В этот момент я отбросила Водяного и видения о будушем. Я забыла все. Я знала только, что Казу нужна моя помощь, и я буду рядом, что бы ни случилось.
— Ты никогда таким не станешь, — сказала я. — Ты никогда не перестанешь заботиться, ведь ты именно такой. Мы не всегда похожи на родителей, Каз. Мы меняемся от своих выборов. Когда ты пошел со мной в лес Ваэрг, я этого не хотела, и ты знал это. Но ты все равно пошел, потому что хороший человек. Твоим выбором стал риск ради другого человека. Ты когда-нибудь слышал, чтобы принц или король делал такое? Я не слышала, хотя отец рассказывал мне много разных историй. Ты станешь хорошим королем. Ты вернешься от Борганов, будешь жить счастливо, у тебя будут милые дети, — я замолчала, потому что горло сдавили эмоции.
Он склонился вперед и поймал меня за руку.
— А мы всегда будем друзьями.
Я сглотнула слезы, что столкнулись с моей стеной.
— Мы будем друзьями навеки.
— Я помешала? — спросила Саша. Она опустила на землю ведро воды и вскинула брови.
Я отпустила руку Каза и вытерла ладони о штаны, прочищая горло.
— Я пригляжу за огнем, чтобы мы могли вскипятить воду.
Саша криво улыбнулась мне, когда я поднялась на ноги.
— Я ничего не пропустила? — прошептала она.
Я покачала головой, но она приблизилась и схватила меня за руку холодными пальцами.
— Что-то случилось между вами?
Я вырвалась.
— Это не твое дело, но нет. Мы просто друзья.
Она сузила глаза. Эти глубокие синие глаза дразнили меня. Она ничего не упускала.
— Что-то случилось, когда на нас напал Водяной. Он показывал тебе видение?
Я вздохнула. Я так хотела сохранить это в тайне, но часть меня хотела это рассказать, хотела освободиться. И пока Каз кормил Гвена и Анту, я тихо рассказала ей о видении, что мне показали. Я рассказала ей, что так и состарюсь, прислуживая Казу во дворце, пока он будет счастливо жить со своей женой.
Губы Саши стали тонкой линией, она потрясла рыжими волосами.
— Это не будущее, Мей. Ты ведь тоже это понимаешь? Монстр показывал твой худший страх.
— Он сказал, что я стану такой. Это было таким реальным, Саша. Ты там не…
— Я знаю, но… Нельзя этому верить, Мей. Водяной — обманщик. Он обманывает людей. Он ослабляет их и ломает.
— Если бы он хотел ослабить меня, тогда дал бы мне это сделать, — я содрогнулась. — Когда я пришла в себя, в моей руке был острый камень.
Саша втянула воздух сквозь зубы и закрыла глаза, чтобы успокоиться.
— Прости, — сказала я, помня, что монстр убил ее мать. — Я не должна была это говорить.
— Нет, — сказала она, открывая глаза. Она положила ладонь на мое плечо. — Я рада, что ты рассказала мне. Но ты должна забыть все это. Монстр обманул тебя, заставил думать, что эти видения — правда, потому что из-за этого они станут правдой. Борись с ним. Я не знаю, почему он не убил тебя. Думаю, у него еще есть дела, связанные с нами, — она поежилась. — Не позволяй ему выиграть, став человеком, которого он тебе показал. Только это мы можем делать в жизни — сражаться с теми, кто хочет утащить нас вниз.
Мы сварили листья брикен и дали раствору остынуть, а потом нанесли его на волосы Каза.
Касаться его головы было так странно, слишком близко. Я переступила через это, впиваясь ногтями в его волосы, заставляя его ругать меня за грубость. Саша понимающе посмотрела на меня. Она всегда знала, что я делаю и зачем. И потому я не понимала, почему этого не видит Каз. Может, потому что он смотрел на меня не так.
С комком в горле я отмывала руки в чистой воде и рассказывала Казу, что краска должна высохнуть. Позже мы вымоем его волосы и вотрем в зубы сок ягоды. Но сейчас нужно было поесть и отдохнуть перед дорогой к лагерю Борганов. Я думала об опасностях, с которыми мы там столкнемся, и искала хворост.
