Взрывы бахнули почти одновременно. Минус четыре. Плюс два раненых противника. Пленники не пострадали. Бегом! Живее!
Метнувшись к раненным врагам, я обнаружил их возле внедорожника, который принадлежал Ворону. Осколки задели спецназовцев и слегка их контузили. Ранения плевые и вот–вот они очухаются. Давать им шанс на выживание нельзя, они враги, пусть даже неосознанно, а по приказу, и я разрядил в них остаток рожка.
«Бизон» плюнул огнем и раненые, получив свое, затихли. Минус пять и шесть. Это только половина врагов. Рядом еще столько же и они пытаются меня окружить. Спецназовцы не до конца осознают, что происходит, и действуют по заученным на полигонах и тренажерах шаблонам. Опасность все еще очень велика и я не должен останавливаться. Главное, движение, а остановка для меня гибель, могут толпой загонять.
Сменив оружие, я взял «пернач», присел и в очередной раз просканировал местность. Потом скользнул навстречу следующему врагу, и обнаружил его прямо перед собой.
— Стой! — закричал он, направляя на меня автомат.
«При таких раскладах не кричать надо, а сразу стрелять», — подумал я и вогнал ему в голову две пули.
Минус семь. Перекатом снова спрятался за машину и в этот момент один из спецназовцев, пользуясь тем, что я отвлекся, смог подойти с тыла. Он был быстрым. Даже очень. Вот только я все‑таки быстрее и выстрелил раньше.
Пули «пернача» с четырех метров легли в грудь противника точно, ни одной мимо. Они отбросили его, но не убили. Спецназовца спас бронежилет, и я снова потянул спусковой крючок.
Щелчок! Магазин опустел. Ничего. Возьму оружие у врага.
Метнувшись к упавшему спецназовцу, выдернул из ножен НР-2 и вонзил клинок ему в глаз. Минус восемь.
Опять сменив оружие, притих. Врагов четверо. Двое в десяти метрах, прячутся за трейлером. Еще двое за внедорожником, в котором мои парни. Если кинуть гранаты, положу всех сразу. Но нельзя. Можно повредить катер и своих парней поранить. Придется подойти ближе, на прямой выстрел.
Сделав пару выстрелов наугад, я скользнул к трейлеру. Осторожно обошел его и выпрыгнул на спецназовцев. Один смотрел в сторону моего предполагаемого появления, и другой возился с тепловизором. Поэтому прикончить их было легко. Длинными очередями из «бизона» свалил обоих и сразу сменил рожок. Минус девять. Минус десять. Осталось два.
Тем временем оставшиеся спецназовцы, покинув укрытие за внедорожником, помчались на помощь к своим товарищам. Открытое пространство между трейлером и машинами они преодолели легко, выскочили на место гибели предыдущей пары и обнаружили только трупы. Я уже был на крыше «камаза» и, решил, что раз все складывается удачно, мне понадобится пленный.
— Чисто! — прошептал первый противник.
— Чисто! — повторил за ним второй.
Они замерли, и я открыл огонь. Идеальные мишени на открытой местности, а меня не видно.
Первого снял выстрелом из пистолета. Пуля пробила кевларовую каску и вонзилась ему в череп. Минус одиннадцать. А на второго я обрушился сверху.
Под весом моего тела противник упал, и я откатился в сторону. Ожидал, что вырубил противника, но это оказалось не так. Он вскочил на ноги и попытался достать пистолет. Однако кобура была пуста, клапан открылся и «пернач» выпал, а «бизон» улетел в темноту при падении. Тогда он выхватил нож и, ловко перекинув его из руки в руку, пошел в атаку. Может быть, боец считал, что сейчас будет «честный» бой на клинках, но он ошибался. Трофейный пистолет по–прежнему был при мне, и я выстрелил ему ногу.
Пуля попала ему в бедро, и он завалился на левое колено. После чего я подскочил к нему и носком ботинка ударил его в переносицу.
Потеряв сознание, он упал. Минус двенадцать. Бой окончен. По крайней мере, временно. Пока не появилась неизвестная женщина со своим сопровождением. Кстати, весьма интересная дамочка. Хотя бы тем, что она раздает приказы спецназу СБУ и снабдила вражеского командира блокиратором. Поэтому к ней будет много вопросов. Как на меня вышли? По какому принципу работает блокиратор? Где его сделали? Кто она такая и на кого работает? Но это потом, и то, при условии, что она приедет. А то ведь может услышать выстрелы и сбежать.
