Четверг, 28 декабря 2000 года.
Атташе по культуре Посольства США в России Джон Браун и Роберт Болдридж, «внештатный сотрудник».
— Крайне любопытные сведения. Хорошая работа, Роб. Ваша информация послужит подтверждением имеющихся данных. Но совершенно не похожий на русских подход. Любопытно.
— Холодная война закончилась, сэр.
— Да, это так. Но русские остались всё те же. Всего лишь другая крайность, всего лишь. Они их любят. Что «комми», что эти… «новые русские». И я говорю не в том смысле, который вкладывают в эти слова здесь, в «новой» России. Их паранойя по отношению к нам никуда не делась. Вы скоро это сами поймёте. Наша, кстати, тоже. Работу с контактом продолжайте. Проверьте его. Пускай подтвердит свои слова чем-то более весомым. И свяжитесь с парнями из научно-технического директората. Полагаю, их участие и помощь будет весьма востребованы..
Глава 10
Новое качество жизни
Четверг, 28 декабря 2000 года.
Модная новинка называлась Creative Nomad Jukebox. Виталий с удовольствием вертел её в руках, продлевая вчерашнюю техногиковую радость. Замкнутая наушниками голова стала прекрасным узилищем — вселенная «Кислорода» и «Космической Оперы» французских волшебников звука, обрамленная композициями популярной в узких кругах группы с берегов залива Петра Великого и подобной нетленкой из личного списка, привычно настраивали Галанова на возвышенно-рабочий ритм. Сформировавшаяся за пару последних лет привычка воспринимать играющий Winamp и наушники/колонки как неизменный атрибут осмысленной и комфортной деятельности настоятельно требовала выхода на новый уровень захвата времени и территории в человеческом тепле. Существовавшие CD-плееры, однако, совершенно не впечатляли своим ограничением в один диск. Поэтому швыряться деньгами и тратить их по делу и на всякую фигню Галанов начал с этой мелочи. Скромность и непритязательность привыкшего к финансовым ограничениям и экономии молодого кандидата наук дали первую слабину. Маленький монстр с 6 гигабайтным винтом и стоимостью средней персоналки, внешне похожий на своих дешевых компакт-дисковых собратьев, завладел вниманием неизбалованного, но продвинутого меломана. Загрузка по медленному USB первой версии, ещё не прокачанному, как в более поздние годы, была весьма утомительна и несколько портила радость фаната электронной музыки. Галанов, тем не менее, выкрутился из положения, поставив закачку своей обширной коллекции с компьютера на ночь — забава века цифр жадно впитывала поток мегабайтов рожденной им музыки.
Прошедший день ещё не всемирно известное, но уже вспыхнувшее светило мировой науки, носившее подаренные родителями инициалы В.А.Г., посвятило самому обыкновенному шоппингу. В грех которого впадает большинство людей, стоит только завестись в их карманах жгущим дыры лишним деньгам, рвущимся в большой мир. И тем сильнее, чем больше в нем всегдашних эквивалентов успеха нашей довольно низменной и редко поднимающей к небу взор цивилизации. Даже среди своих лучших представителей. Один из которых, тем не менее, прекрасно умудрялся сочетать в себе мечты о вечном и бесконечном с довольно таки среднестатистическим представлением о «идеале материальной жизни» среди болота всеобщего проклятого быта. Полученные сотни миллионов требовали, нет, просто кричали — потрать нас, жизнь одна!
В одночасье разбогатев, особенно в сравнении со своей прошлой жизнью «от зарплаты до зарплаты», Галанов прочувствовал странную гамму эмоций, сопутствующих этому, в общем то, отрадному для него факту. Двойственность испытываемых им чувств немного пугала — свойственное практически любому человеку удовлетворение и самодовольство от получения значительных денежных сумм смешивалось с непрязнью, местами даже ненавистью, которую «Галанов до» питал к богачам новых лет. Советское воспитание и идеологическая накачка, изрядно сбоившие уже в 70х, и тем более в 80-е, на которые пришлась учёба Виталия в школе, тем не менее иногда чётко били в цель. Одной из жертв (или «жертв»?) стал «Галанов до». От этого противоречия «Галанов после» испытывал определённый дискомфорт. От которого, он впрочем, скоро, даже чрезмерно скоро, излечился. Деньги грязь, но, как с некоторых пор, всем с пелёнок ясно, лечебная. Однако, неприязнь к другим владельцам немалых состояний он сохранил навсегда. Вот такой, выборочный и гибкий этический дуализм, понимаешь…
Морально-волевых качеств Галанова хватило только на то, чтобы не уклоняться от списка, который он сам себе выписал и утвердил позавчера. Впрочем, распечатанный лист формата A4 с заголовком «хочу купить» был заполнен почти полностью.
