Встряхнув головой, я огляделся. Мы в лесу, который с трех сторон окружал гору с рунным камнем. На вершине мечутся лучи прожекторов и раздаются еле слышные редкие выстрелы. Мою пальбу услышали, кругом была охрана, которая не смогла прикрыть командира, и теперь меня ищут. Однако не факт, что найдут. Ой, не факт! Ведь мои похитители не люди.
Почему я так решил? Достаточно посмотреть на их бледные лица и красные глаза, а потом увидеть небольшие, но очень острые клыки. Сомнений нет, это дампиры. Обычные демоны плодят полукровок–бесов, проводя генетические опыты над женщинами людского рода, а истинные вампиры точно таким же образом получают дампиров, наполовину людей, наполовину вампиров. Кстати, часто именно этих тварей принимают за вампиров, а зря, потому что настоящий потомственный кровосос имеет очень мало общего с человеком. Это монстр ростом свыше двух метров с крепкими жвалами, выпирающими из пасти, крыльями за спиной и длинными руками, которые оснащены прочнейшими когтями.
Впрочем, сейчас это неважно. Главный вопрос иной. Кто их за мной послал? Хотя и так все ясно. Скорее всего, это дампиры Вейца Пиявки, его владения ближе всего к Перуновым горам и он, не дожидаясь, пока демоны пошлют за мной своих лучших воинов и карателей, отправил за ходоком между мирами дампиров. Эти сволочи (демоны и вампиры), несмотря на то, что происходят из одного мира, друзьями не являются. Они соперничают друг с другом и порой воюют, естественно, не сами, а посылая в бой мутантов и рабов. Вот Вейц и решил всех опередить. Ему тоже нужен портал на Землю, где много вкусных людишек, которые забыли, что такое настоящие вампиры и демоны. Там ему будет весело и привольно, если он решит обосноваться в параллельном мире. Однако для этого он должен заполучить меня, живого и невредимого, а это не так‑то просто. Украсть меня украли, половина дела сделана, а надо еще дотащить цененного пленника до вампирского логова. Притом, что преображенцы, росаны, мои воины и Велимир, наверняка, кинутся в погоню. И если они поймут, что ходока не спасти, наверняка, начнется мясорубка, в которой меня постараются пристрелить, дабы я никому не достался.
«Надо бежать», — промелькнула мысль и, машинально, я дернул веревки на руках. Однако разорвать их, разумеется, не получилось, не такой уж я богатырь, и мне сразу же отвесили крепкую затрещину.
— Без суеты, ходок, — прошипел один из дампиров и развернул меня лицом в сторону горы. — Успокойся и посмотри на свою базу. Сейчас красивое зрелище будет.
Я не знал, что они задумали, но понятное дело ничего хорошего. Выбирать не приходилось и, отметив, что дампиров немного, всего четверо, я стал наблюдать за вершиной горы и сначала ничего не происходило. Все так же слышна стрельба, а лучи прожекторов рассеивают тьму и пытаются обнаружить противника. Но вскоре все изменилось.
Раздался мощный взрыв и гора вздрогнула. В темные небеса взметнулся длинный огненный смерч, и по лесу прокатилась сильная ударная волна, которая с легкостью пригибала к земле деревья, а затем сверху обрушилась снежная лавина.
Меня выдернули из сугроба, в котором я оказался. После чего дампир кивнул на объятую пламенем гору и, копируя деревенский говорок, ехидно спросил:
— Шо, млять, ходок сраный, думал, млять, шо самый умный, млять? Засел на горе и окопался, млять, и считал, что тебя, такого крутого землянина, млять, никто не сможет достать? А мы тоже многое могем, и стрелять, и мины ставить. Так‑то!
Он ударил меня ладонью по лицу, разбил губы и нос, а потом облизал испачканную кровью руку и прошипел:
— Кровь у тебя обычная, ничего особенного, но сойдет. Если другой не будет, не обессудь, придется тебе нас подкормить.
— Вес, — его окликнул другой дампир, — хватит играть. Пора уходить. Дел и Оссан уже возвращаются.
