Звездный Кириан объявлен в розыск...
Дальше следовало довольно подробное описание моей внешности, навыков и привычек и...
Тот, кто живым доставит Звездного Кириана
в храм Богини Яри, получит 5
00 реалов и благосклонность
нашей щедрой покровительницы
.
Что ж, ставки росли. Пять сотен золотых - серьезная сумма, ради которой расстараются многие.
И все же я рискнул остаться в Вальведеране. И Яри, и Сатаниэлю, да и другим охотникам за головами трудно было бы поверить в то, что, вместо логичного бегства на север - под крылышко Смилион, я решусь отсидеться в сердце Карнеолиса. Поэтому при соблюдении определенных мер предосторожности, Вальведеран был самым безопасным местом во всем королевстве.
К тому же очень скоро события начали развиваться так стремительно, что у меня появились все основания надеяться на то, что очень скоро все, включая злопамятную Яри, забудут о моем существовании...
Приняв сторону Смилион, я не сильно прогадал. И хотя Проклятие вернулось, я ни разу не раскаялся в содеянном. А Светлоокая оказалась щедрой дамой. Уже на следующий день навестившая меня Сэнвен принесла тугой кошель, содержимое которого должно было избавить меня от забот о хлебе насущном. Помощь своевременная, так как после всех приготовлений к убийству Калеоприс я оказался на мели.
Кстати, о Калеоприс... В действительности я убил не саму дриаду, а ее двойника, созданного эльфийской магией. Уже через несколько минут после того, как жрецы очистили храм от посторонних, его останки исчезли без следа.
В качестве благодарности за своевременное предупреждение и отказ от преступных замыслов Калеоприс одарила меня тысячью дополнительных пунктов к Здоровью. А Смилион компенсировала потерю навыка Застывшее Мгновение другой не менее полезной способностью.
И это еще не все.
- Отныне ты можешь рассчитывать на помощь всех, кто был и остается мне предан,- заверила меня Светлоокая.
Поэтому в городе у меня появилось немало союзников. Это и весь Эльфийский квартал, готовый приютить меня и поддержать в случае опасности, и с десяток Звездных кланов, покровительницей которых была Богиня Смилион.
Впрочем, я не спешил обращаться к ним за помощью. Не было для этого повода. Да и не хотел я становиться кому-то должным. А потом у самих эльфов появились такие проблемы, что мама не горюй.
Но больше всего меня обрадовала нормализация отношений с Кареокой. Она стала невольной свидетельницей всего, о чем было сказано у Старого Колодца. Смилион решила не выносить сор из избы и взяла с девушки обещание помалкивать о произошедшем. А потом дала нам возможность объясниться.
Я рассказал ей о своих приключениях. Впрочем, кое-что она уже знала. Ведь не так давно мы были не просто случайными спутниками, но и хорошими друзьями. А мой давешний поступок лишь усилил ее ко мне симпатию. Может быть поэтому, а может просто из желания похвастаться, она вспомнила:
- Кстати... В Зачарованном лесу ты рассказывал мне о некоем Ветераторе...
- Надо же,- улыбнулся я.- Запомнила, как его зовут. Не самое распространенное имя.
- Еще бы! У него необычное имя. Я заметила это еще при первом его упоминании. А когда вернулась в Вальведеран, вспомнила и проверила. Оказалось, что я права. Это не просто имя. Это слово на латыни - языке Высшей Магии. Я только-только начинаю его осваивать, поэтому... не все слова мне известны. А это... В общем, мне пришлось провести целое расследование. Я перерыла все архивы и узнала кое-что интересное. У этого слова несколько значений, но самые примечательные - это "пройдоха", "плут", "ловкач"...
- Ему это очень подходит,- пробормотал я, вспомнив "светлый" образ моего недавнего наставника и заказчика.
- А еще... В некоторых случаях это слово переводится как "хитрый лис". Вот.
Хитрый лис?!!
Не может быть...
За минувшую неделю много чего интересного произошло в Вальведеране. Город кипел, да и мне некогда было отсиживаться в Междумирье: дел, - незавершенных раньше и появившихся в эти дни, - был непочатый край. Денег, полученных от Смилион и еще одного доброжелателя, хватало, поэтому у меня не возникало острой необходимости рисковать своей шкурой ради лишней монеты. Но в Вальведеране я появлялся не реже, чем обычно...
Уже стемнело, когда я возвращался в свое новое убежище после встречи со старыми приятелями. Я крался по улицам к портовому кварталу, привычно прижимаясь к стенам, прячась в темноте, стремительно пересекая освещенные участки.
Осилив половину пути, я увидел группу подозрительных людей. Они оставили телегу посреди улицы и устанавливали на перекрестке какой-то щит, прикрытый плотным пологом. Они надежно прикрепили его к столбу-указателю и направились дальше. Преодолев еще метров пятьдесят, они сняли с телеги очередной щит и поставили его у стены дома...
Какого черта?!
Мне стало интересно, что за странная инсталляция происходит под покровом темноты? Почему не днем? И что это за щиты такие?
Я украдкой вышел на перекресток, остановился у столба. Полог был не просто прочным - он туго обтягивал нечто плоское размером два на полтора. И снять его оказалось непросто. Чтобы не терять понапрасну времени, я выпустил Когти, вспорол неподатливое полотно и...
...отшатнулся назад, встретившись взглядом со своим отражением.
Зеркало? Здесь, на перекрестке в Вальведеране?
ЗЕРКАЛО?!
И не одно. Повернув голову, я увидел, что прикрытые до поры до времени зеркала стояли вдоль всей улицы в оба конца.
Мое сердце стянуло тугим обручем в предчувствии приближающейся беды...