Я не стал ограничивать себя в отдыхе, и не очень удивился, когда оказалось, что проспал почти весь день. Не так давно появившиеся на стене старинные часы показывали начало шестого. В Годвигуле наступал вечер.
Надеюсь, за это время не случилось ничего судьбоносного...
И все же я не стал спешить, решил все хорошенько обдумать, прежде чем сделать очередной шаг.
Итак, общий анализ событий.
Отступники вернули к жизни Богоборца Малангира. Событие далеко не рядовое, способное привести к непредсказуемым последствиям. В свое время он знатно потрепал Новых Богов. Однако с тех пор прошло немало времени. И Боги уже были не те, да и сам Малангир - иной. Кто знает, на что он нынче способен? Не думаю, что смерть позитивно сказалась на его способностях. Правда, в его власти находились три из двенадцати частей Лучезарных доспехов, которые могли восполнить то, что отняло время.
Зачем Отступники пробудили своего кумира? Подозреваю, не только лишь для того, чтобы сообщить о глубоком к нему почтении. Сарвансар что-то затевал...
Знать бы еще - что?
Может быть, Пакин-Чак окажется догадливее меня?
Таким образом, у меня появилась первая цель на остаток сегодняшнего дня: посетить старого гоблина и доложить ему о результатах разведки.
А заодно закрыть квест "Из глубины веков" и стать одним из Избранных.
Нужно ли мне это было?
Не знаю. С одной стороной не хотелось бы связывать себя клятвами верности, лишающими возможности для маневров и налагающими определенные обязательства. С другой же, что-то подсказывало мне, что пришла пора примкнуть к какому-нибудь союзу, потому как приближаются смутные времена, когда в одиночку выжить будет очень трудно. Единственное, в чем я не был уверен,- что Избранные - это именно та группа единомышленников, к которой мне стоит примкнуть.
Ладно, я еще подумаю об этом...
Ветератор...
Оказывается, поисками Лучезарных Доспехов для моего работодателя занимался не я один. Правда, с Сарвансаром ему не повезло: Старший Предвестник присвоил три части, что едва не привело к столкновению. И тут еще нужно разобраться, кто кого использовал в своих затейливых играх. Вспоминая встречу этих двух в пещере Последнего Вздоха, я не смог бы с уверенностью сказать, кто вышел бы победителем в "схватке гигантов", если бы они сошлись один на один. Сарвансар был могуч. Но и в Ветераторе чувствовалась сила, однако не достаточная для того, чтобы тягаться с группой Отступников и примкнувшими к ним леверленгами. Он уступил, но, подозреваю, не сдался.
Мне не терпелось задать ему пару вопросов, однако, немного подумав, я пришел к выводу, что лучше избегать всяческих контактов с этим человеком. Теперь, когда тремя реликвиями завладел Малангир, меч Карракша оставался единственным предметом из Лучезарного набора, до которого мой работодатель мог дотянуться. При его возможностях справиться со мной ему не составит особого труда. А мне очень не хотелось расставаться с могущественным артефактом.
Решено: к черту Ветератора!
Дальше. Калеоприс...
Мне, как и прежде, не хотелось убивать последнюю дриаду. С появлением Малангира это могло привести к непредсказуемым последствиям. Однако мой отказ мог разъярить Богиню Яри. А ссориться еще и с ней мне было не с руки. Если это произойдет, жизни мне в Карнеолисе не будет. В противном случае, она обещала помочь с преодолением Проклятия и гарантировала свое покровительство...
Заманчиво... и опасно...
Смилион не оставит намеченное злодеяние безнаказанно.
Хм... Я
еще
подумаю.
У меня было еще три дня, чтобы принять окончательное решение.
Стыдно, но о своих друзьях я вспомнил в последнюю очередь.
Где они? Что с ними?
За пару дней я растерял всех тех, кто мне был дорог: ушли на Возрождение и не вернулись Урсус и Малыш Бо, исчез Коль-Кар, теперь вот и Альгой с Эллис пропали. Я снова попытался выйти на связь, но безрезультатно. Если с ними что-то случилось, я уже никак не мог помочь. Поэтому я оставил сообщение о том, что добрался до Вальведерана, и вернулся к делам насущным.
