— Ты на мне жениться обещал!
— Мало ли чего я на тебе обещал…
Но тут такой номер вряд ли прокатит.
Впрочем, позориться и идти с кислой мордой лица на собственную свадьбу Виктор не считал правильным. Тем более невеста красива, умна, богата, даже в какой‑то мере покладиста. Такую еще поискать. Поэтому собрал свою волю в кулак. Расправил плечи. Втянул живот. Выдвинул челюсть вперед. Вперился бараньим взглядом в ворота. Решительным жестом подтянул к себе невесту. И пошел вперед, напевая про себя мотивы в духе: 'Это есть наш последний и решительный бой…' Бодро поздоровался с дварфами, пожелав им доброго утра и приняв аналогичные ответы. Параллельно отметив небольшие складки кожи возле внешней стороны глаз. Они явно ржали. Тихо так. В бороду. Гады. Но ничего, он им это еще припомнит.
Боковой проход. Спуск по довольно просторной винтовой лестнице метров, наверное, на двадцать вниз. Поворот направо на небольшой площадке. Коридор шагов двадцать. Новый спуск, уже по обычной лестнице. Еще один поворот направо. И вот перед Виктором вырастают довольно массивные ворота из какого‑то необычного дерева, окованные металлом. Он остановился, не решаясь их открыть. Даже ему, не магу, хорошо было заметна какая‑то мистическая сила, идущая от них легким туманом.
Ализэль чуть подтолкнула его в спину. Дескать, не робей. И Виктор, мысленно выругавшись в самом лучше армейском ключе, толкнул створку, дабы они с невестой смогли пройти.
Странное место.
Сразу от ворот ступеньки уходили круто вниз полукругом. Метров на десять не меньше. Но их не видно из‑за густого молочного тумана. Его вообще здесь было много. Очень.
Виктор огляделся.
Вдаль уходил зал метров тридцать длиной и восемь шириной. Ну или около того. Высоту сводов не определить, так как она утопала в молочном тумане. Так, просвет в три — четыре метра виден, а все, что кроме него — скрыто. Вентиляции не чувствовалось, но ощущение было такое, словно ты в свежем лесу, сразу после дождя. Он пригляделся. По левую руку, вдоль стены стояло семь светильников на высокой подставке, в которых горел мягкий, зеленый огонь.
— Зеленый свет символизирует благоприятное расположение Божества. То есть, можно войти, — прокомментировала немой вопрос Ализэль. — Вот, видишь, напротив каждого светильника дверь с барельефом.
Он кивнул и осторожно сделал шаг, нащупывая ногой невидимую ступеньку. Потом еще. Еще. Еще.
— Я слышу знакомые шаги! — Вдруг раздался голос откуда‑то сбоку.
Виктор резко остановился и медленно повернул голову на источник звука. Перед его взором на ступеньках сидел худощавый старик в довольно потрепанной одежде. Хотя нет. Скорее даже просто выцветшей, но все еще крепкой и чистой. А вот его лицо вызвало у Орлова легкий холодок, предательски пробежавший по спине и устремившийся в ноги, делая их ватными. На мгновение. Нет, конечно, он видел людей, которые лишились зрения по той или иной причине. Заросшие глазницы и все такое. Но тут… было такое впечатление, что даже теоретически место для глаз не подразумевалось. Никаких глазниц. Вообще. Сквозь полупрозрачную кожу хорошо и отчетливо можно было увидеть кость. Ну и тонкую паутину сосудов с капиллярами.
— Старый друг! — Вполне радостно поприветствовала это необычное существо Ализэль. — Я рада тебя видеть. — С этими словами она бросила ему золотую монету. Удивительно, но он ее поймал одним быстрым и ловким движением.
— Ты не одна… очень интересно… — тихо произнес он, принюхиваясь к воздуху. — Кто твой спутник? Мне кажется…
— А кто ты, чтобы спрашивать это? — С растущим раздражением перебил его Виктор, стараясь гневом выдавить из себя предательский страх. Хорошо поставленный голос старшего сержанта загудел в этом подземном зале так, словно тот использует как минимум мегафон.
