Теперь оставалось только ждать появления Калеоприс. Я снял опостылевшую маску и, прислонившись к опоре спиной, закрыл глаза...
Ждать пришлось долго. Движение началось только вечером, когда солнце зависло низко над крышами домов. Лязгнул замок, распахнулись тяжелые створки и... в храм вошли эльфийские жрецы. Они разбрелись по залу, заглянули в каждую нишу, просканировали пространство на наличие посторонних и опасной магии подручными средствами...
Хорошо, что я не спустился вниз. Иначе они могли бы заметить мой ментальный след.
Веревку, скрытую сумраком, сгустившимся под крышей, они не заметили и покинули храм. Прошло еще какое-то время. И вот сквозь распахнутые створки до меня донесся восторженный рев толпы, знатно повеселившейся на площади Яримира за королевский счет. Так могли приветствовать лишь саму Богиню, коронованную особу, знаменитого героя... или последнюю дриаду.
Наконец, она вошла в храм, и створки дверей позади нее плавно закрылись.
С Калеоприс мы никогда не пересекались, но я видел ее изображения в Энциклопедии Годвигула. В жизни же она была еще прекраснее. Не знаю, сколько тысяч лет ей было на самом деле, однако выглядела она не больше сорока. Но даже в этом возрасте она была хороша собой и желанна. Правильные черты лица, гибкий стан, гладкая кожа. У нее были изумрудно-зеленые волосы, а одежда состояла из платья, словно бы сотканного из воздушных корешков и листьев. Она грациозно плыла по залу, направляясь к статуе Богини, и там, где она ступала, появлялись цветы - пестрые и живые. Появлялись, а потом исчезали, оставляя искрящуюся дорожку.
Я разогнал остатки сонливости и внимательно наблюдал из своего укрытия за дриадой. Она же, добравшись до места, окинула взглядом статую, величественно поклонилась, сложила руки на груди и принялась что-то шептать. Каждая ее фраза заканчивалась волной радужной энергии, окатывавшей подножие статуи, которая потом окутывала мраморное изваяние и плотным кольцом поднималась вверх, словно омывая скульптуру.
Теперь, когда Калеоприс полностью сконцентрировалась на освящении, можно было покинуть свое укрытие. Прежде чем это сделать, я сорвал печать со свитка Ментального очищения. Мое тело окутала тонкая прозрачная аура. Теперь никакая магия не позволит встать на мой след. Я мягко прошелся по балке, тихо спустил веревку вниз, взялся за нее и бесшумно скользнул к полу.
Первым делом я добрался до дверей, расстелил на входе свиток с ловушкой и сорвал печать. Пергамент растворился, а вместо него появились и тут же исчезли впитавшиеся в каменный пол магические знаки.
После чего я достал меч и направился к месту проведения ритуала.
Дриада была слишком занята делом, а я, не сводя с нее взгляда, крался к ней со спины, держа наготове оружие. Она так и не почувствовала опасности, когда я оказался всего лишь в шаге от нее.
Медлить было нельзя. Еще немного, и ритуал завершится появлением Богини Смилион. И тогда мне несдобровать. Я поднял меч, направив острие в спину Калеоприс. Но нанести удар оказалось непросто. Передо мной стояла ПОСЛЕДНЯЯ дриада, единственная в своем роде, милая, безобидная, ничего не подозревающая. И я чувствовал себя жалким негодяем, решившим оборвать ее тысячелетнее существование одним ударом меча. Если бы она мне угрожала, если бы у меня не было другого выбора... А вот так, подло, в спину...
Калеоприс внезапно замолчала, словно что-то почувствовала и начала медленно оборачиваться.
И тогда я пронзил мечом ее тело, так как понял: стоит мне взглянуть в ее прекрасные глаза - и я утрачу последние остатки решительности.
Тело дриады выгнулось дугой, руки опустились вниз, она застонала...
Я рванул на себя меч, обагренный зеленоватой кровью Калеоприс. И тут же ее ноги подкосились, она повалилась на пол. Я заметил, как увядает на глазах листва ее наряда, почувствовал, как задрожал под моими ногами пол, задребезжало витражное стекло...
