Благодаря действию гидрокодона мне становилось все сложнее воспринимать его слова, к тому же общее состояние усугубилось, когда он проигнорировал мой «подкат».
После недолгих раздумий, я наконец-то подобрала подходящий ответ.
- Я не думала, что ты меня преследуешь. Не представляю, зачем тебе тратить время подобным образом.
- Это не правда.
- Концентрация твоего внимания хуже, чем у ребенка.
Его взгляд посветлел, стоило ему улыбнуться.
- Как тебя зовут?
- Ты знаешь, как.
- Не рабочее имя, Джейкобс. А настоящее.
Я засомневалась. На работе мы всегда называли друг друга по фамилии, чтобы соблюдать профессиональную этику. Мне иногда придется работать с этим парнем. Даже если авария и изменила некоторые вещи, все равно было сложно поверить, что я могу доверять ему настолько, чтобы назвать имя.
Возможно, все дело в том, что за сегодняшний день, я уже несколько раз ловила себя на мысли об одиночестве, а может, тому вовсе нет логичного объяснения, но я решилась назвать себя флиртующему парамедику с неокольцованными сексуальными руками. – Эйвери.
Он посмотрел на меня с сомнением.
- Эйвери.
Я кивнула, засомневавшись, что под действием лекарства правильно назвала свое имя.
- Эйвери? – Снова повторил он в недоумении.
- Да, а что? Что-то не так?
Он ткнул себя в грудь.
- Джош Эйвери.
- О! – Выдала, наконец, разобравшись, в чем дело. – Возможно, мы родственники. – Я гордилась, что вопреки нынешнему состоянию не утратила чувство юмора.
Один уголок его губ пополз вверх, и на левой щеке появилась ямочка.
- Надеюсь, что нет. – Его мысли определенно не были невинными, в то время, как взгляд буравил мое лицо.
Он потянулся через стол, протянув руку. Мои пальцы слегка коснулась его ладони, и он удержал меня, когда я попыталась вырвать свою руку.
Даже до того, как узнать его имя, мне было известно, что Джош являлся новым напарником Куинна Чиприани, очаровательным, распутным парамедиком, который появился из ниоткуда и соблазнил всех медсестер скорой помощи в возрасте до тридцати пяти лет. Но, даже зная все это, мне польстили его слова.
Джош вобрал в себя все черты современного, привлекательного мужчины: квадратный подбородок, сильная челюсть, голливудская улыбка, длинные ресницы и «я-бы-мог-в-тебя-влюбится» взгляд. От него всегда пахло кондиционером для белья и недорогим, но приятным одеколоном, даже во время девятичасовой смены – не то, чтобы я замечала.
И вот он сидел напротив меня и выглядел все так же привлекательно в поношенной футболке и не соответствующих спортивных шортах. Его глаза сверкали каким-то новым блеском, но к сожалению, я множество раз наблюдала, как он пользовался своим небезызвестным, великолепным очарованием. Он кивнул Коко, когда та проходила мимо, после чего вернул все свое внимание ко мне; у него были самые красивые глаза, которые я видела. Мужчина наслаждался, наблюдая за моим ерзаньем, продолжая бесстыдно флиртовать, хотя видок у меня был, мягко говоря, не очень, о чем нам обоим прекрасно известно. Я старалась придать лицу нейтральное выражение. Мне стало бы слишком неловко признаваться Деб, если я вдруг начну хихикать, как десятки новых медсестер, которых он успел покорить.
- Не опоздай, Джош.
- Ты сегодня работаешь? Может, забегу к тебе.
Я отрицательно покачала головой.
- Не сегодня, но уверена, мы еще не раз пересечемся.
Когда он взял пакет в руку, тот зашуршал. После чего мужчина встал и улыбнулся.
- Пересечемся? Я больше склонялся к ужину и кино. Хотя нет, кино вряд ли подойдет. Там нельзя разговаривать.
- Ненавижу, когда люди болтают во время сеанса.
- Я тоже, - огласился он. – Готов поспорить, между нами есть еще много общего.
- Звучит весьма неплохо.
- Правда? – Он снова сверкнул своей ямочкой и прошел мимо. Дверь звякнула, и он, дойдя до светофора, повернул за угол. Я уже изо всех сил прижималась лбом к окну, но все равно продолжала следить, хотя он давно скрылся из виду.
