- Значит, увидь! Разувай глаза. Сними с неё перчатки. Кожи не касайся. Надень на руки.
Не совсем то, чего ждёшь, когда выталкиваешь из себя такое стыдное признание. «Доктор, я парализованный. - Вставай, козел!»
- Лови.
Невесомый комок ударил в колено. Я отмахнулся. Потом схватил, узнав скользящее прикосновение шелка - одна из перчаток Ли. Саградов, похоже, дотянулся до её руки, снял, и швырнул мне.
Путаясь в пальцах, я расправил ткань. В перчатке хлюпала влага, я переборол омерзение и сунул в неё пальцы - но они застряли из-за полиэтиленовой повязки. Пришлось размотать плёнку, прежде, чем, содрогаясь от чувства ткани, проезжающей по раздёрганным ранам, надеть перчатку.
Второй раз ладонь Лианы я искал защищённой рукой. Через шею. Мягкую грудь (отдёрнув ладонь, а затем вернув). Нащупал плечо и спустился до пальцев.
Перчатка застряла, и я потратил минуту прежде, чем вспомнил, что на правом запястье у Лиан часы, и их нужно расстегнуть. Девушка шевельнулась и застонала.
- Сделал? - голос Саградова.
- Да.
- Не молчи, и отвечай когда заканчиваешь! Времени нет. За моим столом подвесной шкаф. Видишь шкаф? - Я не стал повторять, что вижу лишь тьму. - Верхняя полка. Возьми бокс с зёрнами.
Я помню этот шкаф. С прозрачными стенками и научными штуками в нём. Но сейчас сзади стола - чёрный закопчённый взрывом камень.
Ладно, куда он упал?
Я жмурился представляя. Вот он висел. Вот медленно идёт взрывная волна. Разбивает стекла. Расшвыривает предметы. Шкаф слетает с петель - и заваливается на пол нижней частью. Переворачиваясь, падает вперёд, створками вниз, по закону Ньютона, занимая наиболее устойчивое положение.
То, как я нашёл Лиану, противоречило этому сценарию.
- Он разбился. - Произнёс я, обернувшись в сторону, где, по моим расчётам был упавший предмет мебели. Но Лиана не так лежит, значит, я ошибся и запутался. Значит, этой модели нельзя доверять, и я в настоящей тьме.
Саградов требовал, чтобы я не молчал - но сам брал паузы длиной в вечность.
- А бокс? - Спросил хозяин кабинета.
Я могу вообразить траекторию падающего шкафа. Но я не представляю, куда полетела коробка.
- Олег, мать твою!
- Я НЕ ВИЖУ!
Зато я слышал.
Вокруг, в промокшем как болотная тина, ковре, тонко и нежно что-то шипело.
За каждым ласковым тихим «шш» следовало такое же лёгкое «чпок». Шшш - чпок. Шшш -чпок. Шшш...
- Бокс с зёрнами тоже разбился. - Произнёс я спокойно. Может быть, оттого, что ещё не поверил в то, что слышу. - Эти зерна... они шелестят, когда растут?
Секунды тишины. Только моё колотящееся сердце, и «чпок-шипение» вокруг.
- Нет. Когда погибают. - Голос Саградова дёрнулся. - Так... видишь щипцы? Они лежали рядом с контейнером.
Я в темноте, я бесполезен. От меня никогда никакого толка. Лиана умрёт, лопнет как перезревший персик, разрываемый изнутри корнями, а я даже не увижу этого. Только почувствую слизь и кровь на лице, и густой запах растекающихся внутренностей.
- Ты должен взять ими ещё не почерневшее зерно, - говорил Саградов из-за двери - и вложить ей в рот. Чтобы проглотила. Понял меня?
- Я слышу. - Слышу, но не понимаю. - Они... опасны? Э-эти штуки...?
- Нет, если не коснёшься открытой кожей. Зёрна на Этой стороне и без носителя. Действуй. Скажешь, когда сделаешь.
Я пошёл сюда добровольно, но Саградова все равно манипулирует мной, называя по одной задаче за раз. Залезь и посмотри. Подтяни её руку. Найди бокс. Возьми не умирающее зерно. Специально, чтобы я не отказался, поняв как много всего нужно сделать... И насколько оно странное.
Мир раскачивался, и единственная устойчивость в нём - голос человека, обещавшего мне защиту. Которому я перестал верить.
- Зачем? - Я водил руками над полом, прислушиваясь к движению воздуха или теплу - хоть каким-нибудь признакам, указывающим на распухающее и лопающееся мёртвым ростком зёрнышко. - Я ничего не стану делать, если вы не скажете зачем!