Убийство в храме считалось ужасным святотатством. Тем более - убийство древнего Божества.
Распахнулись створки дверей, и в храм ворвались жрецы. Следом за ними пожаловали вооруженные люди и эльфы. На груди некоторых из них я мельком заметил эмблемы Пролесков. В этот знаменательный день клану выпала несказанная честь сопровождать и оберегать дриаду. И они успешно провалили возложенную на них миссию.
А я обзавелся новыми могущественными врагами.
Они ворвались и замерли, увидав страшную картину: лежащая на полу и истекающая кровью дриада и стоящий над ней убийца. Только невероятность произошедшего лишила их возможности расправиться со мной без промедления. Они все еще не могли поверить своим глазам, когда я выхватил склянку с гремучей смесью и швырнул ее в ближайшее окно.
Страшный взрыв, прогремевший в помещении, разметал на тысячи ярких осколков красочный витраж, а я бросился к пустому оконному проему. Мне вдогонку полетел огненный шар, а потом послышался треск сработавшей ловушки.
Я не стал оборачиваться, чтобы взглянуть на результат. Достаточно было того, что разворотивший мое плечо файербол был единственной попыткой меня остановить. Вскочив на подоконник, я выпрыгнул наружу и едва не сшиб с ног застывшую под окном девушку-друида. Она отреагировала мгновенно: ее пальцы заискрились магией, но применить ее она не успела.
- Это ты?!- удивилась она.
Я тоже ее узнал. Кареока. Та самая Кареока, с которой мы прикончили королеву Пауков, которую я спас от банды людоедов. Которая прямо у меня из-под носа увела браслет Богини Яри - одну из частей Лучезарных доспехов. На ее груди красовалась эмблема Пролесков, а значит, она добилась того, чего хотела.
А еще я понял, что забыл надеть маску. Моя недавняя спутница узнала меня, а значит, все мои старания остаться инкогнито оказались бессмысленны.
Она посмотрела на меч в моей руке, с которого все еще капала зеленая кровь. Бросив взгляд через мое плечо, увидела неподвижное тело дриады. Выражение ее лица изменилось. Если в самом начале это было удивление со следами радости от встречи старого знакомого, то теперь на меня смотрели глаза, излучавшие тревогу, растерянность и, кажется... ненависть.
А ведь еще совсем недавно мы были друзьями...
Я мог бы пронзить ее катаной. Девушка не ожидала удара, и он мог оказаться критическим. Но что толку? Она была Звездной, а значит, рано или поздно вернется в этот мир и расскажет всем о том, кто убил Калеоприс. Но она стояла на моем пути и уже готова была пустить в ход свою магию.
Я оказался проворнее. Прежде чем она пришла в себя, я бросил ей под ноги Шутиху. Кареока на мгновение ослепла от яркой вспышки. Этого оказалось достаточно, чтобы обогнуть ее и скрыться в роще.
Первым делом я принял зелье Быстрого Исцеления, так как полученная рана отнимала много сил и подкашивала и без того просевшее Здоровье. Потом переулками покинул место преступления.
Еще вчера, перед тем, как вернуться в таверну, я основательно изучил пути отступления. Поэтому сейчас мне не составило труда оторваться от преследования и запутать следы. Быстро сгущавшиеся сумерки были мне в помощь. Далеко позади остался шум возникшего на площади переполоха. Я натянул маску, убрал меч, перешел на шаг, и теперь почти не вызывал подозрений у редких прохожих, появлявшихся на моем пути. Впрочем, я старался избегать любых встреч, поэтому, заслышав приближающиеся шаги, успевал спрятаться в переулке или за каким-нибудь естественным укрытием, дав возможность ничего не подозревавшим горожанам пройти мимо.
Встретимся у
Старого
Колодца
Анонимное сообщение появилось и, как только я его прочел, вспыхнуло огнем и исчезло.
Не трудно было догадаться, кто был его отправителем. Яри перестраховывалась, не оставляя даже таких незначительных следов своей со мной связи, как переписка.