- Жареный рис с курицей и соевым соусом с низким содержанием натрия, - озвучила Коко, поставив передо мной белый пакет с красным кружком.
Я завернула край пакета и удерживала его закрытым, не переставая улыбаться.
- Похоже, что твой плохой день не так уж и плох, - пропищала Коко.
Я закусила губу, почувствовав раздражение от того, насколько счастливой меня сделали последние пять минут.
- Джош Эйвери, - проворковала Коко. – Я бы позволила ему померить мне температуру, если ты понимаешь, о чем я. – Я приподняла бровь, но она продолжила. – Он живет в трех кварталах дальше по улице. Странно, что раньше вы с ним не сталкивались.
- Откуда ты знаешь, где он живет? – Спросила я, все еще глядя в окно и игнорируя ее бестактный комментарий. Не мне ее судить. Я видела, как бесчисленное количество женщин растекались лужицей в его присутствии.
- У нас есть служба доставки, Эйвери. Помнишь? – Вздохнула она. – Он милый. Напоминает принца из «Русалочки», с такими же темными волосами и светлыми глазами. Но знаешь, более мощного. Ох, если ты выйдешь за него замуж, то станешь Эйвери Эйвери. - Она захихикала и потянула за упругую кудряшку. Та подскочила и вернулась на место.
- Замуж за него, - пробурчала я. – Какой бред. – Я встала и прижала сумку к животу. По лицу растянулась широкая улыбка, и вопреки боли и мукам от полета в «Приусе», словно монетки в пустоте, приятное чувство сохранилось на весь день.
Глава 2
Джош
Сжимая в кулаке бумажный пакет и перебегая улицу, умудрился забрызгать мыски кроссовок. До начала смены осталось совсем немного времени, но прошлой ночью мне так и не удалось сомкнуть глаз, и сейчас я бы отдал что угодно ради нескольких минут сна.
Живот протестующе заурчал из-за пропущенного завтрака. Я предпочел провести утро в тренажерном зале на Двадцать седьмой улице, вместо того, чтобы позволить воображению сойти с ума от картинок валявшейся на месте аварии Эйвери.
Перескакивая через одну ступеньку, я поднялся до второго этажа своего дома, наслаждаясь приятным жжением в икроножных мышцах.
Едва в замке повернулся ключ, а дверь приоткрылась, как мне на ногу, требуя внимания, начал запрыгивать Дэкс, тощее подобие щенка.
Две недели назад я забрал его с шоссе, прежде чем от него осталось бы мокрое место. И раз я игнорировал тот факт, что он обожал помочиться на кухонный пол больше напившегося на вечеринке студента, можно смело заявлять, мы стали верными друзьями.
- Хочешь немного «Ло Мейн», малыш? – Бросив пакет на стойку, я отправился рыться в шкафу в поисках двух бумажных тарелок.
Засунув руку в шуршащий пакет, вытащил оттуда один единственный контейнер с едой. Разделив на две равные части, поставил одну тарелку на пол.
Дэкс, не теряя времени, сунул туда свой нос, раскидывая еду по выцветшему линолеуму.
- Пожалуйста, - направился в гостиную я и, сев на старый диван, громко застонал.
После чего пультом включил телевизор, в надежде избавиться от охватившего меня беспокойства, заполнив комнату отвлекающим шумом.
Изо дня в день я становился свидетелем ужасных вещей: распадавшихся семей, окончания жизни. Если не умеешь справляться с подобными вещами, то на нашей работе делать нечего. Мне удавалось притворяться, что потери и страдания совершенно меня не трогали. С течением времени так оно и произошло. Мое сердце очерствело настолько, что теперь с легкостью могло лгать себе самому и утверждать «мне все равно» - я даже почти поверил в это. Почти.
Я развернул пакет из «ДжейВока» и вытащил коробочку, позволив себе отстраниться от всего происходящего. Люди на экране слились в пятна, а их голоса ушли на второй план.
Проглотив большую порцию еды, я задумался об Эйвери и ее кривой ухмылке. Она совершенно не подходила под описание моего типа женщин, то есть на ее лице не было и намека на косметику, да и одежду не нужно было обливать детским маслом, чтобы заставить раздеться.