Днём ранее.
Касса нынче гордо именовалась Предохранительным банком, к месту и не к месту подчеркивая, что основана при Царе Горохе в тысяча восемьсот каком-то там бородатом году и уже больше, чем полтора века облегчавшая, ой, пополнявшая карманы простодушных граждан. Особыми изысками по отношению к клиентам она никогда не отличалась, что называется «дешево и сердито», да и в плане сохранения также была не бог весть что — если уж родное государство захочет ограбить, как 1991-м, то никакой Предохран не спасет. В общем, отнюдь не «Safety Bank of Russian Federation», как бы предохранкассиры не пыжились показать иное — современное, с самой разветвленной филиальной сетью и основанное на традициях, хе-хе. Но тем не менее, прочим коммерческим банкам Виталий доверял еще меньше и 1998-й это продемонстрировал вполне наглядно. Галанов сто раз тогда похвалил самого себя за то, что открыл валютный счет под получение денежек от немцев именно в Предохране, а не в одном из громкоголосых альтернативных финансовых учреждений, в которых пропали средства позарившихся на слегка повышенный процент.
Надпись на бейджике операционистки, затюканной отупляющей работой и «премия-лишабельными» придирками начальства, гласила, что зовут её Ирина Старикова, а выражение лица моментально распознавалось любым, прожившим в СССР/России хотя бы пару-другую лет: «Как всё меня достало, понабежало вас тут, а мне ещё вечером опердень закрывать…»
От внимательно наблюдавшего за ней Галанова не могло укрыться плохо скрытое удивление операционистки, вбившей в строку поиска данные клиента, протянувшего обычную предохранкнижку с номером счета вклада «до востребования» (который фигурировал в приложениях к тому самому соглашению с государством и другими частными лицами, участником которого Виталий недавно стал) и обнаружившей там сумму, очень неподходящую для того, кто скромно выстоял мини-очередь. При этом терпеливо выслушавшего (или волей-неволей? Или просто не заметившего их под влиянием эйфорического предвкушения первого запускания рук в невиданную ранее кучу денег — кто знает?) болтовню трёх говорливых пенсионерок, доведших своими вопросами и занудством до белого каления даже привычную ко многому рядовую служительницу банковского оперзала, оформленного в корпоративном, якобы успокаивающим, а на самом деле вгоняющим в уныние зеленом стиле.
Потеряв мизерный по меркам данной организации час в очереди, и ещё четверть оного в общении с замотанной и злой операционисткой, Виталий с вздохом облегчения, покинул «гостеприимное» отделение Предохранкассы, написав заявление на новую предохранкарту, на которую он собрался перевести часть денег и унося в сумке частичку честно заработанного богатства — миллион рублей, которые взял на первые «карманные расходы». Остальные дела с предохранкассой Галанов отложил на «после нового года» — расходы предстояли нешуточные. 14 миллионов американских рублей, оказывается, большая, но совсем не бесконечная сумма. Это он понял в процессе написания плана «кутим, тратим, покупаем». Потратить намного легче, чем добраться до Луны (ну только пока. Галанов очень на это надеялся). Извечная истина — чем больше у человека денег, тем больше он их расходует. 13 % от суммы дохода придется отдать родному государству как налог. Министерство по начётам и оброку иначе сожрёт и неподавится. Пройдет авторским вознаграждением. Изучение текста закона не позволило особо улучшить самочувствие от факта того, что почти с 2 миллионами долларов из богатства придется расстаться — выяснилось, что особо снизить сумму налога авторскими вычетами не получится. Галанов уже решил, что сумму на налог сразу зарезервирует и оставит на вкладе в предохране на несколько месяцев. К тому времени, когда нужно будет платить налог, на ней набегут красивые в абсолютных величинах цифирки, которые хоть как-то скрасят расставание с бешеными деньгами. Виталий наконец прочувствовал, какая жаба прокладывает курс в жизни у скрывающихся от налогов богатеев. Бедному населению проще расстаться с рублем из десятки, чем миллионеру с сотней тысяч из миллиона.