Ализэль же, в этот раз не смолчала, а решила разъяснить 'политику партии и правительства', ибо понимала, что игры играми, но от мужа можно и по ушам получить. Да, да, по этим самым длинным, наглым ушкам. Поэтому, немного подразнив мужа, она решила спустить ему пар, а заодно и подбросить дров в его черепную коробку, в надежде, что нестандартное и непривычное мышление человека из другого мира сможет найти решение застарелой задачи. Ну, или хотя бы найдет зацепку.
— Ты хочешь сделать меня вдовой? — Удивленно спросила Ализэль с какими‑то наиграно плаксивыми нотками в голосе.
— А ты думаешь так, меня никто не узнает? — С усмешкой поинтересовался муж.
— Во — первых, хоть какая‑то маскировка лучше ее отсутствия. Поверь, пусть эти бородатые пеньки и ржут, глядя на тебя, но даже среди них не все знали о том, что таких эльфов не бывает. Несколько комков шерсти были в курсе, вот и порадовали своих соратников. А ведь они весьма и весьма образованы. Много повидали. Больше двадцати лет в походах. Да и дома у дварфов не принято неучами расти. Во — вторых, даже если кто и поймет, что здесь что‑то не так, то какова будет его мысль?
— Еду я?
— Ты себя любишь и это хорошо. Но с какой стати все в округе должны только о тебе думать?
— Ну…
— Они знают, что зеленые орки примерно такого же роста, что и солнечные эльфы. Да, ты немного меня выше. Но это не суть. Мало ли я доходяга, а ты особенно отожравший образец их рода? Это, как раз будет нормально. Вот о нем они и подумают. Тем более, что ты и без того был крепким мужчиной. А за месяц тренировок с помощью магии жизни окреп еще больше, то есть, вполне похож на стройного орка.
— Хорошо. Подумали случайные прохожие о том, что я орк. И что с того? Ведь очень странно его увидеть в компании солнечной эльфийки и в таких доспехах.
— Вот пусть и поломают голову, придумывая оправдания.
— А что плохого в том, что я поеду как есть?
— Ты полагаешь, что я одна о пророчестве знаю? — Усмехнулась Ализэль. — Чем позже на тебя начнется охота, тем лучше. А еще лучше — чтобы никто не знал, где ты на самом деле находишься.
— На меня? — Удивился Виктор. — Почему только на меня?
— На нас, конечно же. Но на мое место может стать другая. Еще есть как минимум девять верховных жриц Аматерона. А вот ты — один. И тебя некому заменить.
— Но ведь дварфы в курсе, кто скрывается под этими доспехами.
— Я попросила, меня услышали. Не сразу, но несколько золотых прочистили им уши. Перекупить их, конечно, можно. Теоретически. Но для этого еще нужно узнать, что оно того стоит. Кроме того, по прибытию в столицу я пообещала им еще десять золотых за молчание. И поверь, даже если кто предложит хорошую цену, то придут ко мне и начнут торговаться. Да, своей выгоды не упустят, но… если есть возможность не предавать, они ей воспользуются. Характер такой.
— Но ведь все равно проболтаются.
— Конечно. Но я и договаривалась только о том, чтобы на переходе помалкивали. А потом — их дело. Для нас будет достаточно того, что на подходе к столице нас не будет ждать засада.
— Ну… не знаю. Мы ведь в городе жили открыто. А значит, вся округа знает о моем появлении. Подозреваю, что и о нашей свадьбе. Уж больно хитрые были глаза у дварфов в банке.
— Знать‑то знает, только не догадывается, куда мы двигаемся.
— А это разве не очевидно? Отряд‑то идет в Белую скалу.
— Это очевидно для тебя, потому что ты прямой как сосновое бревно.
— Хм… — с легким раздражением принял комплимент Виктор.
— Не злись. Но ни один эльф так не подумает. Как и тот, кто пытается понять эльфа. Ты — великая ценность для всех солнечных эльфов. И ты в опасности. Где самое надежное и спокойное место для нас? Правильно — у себя в городах. Туда если и можно сунуться, то только с целой армией. Вот. А на полпути к столице есть развилка, которая уводит узкую, древнюю дорогу от тракта в сторону Савердиана — одного из городов солнечных эльфов. Это самый очевидный путь нашего назначения. Но никак не столица. А отряд… так, для отвода глаз. Тем более что если кто вчитается в наш договор, то он не подразумевает цели перехода. Мы в любой момент сможем отделиться от дварфов и уйти своей дорогой.
