Жаба зло открыла пасть и сдавила дыхание. Ну уж нет. Такими шансами не бросаются. Шанс. Один из миллиарда. 2 года самостоятельных исследований, с того момента, как догадался провести целую серию измерений параметров кристаллов в инерциальных и неинерциальных системах отсчета, помещенных в сконфигурированное поле. Каким всё вокруг казалось ярким и прекрасным в тот момент, когда проведенные эксперименты позволили отбросить сомнения и списать в утиль предположения о погрешности измерительной аппаратуры.
Раз ступенька, два ступенька, будет лестничный пролет, другой, третий. Полезно для здоровья подняться наверх, преодолев несколько этажей, добираясь до бухгалтерии.
Хитрая комбинация, в которую пришлось вовлечь троюродную сестру, согласившуюся за определенную мзду временно стать «частной предпринимательницей, директором ООО «Радиотехнические измерения». Фирма-однодневка закупила за сумму, примерно равную годовой зарплате Виталия, партию кристаллов, производимых опытным производством института. На эту покупку улетели все сбережения — деньги от продажи немецкому университету авторских прав на программу по расчету моделей кристаллизации из высокотемпературных растворов. Благодаря этому никто в институте не задался вопросом, зачем одному из сотрудников тратить такие деньги на покупку того, что доступно у него на работе? И после, если все сложится, как задумывал, никто не посмеет в соавторы записываться. Научная среда — ещё тот гадюшник. Особенно когда ты всего лишь скромный эм-эн-эс, совсем недавно защитивший кандидатскую.
Виталий зашел в бухгалтерию, в которой трудились или делали вид, что сильно заняты, трое девушек в возрасте «до 30».
— Добрый день! Добровольно-принудительного помощника вызывали? — прессуемое воспитанием раздражение таки прорывается наружу.
— Привет, Виталик! Все мы люди подневольные. Что поделать, надо. Помоги, пожалуйста. Федя куда-то по делам с главбухом уехал. А программа снова вылетает, и, самое плохое, уже готовый расчет окончаловки куда-то пропал. Полтора дня коту под хвост, так обидно! Ни в общем списке, ни в меню удалённых расчётов нет. Ругается по импортному про индексы опять. — отозвалась та из них, в чьём ведении была забастовавшая программа начисления зарплаты. Она ещё минуту тараторила, описывая ситуацию, но в услышанном было мало полезной информации.
— Конечно, посмотрю, что там — Виталий прервал поток оправданных и не очень жалоб на FoxPro-шную поделку. Одну из множества, «сбацанных по-быстрому» конторками по бухгалтерскому софту, которые, однако, за последние годы десятого столетия второго тысячелетия от рождения сказочного героя, худо-бедно автоматизировали пост-советскую бухгалтерию в организациях любого профиля — от бедной школы в провинциальном городишке до богатых гигантов, получавших огромную валютную выручку за продаваемое сырье.
Перебрасываясь текущими новостями с девушками, Виталий начал разбираться с программой. К моменту, когда девушки засобирались на обед, ситуация прояснилась. Ларчик открывался просто. Программа вылетела в тот момент, когда девушка из-за пары ошибок пожелала сформировать расчет заново, скорректировав некоторые данные. Расчет остался помеченным как удаленный, но в список удаленных не был перенесён. Виталий попросил уходящих подкрепиться девушек, купить ему во вполне неплохой столовой института пару пицц. А кофеёк к ним у себя в лаборатории сооружу, когда здесь закончу. Эх, снова мусорной едой буду набивать желудок.
Оставшись один, Виталий подправил помеченную как удаленную запись о «пропавшем» расчете в dbf-файле, содержащим их полный список. Переиндексировал все dbf-файлы и программа заработала как положено. Ну, до следующего раза, обусловленного лишь кривыми ручонками FoxPro-шных кодеров. Лихих ребят, сильно не заморачивающихся полноценным тестированием и нормальным стилем программирования, с проверкой положенных result» ов выполнения критических моментов в программе. После высокомерно ухмыльнулся. Однако демонстрировать свой снобизм было не перед кем. Тем более не было рядом кого-либо, способных оценить, с какой высоты он поглядывает на этих недопрограммистов. Теперь он уже притворно вздохнул — высокое искусство программирования не для масс!