Мы были в той части леса, где все было покрыто густой зеленой травой и экзотическими цветами. Розовые цветы даже были размером с мою ладонь. Когда я пробежалась кончиками пальцев по лепесткам, палец заскрипел на блестящей поверхности. Лепестки были плотнее, чем ткань. Разноцветные бабочки садились на открытые лица цветов, а гудящие пчелы лениво парили в воздухе. Здесь сладко пахло, словно смешали мед и розы. Я понимала, почему Борганы разбили лагерь здесь. Казалось, что эта часть леса находится на деревьях или на стеблях растений.
Позже мы вымыли волосы Каза, и теперь он был на себя не похож. Серые глаза казались темнее из-за грязно-коричневых волос. И теперь я не вспоминала видения, глядя на него.
Саша повернулась ко мне, когда мы смогли остаться наедине.
— Это твой последний шанс, Мей. Ты можешь пройти в лагерь, сообщив, кто ты. Аллертон отпустит Эллен, обменяв ее на тебя, а потом он научит тебя использовать мастерство. Так будет проще всего.
— А потом Каз проберется ко мне, и кто-нибудь его убьет. Или, если он выживет, то ему придется жениться на мне из-за мастерства.
— А разве ты не этого хочешь? — спросила она.
— Не таким путем, — сказала я. — Я не хочу так. У него есть выбор, и я — не этот выбор.
— А разве есть? Он ведь не знает правду. Он не знает, кто ты. Может, узнав правду, он посмотрит на тебя по-другому.
— Мы были одни в лесу больше недели, — фыркнула я. — Откуда взяться чувствам, если они так и не возникли? Нет, я лишь друг, ничего более. Он меня не полюбит, вот и все.
Саша нахмурилась.
— А ты упрямая. Ладно, если таков твой ответ, то я умываю руки. Я пыталась тебе помочь, но ты этого не приняла. А теперь нам нужно идти. Нам нужно добраться туда сразу после заката, чтобы в темноте никто не узнал Каза, но не так поздно, чтобы не вызывать подозрений.
Мы не ответили. Мы просто собрали вещи и отправились в путь. Саша ехала на Гвен вместе с Казом. Мне нужно было принять важное решение, пока мы ехали к лагерю, и я не знала, что делать.
Глава девятнадцатая: Проникновение и обман
Лунный свет выдал лагерь Борганов. Сначала я заметила деревянную стену, вершина была покрыта зубьями. Из-за этого я поежилась. Борганы не хотели, чтобы кто-то взобрался на стену.
Пока мы приближались, я разглядела лишь ворота и пару маленьких окон в стене. В этих окнах горели огни. Факелы, видимо, держала стража. Мы остановились, пока нас не заметили, и спешились. Мы запланировали это раньше, чтобы показаться правдоподобнее. Я сняла с Анты поводья и седло и спрятала их в деревьях среди листьев. Каз сделал то же и с вещами Гвен. Затем я обхватила руками морду Анты, прижавшись к нему лбом.
— Будь осторожен, — прошептала я. — Не уходи далеко. Я не хочу снова тебя искать.
Анта фыркнул в ответ.
Когда я его отпустила, Анта ушел в деревья, уводя за собой Гвен. В глазах Каза блестели слезы. Он отвел взгляд и вытер их рукавом туники.
— Помните ваши имена? — спросила Саша.
— Мим, — сказала я.
— Олеф, — отозвался Каз.
— Ваша история?
— Мы — попрошайки из Фордренкана. Мы сбежали от хозяина, заблудились в лесу, — повторила я.
— Хорошо, — сказала Саша, коротко кивнув. — Помните, отвечайте на вопросы неуверенно. Не общайтесь ни с кем. Вы — травмированные дети.
Она разглядывала нас. Не удовлетворившись, она взлохматила Казу волосы, намазала на его щеки больше грязи, а потом закатала его штаны почти до колен.
— Вот, — сказала она. — Теперь и не скажешь, что ты — принц.
Каз усмехнулся, но под всей этой маскировкой я видела, как он бледен и испуган. Как и все мы. Я боялась и из-за кинжала в моем ботинке. Я никому не сказала про это. Если кто-нибудь его найдет, все провалится. Но я не могла пойти туда без защиты. Я не могла встретиться лицом к лицу с убийцами отца без оружия.
Мы вернулись по своим следам на дорогу и отправились к лагерю. Факелы ярко горели у окон, словно маяки, что манили нас. Пока я не вошла в лес Ваэрг, я и не думала, что в лесу могут жить люди. Теперь я знала, что он был домом для многих, были дажи народы, Скитальцы, а то и совсем другие виды. Теперь я знала, что скрывается в тенях. Я знала секреты леса. В лесу таилась не только магия, но и люди, и это было хуже всего.