— Значит, ты считаешь, что нас станут ждать на дороге, ведущей в… эм… Савердиана?
— Да. Глухие места для таких дел намного лучше оживленного тракта.
— Допустим. Но что помешает нашим врагам попытаться ликвидировать в столице?
— Им лишний шум не нужен. Максимум — спровоцировать дуэль. Но это маловероятно. Скорее всего, в Белой скале нам ничего не угрожает. А вот за его пределами, на тракте, там да. Будут ждать… хм… грабители. Много хорошо подготовленных и дисциплинированных грабителей.
— И кто же такой щедрый? В смысле — кто наш враг? По — моему, играть в жертву не очень правильно. Патронов у меня вполне достаточно для одной серьезной вылазки. Тебе известно, кто заказчик?
— Если бы это было известно, то его или ее голова была самой желанной добычей в нашем мире. Поверь — у нас есть, что предложить взамен. Золота если и меньше, чем у дварфов, то не сильно. Что‑что, а копить мы умеем.
— Погоди‑ка. Но ведь кто‑то же на вас нападал.
— Исполнители. Не более того. Практически весь зверинец Хаоса и Тьмы, под руководством темных эльфов. Правда, скорее всего, их тоже использовали.
— А как происходит нападение?
— За тысячи лет ничего не изменилось, — пожала плечами эльфийка, а потом, видимо спохватившись, начала повествовать. — Перед самым нападением ничто не предвещает беды. Вокруг тихо и спокойно. Но незадолго до дня слабости, когда алтарь теряет силу Бога, открывается множество порталов, через которые лезет всякая гадость: орки, наги, гоблины, кобольты, огры, тролли, гноллы и так далее. Чего там только нет. Даже толпы поднятых мертвецов идут. Они стремительно уничтожают все наши форпосты, заставы, небольшие торговые поселения и стремятся замкнуть кольцо осады. Обычно никто не успевает вырваться. А дальше начинается истребление. Когда они подходят к городу, алтарь уже спит…
— Как же ты смогла прорваться?
— Схему вторжения знают все солнечные эльфы наизусть. Поэтому я, как только пришли первые сведения, собрала в кулак из воинов своего народа и атаковала наиболее слабый участок. Кольцо окружения мы прорвали. Но враг как будто чувствовал это и подготовил множество засад. То один, то другой отряд оставался прикрывать наше отступление. Но все бесполезно. Если бы не ты, то я бы осталась лежать там….
— Если бы да кабы, да во рту росли грибы, — пошутил Виктор.
— А?
— Я спрашиваю, почему вы не добрались до тех темных эльфов?
— После нападения они пропадают. Словно исчезают из нашего мира. Даже Великие Дома и те не могут ничего понять.
— Им‑то какое дело?
— Если вскроется их причастность, то целая коалиция выступит против них, дабы уничтожить. Полностью. До последнего ребенка. Да и они сами таких поступков не одобряют. Одно дело подраться, пустить кровь, даже поубивать немного. Но вырезать город за городом. Нет. За ними никто такого еще никогда не замечал. Вот поэтому они каждый раз проводят очень тщательное расследование. Но все тщетно.
— Если это так, то кто‑то их пытается подставить.
— Возможно.
— Кстати, а как вообще узнали, что командиры нападающих темные эльфы?
— Магическая связь. Что‑то вроде радиостанции, о которой ты рассказывал, только между магистрами магии разума….
После этой беседы Виктор очень серьезно призадумался, пытаясь связать в 'картину маслом' все факты и оговорки, замеченные им по этому делу. Местами расспрашивая супругу, местами думая молча. И чем дальше он ломал себе голову, тем печальнее становились его выводы.
Пятнадцать тысяч лет назад завершилась война, которая разрушила практически все очаги цивилизации на планете. Не местный мордобой, а столкновение поистине космических цивилизаций. Причем, чем дальше он думал, тем больше считал, эту планету не метрополией, а одной из многочисленных колоний. По крайней мере, только подобное допущение позволяло объяснить тот факт, что наряду с очагами безумно высокого развития имелись откровенные дикари, во — первых, и не полную зачистку, во — вторых. Ведь городок‑то один пропустили. Значит, били с орбиты и в великой спешке.