Выбравшись из-за рабочего места, на котором выполнял за штатного аникейщика его работу, Виталий было собрался идти в лабораторию, как что-то в содержимом экрана соседнего компьютера, куда он мельком взглянул периферийным зрением, привлекло к себе. Как и подавляющее большинство бухгалтерш, его владелица полностью игнорировала все правила информационной безопасности. У таких если и стоит скринсейвер, то исключительно для красоты, а не для блокировки доступа. Нет блокировки — и нет, Виталий не собирался в дальнейшем учить жизни хозяйку компьютера, как говорится, девушка сама себе злобная буратина.
Привлёк его внимание не этот прискорбный момент недопонимания важности паролей, блокировок и прочих скучных, но необходимых правил века цифровых технологий. Его драгоценное внимание сфокусировалось на содержимом сформированного и уже отправленного в обслуживающий институт банк (через систему клиент-банк) платёжного поручения. В нижнем поле электронного документа стояла отметка с фамилией. Главбух, разумеется, уже завизировала платежку. Без её одобрения документ не смог бы отправиться в банк.
Вчитавшись еще раз в текст и в сопроводительный комментарий, Виталий, итак раздосадованный выполнением чужой работы, опешил. Быстро перечитал еще пару раз весь текст, желая убедится, что всё верно понял. А перечитав, побагровел от злости.
Втянув воздух, чтобы успокоится от невиданной наглости и простоты, с которой миллионы в карманах некоторых возникают «из ничего», государство беднеет, а некоторые сотрудники получают травмы на рабочем месте. Вот из каких «рабочих моментов» ты, тяп-ляпка, деньги на новенький Nissan Patrol Y61 находишь. Возможно, из подобных «источников» появляются у твоего муженька, алкаша и игромана, огромные наличные, просаживаемые в казино. Конечно, если услышанная месяц назад сплетня верна. Стало окончательно понятным прозвище главбуха, которым пользовались многие сотрудники института в разговорах, большинство без особого второго смысла. Все так говорят. Прилипло и прилипло. Некоторые, похоже, и ранее понимали, что к чему. Скорее всего, понимающие и подвесили тяп-ляпке кличку.
Посидев пару минут, уставившись в монитор, взвесив на весах честности и пофигизма, Виталий снял пару скриншотов с экрана, положив их на один из сетевых ресурсов, доступных с рабочего компьютера в лаборатории. Выбравшись из-за весьма удобного рабочего стола с выемкой бухгалтерши, отвечавшей за систему банк-клиент, Виталий двинулся к полуоткрытой двери из бухгалтерии.
Сделав пару шагов, он вздрогнул. В дверном проёме, практически беззвучно, возникла главбух собственной персоной. Она же Татьяна Юрьевна Люпо.
Мерзкая по своим человеческим качествам и неприятная в личном общении дама. Когда-то эта яркая представительница породы относительно высоковзобравшихся по служебной лестнице, явно выглядела лучше чем сейчас. Бывшее миловидным и, возможно, даже симпатичным, лицо, подвергнувшись влиянию не только бегущих лет, но и неправильного питания, сидячей работы, неурядиц в семье, оплыло. На нём проявилась печать множества интриг, мелких и не очень козней, устроенных ближним в процессе личной карьеры и выдавливания из жизненных шансов материальных благ. Неважно, кого при этом пришлось подставить и где словчить, а где совершить прямое преступление. Каждая удачная махинация увеличивала аппетит, а эго возрастало, прорываясь в практически нескрываемом презрении к большинству окружающих.
— Что Вы здесь делаете? — пожелание здравствования обычно появлялось в лексиконе тяп-ляпки только с вышестоящими по служебной лестнице.
— Здравствуйте. — демонстративно выделил в ответ Виталий.
Не дождавшись ответа, решил все же не обострять. И объяснил — девушки пригласили, у них была проблема с работой программы по начислению зарплаты, Федор Сергеевич отсутствует, поэтому пришлось мне. Выполнять работу, не числящую среди моих обязанностей, указанных в должностной инструкции. — всё же съязвил он.