Направившись к своему внедорожнику, я освободил бойцов, Ворона и Челбаса. Они быстро пришли в себя, оклемались и, объяснив ситуацию, я приказал им вооружиться, поторапливаться и быть готовыми к встрече гостей.
Воины взялись за дело. Машины поставили вплотную. Тела мертвых спецназовцев кинули в катер, а пленника заковали в наручники и заткнули его рот кляпом. Потом собрали оружие и трофеи, а я обошел поле боя и подобрал блокиратор, который спрятал в свой рюкзак. На все про все ушло десять минут. Гостей не было, и Ворон спросил:
— Уходим?
Просканировав дорогу от поселка к порталу, я покачал головой и ответил:
— Нет. Приближаются две машину. Первую расстрелять. Вторую не трогать, только если колеса прострелить, в ней важная персона. Ты берешь на себя водителя, а я пассажирку. Челбас страхует.
— Понял! — он кивнул и отдал приказ бойцам: — Занять оборону!
Через несколько минут на дороге появились две пары включенных фар, и включилась рация командира спецназовцев:
— Мы подъезжаем, — снова женский голос.
— Ждем, — ответил я.
«Только бы назад не повернули», — убирая рацию, подумал я, но мое беспокойство было напрасным.
Вскоре автомобили, новенькие «уазики», остановились на площадке перед порталом и воины не медлили. Они открыли огонь по первой машине и расстреляли всех, кто в ней находился, а мы с Вороном метнулись ко второму «уазику». Остановившись напротив лобового стекла, мой напарник выстрелил из «стечкина» и попал водителю в голову, а я занялся пассажиркой, рывком открыл дверь и вытащил из салона руководительницу операции по моему захвату.
Ну и кто же оказался в моих руках? Брюнетка. Рост средний. Фигурка хорошая. Одета в светлый спортивный костюм. Волосы длинные, связаны в хвост. Лицо миловидное, губки бантиком, брови домиком. В общем, ничем не примечательная особа. Однако из толпы ее выделяли глаза. Взгляд был сильный, можно даже сказать, что гипнотический. А еще я не смог уловить ее эмоции, словно она отгородилась от мира невидимым щитом. Значит, точно обладает какими‑то колдовскими способностями.
— Отпусти! — истошно закричав, она попыталась вырваться и ударить меня ногой в колено, но у нее ничего не вышло.
Без сантиментов, я отвесил пленнице хлесткую пощечину и она затихла. Затем ее связали и бросили в багажник внедорожника, больно много чести обращаться с такой дрянью, из‑за которой мы едва не погибли, по законам чести. После чего мы сразу же совершили переход на Чаит.
На острове все в порядке. Погода отличная. Собран первый коттедж и поставлены палатки. Однако меня это не волновало.
Не давая пленнице опомниться, мы начали допрос и она, конечно же, попробовала отмолчаться. Только не вышло. Спустя десять минут пленница заговорила и прорисовалась следующая картина.
Убийство Викентьева встревожило сектантов и заставило их бросить на мои поиски все свои силы. Не только в России, но и в других странах. Давно такого не было, чтобы кто‑то убирал крупного координатора и хозяина жизни. Это плохой прецедент. Поэтому искали меня очень хорошо и украинские сектанты, после майдана взявшие в свои цепкие ручонки власть в целой стране, извлекли из хранилищ разработки советских ученых. Была в свое время программа по созданию приборов, которые способны пеленговать и блокировать ведунов, колдунов, мощных экстрасенсов и прочих людей с неординарными способностями. Они разрабатывались для Кромки в секретном отделе Киевского филиала Центрального научно–исследовательского института связи (ЦНИИС). Но после развала СССР все было похерено, забыто и заброшено. Остались наработки и экспериментальные приборы, пеленгаторы и блокираторы. Вот сектанты ими и воспользовались.
Мое московское логово они не вычислили, я покинул столицу раньше, чем подключились украинские демонопоклонники. А вот перемещения по Крыму и портал на Чаит, они определили и локализовали. После чего прислали спецназ и заблокировали мои способности. Однако ошибка командира спецназовцев спасла меня и куратор операции, которая назвалась Ганной, сама оказалась в клетке.