'Видимо какая‑то магия' — пронеслось у него в голове.
Это странное существо вздрогнуло и как‑то съежилось под его окриком. А потом встало на своих кривых ножках и отмахивая какие‑то чудные поклоны залепетало на незнакомом языке. Причем пятясь. Шаге на пятом он просто пыхнул клубами тумана во все стороны, сливаясь с обстановкой.
— Плата принята, — вдруг раздался тихий шепот как будто из ниоткуда. — Проходите.
— Куда теперь?
— Вон туда, — указала изящной ручкой эльфийка на дверь с красивой женщиной на барельефе. — Это святилище Ариэль. Она засвидетельствует наш союз.
Продолжая накачивать себя гневом и злостью, дабы не струхнуть в самый неподходящий момент, Орлов уверенным, почти чеканным шагом направился ко входу в нужное святилище. Энергичным движением открыл дверь и переступил через порог.
Здесь, внутри все было совсем иначе, чем в зале. Пахло какими‑то благовониями явно цветочного происхождения. Молочный туман сюда не проникал. Что открывало вид на полированные красные плиты какого‑то камня, которыми было отделано все: пол, стены, потолок. В глубине же небольшого прямоугольного помещения стояла бронзовая статуя женщины, выполненной с запредельным качеством. Казалось, что вот еще мгновение… и она оживет.
Виктор так и остался стоять истуканом, заворожено смотря на статую. Ализэль же вышла из‑за его спины и мягкой походкой направилась вперед.
— Ну что же ты стоишь? — Шутливо спросила она. — Только что был таким смелым…
Орлов вздрогнул и последовал за ней.
Во всем теле чувствовалось какое‑то опустошение. И чем ближе он подходил, тем сильнее у него подламывались колени.
— Это нормально, — глядя на него усмехнулась спутница. — Ариэль любит преклонение. Не каждый мужчина может устоять возле статуи. — Подбросила девица дров на пылающее самолюбие жениха. Гнев новой волной стал наполнять его тело, очищая разум от пустых и глупых страхов. А шаги становились все уверенней и тверже. Когда же он подошел к статуе почти в упор, встав на одну из заранее отмеченных площадок, в его взгляде уже горел вызов.
Но стоять и тупо лыбиться в мерцающие глаза статуи долго не пришлось. Ализэль достала какой‑то изящный нож и сделала надрезы ему и себе на нескольких пальцах.
— Милый, возьми ее за ладонь, — кивнула эльфийка на ладони статуи Ариэль.
Виктор протянул руку и коснулся идола. Бронза показалась теплой и приятной на ощупь. На вид такая гладкая, но ощущение от прикосновения просто вопило о том, что это все обман зрения, а там кожа… мягкая, нежная, шелковистая. От неожиданности Орлов даже уставился на ладонь, пытаясь понять, что же там не так? Да нет, бронза. Обычная бронза. Странно.
— Назовите свои имена, — донесся приятный женский голос откуда‑то сверху.
— Ализэль… — затянула полное имя эльфийка. Виктор задумчиво вслушивался, медленно поднимая голову. А ведь он никогда даже не интересовался полным именованием своей невесты. Тот еще женишок…
— Хорошо. — Вновь произнес женский голос. — Твое имя принято. Теперь ты.
В этот момент он, наконец, поднял голову и… встретился с внимательным взглядом статуи. Да, да. Она смотрела на него так, словно была живой женщиной. А свет, что раньше едва заметно мерцал у нее в глазах, сменился уверенным и мощным потоком. Словно вместо аварийного освещения включили дневное. Этакие два глаза — прожектора. Хотя нет. От вида этого света он не слеп. Просто фиксировал сам факт буквально сжиженного света у нее в глазах. Очень необычно… и необъяснимо для него.