Крохотные участки пространства выворачивались, росли инфляционным пузырём... - и схлопывались. Немного похоже на водоворот, которым меня увлекал лабиринт. Всего на миг. Только над Лианой пространство извивалось как клубок риозы и тянулось ко мне голодно и хищно. Омерзительное чувство, от которого я буду долго отмывать руки. Когда-нибудь. Позже.
- Лиана заражена таким же зерном. - Ответил Саградов когда я уже думал, что не дождусь объяснений. Глухо: - Они опасные твари. Но к счастью даже друг для друга. Если найдёшь живое и заставишь её проглотить, то, что в её теле почует его - и они оба гибернируют. А я потом разберусь.
- Сильно... - мой голос дёрнулся. - Сильно опасные?
- Съедают за полчаса. Но те, что у меня, в стазисе. Я готовил их для тинктуры. Ты должен спешить, если хочешь ей помочь.
Смогу ли я так же, на ощупь, заметить ещё живое? Оно может быть рядом. Может быть, под ногой, или я уже раздавил то единственное...
- Они все мёртвые. - Всхлипнул я. - Все... лопаются.
Я ждал, что Дмитрий будет настаивать. Требовать. Выдвигать идеи. Но голос Саградова прозвучал далеко и устало:
- Понятно. Уходи оттуда.
Я вновь провёл рукой над Лианой - корни внутри неё шевельнулись быстрее. Дмитрий больше не мог или не хотел сдерживать растение.
Оставалось оттянуть девушку, которую я не спас, в сторону - и выбираться через проём. Ощупью и быстро. Пока она не взорвалась, как хлопушка конфетти.
В последнюю очередь я решился поискать под Лианой и наткнулся на разбитую бутылку. Влага, оставшаяся в её круглом изгибе, тут же насквозь пропитала перчатку.
Когда Ли упала, эта штука была в её в руке.
Саградов говорил, что Ли больна, и что у него есть лекарство, которое ей помогает. Не говорил только, что шантажирует её этим. Наверное, так и заставил меня привести. Он не знает, что Лиана и Андрей хотели сбежать.
Но чтобы освободиться, ей нужен запас лекарства.
Это жидкость из разбившегося сосуда пропитала всё вокруг. Убила зёрна, которые могли помочь - кроме того одного, что прорастало под её кожей.
Я представил, как Лиана говорит Андрею, что справится быстро, и нет, она - сама, а он должен охранять снаружи. Как открывает сейф Саградова - она знает где, она много раз видела, как он достаёт тинктуру и отмеривает дозу из пипетки. Как аккуратно ставит на его стол сумку с бомбой. Как коротко и недобро улыбается, предчувствуя разрушения и злость Дмитрия - крохотная месть и большое сокрытие следов. Он никогда не узнает, что это она. Мало ли у него врагов? И как хмурится за миг до взрыва.
Слишком рано, слишком рано. Ли успевает присесть и, может быть, крикнуть Андрею. Поэтому она не упала спиной вперёд - её немного защитил стол, немного кресло.
Но лекарство разбилось, а взрыв спровоцировал дрянь, которую она в себе носила.
- Олег, уходи оттуда!
Я пробежал пальцами по лицу девушки, разжал ей губы и влил в них жидкость, что остались в разбитом сосуде. Отбросил стекло и отжал перчатку, пытаясь добавить ещё хоть одну каплю.
Ли дёрнулась.
Я вскрикнул, обрадовавшись, что она очнулась. Но движение принадлежало не ей. Под кожей её щёк извивались корни. Я закрыл ладонью рот Лианы и потянул голову девушки вверх, надеясь, что она проглотит лекарство. Корни, перекатываясь, щекотно двигались под пальцами - быстрее и быстрее.
- Олег, выбирайся! Немедленно!
Так и надо сделать. Уйти, бросив Лиану. Я пытался помочь Ли. Я очень пытался. Но разве это моя ответственность? Это дом Саградова, это вина Лианы.
- Не работает! - Крикнул я. - Это не работает!
- Уходи, дурак! Она сейчас провалится!
Я знаю Лиану полгода. Она хорошая. Она мне нравится. Но она мне никто.
Просто Андрей её очень любит.
Дыхание рвалось из моего горла с быстрым сухим хрипом. В такт ему пульсировала тьма. Пульсировала... и отступала. Из неё вынырнули сначала светло-серые островки. Затем белые. Первая точка вспыхнула так ярко, что я вскрикнул и закрыл глаза локтем. Зрение вернулось рывками и радужными переливами, прожигающими зрачки.