Как и собирался в самом начале, первым делом я решил навестить Пакин-Чака - благо Приют Избранных находился неподалеку.
Но сперва мне предстояло выбраться из Комнаты Каменной Карты.
С этим повезло. Воровское зрение выделило участок стены, отличавшийся от остальной серой массы легким розоватым свечением, что означало наличие скрытого механизма. Активировав едва заметный выступ, я открыл каменную дверь и оказался в туннеле, уводившем в неизвестность. Дверь тут же встала на свое прежнее место, и я отправился на поиски Приюта.
Довольно забавно ориентироваться по карте, когда видишь собственную метку и пункт назначения, а между ними чернота неизведанной территории. Кажется, что по прямой до цели рукой подать. И стоит об этом подумать, как прямо перед носом вырастает стена, и приходится идти в обход.
Несмотря на кажущуюся близость Приюта Избранных, мне пришлось изрядно поблуждать. Моей радости не было предела, когда я вышел на финишную прямую, вплотную приблизился к метке, но... никакого Приюта я там не обнаружил.
Легкий шок, минутный ступор и обнадеживающее понимание случившегося: я забрел не на тот уровень.
Пришлось возвращаться к развилке, подниматься по вырубленной в камне лестнице, снова удаляться от конечной цели, петлять и надеяться, что на этот раз мне повезет.
Повезло. Я вошел в колонный зал, где меня однажды встречал орк по имени Роршах, правда, с другой стороны. На этот раз в зале никого не было. Я предусмотрительно обошел скрытые в полу панели, приводившие в действие то ли ловушки, то ли сигнальные устройства, миновал арку и снова оказался в обжитой части подземелья.
Мое появление оказалось неожиданным для его обитателей. Я шел по Приюту, сопровождаемый удивленными взглядами...
...Что, не
ожидали
?!
Избранным следовало бы уделить более пристальное внимание мерам безопасности.
Я шел, пока на моем пути не вырос тот самый орк.
- Мне нужно встретиться с Пакин-Чаком,- начал я без предисловий.
Роршах кивнул, рыкнул:
- Жди здесь,- и ушел.
А я осмотрелся. Только сейчас я сообразил, что не давало мне покоя в Лимсе. Пестрое общество - такое же, как и в Приюте Избранных. Что здесь, что там общие цели объединили представителей рас, которые в иных условиях враждовали. Доведись мне повстречать группку Звездных, в которую входили хуманс, орк и оборотень - это было бы нормально. Но смертные этих рас на дух не переносили друг друга. В обычной жизни. А в Приюте, да и в Лимсе, они мирно уживались, дружили и занимались общим делом.
- Ты добрался до Вальведерана гораздо раньше, чем я мог надеяться,- услышал я за своей спиной, обернулся и увидел Пакин-Чака.
- Я тоже... У меня дурные новости...- сказал я и хотел было продолжить. Но старый гоблин меня остановил:
- Не здесь.
Он развернулся, и мы направились в его жилище.
Пакин-Чак предложил мне присесть, но я отказался.
- Рассказывай!
- Отступники вернули к жизни Малангира.
Это, в общем-то, все, что я мог сказать по данному поводу.
Уши гоблина вздрогнули, глазки превратились в щелочки, недоверчиво уставились на меня. Я выдержал его пристальный взгляд, а он, заложив лапы за спину, задумчиво прошелся по комнате.
- Так вот, значит, что это был за всплеск магической активности,- пробормотал он.- Плохие новости.
- Я же предупреждал,- пожал я плечами.
Он сделал круг, пошел на новый:
- Как им это удалось?
- Они использовали сердце Защитника... и еще три части Лучезарных Доспехов...
- Да, этого вполне достаточно для ритуала,- снова пробормотал гоблин и поник так, словно в одно мгновение постарел на сотню лет.- Мне необходимы подробности.