— Потом еще поговорим, — Вес оскалил клыки, и в его руках появилась знакомая тряпка, которая снова опустилась на мое лицо, и я потерял сознание. После чего меня подняли, положили на носилки и понесли…
В следующий раз я очнулся уже днем, в темном подземелье. Света нет, но это не помеха, поскольку дал знать о себе один из талантов Отти Гореля. Зрение подстроилось, и я обнаружил, что нахожусь возле каменной стенки. Дампиры рядом и этих монстров уже шестеро. Один бодрствовал, с автоматом в руках сидел у выхода и, казалось, что он не обращает на меня внимания, а остальные спали. Такова их особенность, они не любят солнечный свет и днем прячутся в подземельях. Однако мне от этого ни тепло, ни холодно, руки и ноги по–прежнему связаны, хотя узлы ослаблены, чтобы имелся ток крови.
Решив пока не дергаться, я попытался освободиться, дабы часовой не заметил, осторожно напрягал и расслаблял руки. Возможно, из этого что‑то выйдет, а дальше посмотрим. Можно попытаться схватить какой‑то предмет, например, булыжник, и наброситься на дампира, а затем выскользнуть за дверь. За ней свет и я смогу убежать. По крайней мере, попытаюсь.
К сожалению, освободиться не получилось. За полчаса никаких результатов, а потом я услышал голос часового, который все‑таки наблюдал за моими потугами:
— Что, ходок, не выходит?
Я посмотрел на него и не ответил, больно много чести дампиру, чтобы с ним общаться.
— И не выйдет, — он усмехнулся и спросил: — Почему молчишь? Ведь хочется узнать, где мы и что с твоими воинами? Знаю, что тебя волнует. Но ты молчишь. Упрямый… Господин Вейц любит таких человеков ломать, и он тебя обязательно сломает…
Краткая пауза и охранник, которому, судя по всему, было скучно, продолжил болтовню:
— Я тебе все же скажу, что мы на твоей базе устроили, особого секрета в этом нет. Как только твои бойцы нашу общину на Земле разгромили, господин Вейц тобой заинтересовался. Он послал нас в поиск, и мы на тебя сразу вышли, люди весьма неосторожны, много разговаривают и любят деньги. Двигались от одного тайника к другому, а затем наша группа наблюдала за тобой. Больше месяца за тобой следили, а питались бродягами, которые к тебе приходили и просились на Землю. Они в этих краях люди случайные, никто их не искал. В общем, мы готовились, а когда выяснили все, что возможно, о вашей системе обороны и охраны, проникли за периметр. Едва не попались, собаки нас почуяли. Однако пронесло и тут удача, ты из дома вышел.
В общем, сцапали тебя и вниз спустили, а попутно охранников базы вырезали и это не все. Оссан и Дел заложили в артиллерийских погребах мины с радиодетонаторами. И… Бум–м-м!!! Всех твоих вояк и работяг убить не смогли. Но половину базы разнесли в пух и прах. Хорошая работа. За такую господин Вейц, наверняка, нас наградит…
— Ублюдки вы! — я не выдержал.
— Заговорил? — дампир заулыбался. — Это правильно. Не надо молчать и злобу в себе копить. Можешь даже ругаться, тебе полегчает. Ну же… Не стесняйся…
— Пошел ты!
— Я пойду и ты со мной. Но не сейчас, а когда стемнеет, и направимся мы к реке, где нас уже ожидают.
Из угла раздался голос другого дампира:
— Сур, заткнись!
— Ладно, — охранник опасливо покосился в сторону одернувшего его сородича и, приложив к губам палец, повернулся ко мне: — Ти–хо–о!
— Воды дай, — потребовал я.
— Это запросто.
Дампир дал мне напиться из фляжки и вернулся на пост. Опять в подземелье воцарилась тишина, и я погрузился в невеселые размышления.
Что сказать? Прав оказался Велимир, меня похитили. Я считал, что смогу отбиться от нападения врагов, и готовился к этому. Но я готовился к прямому удару, к появлению отрядов дикарей, живых мертвецов, мутантов и бесов. А против диверсантов экстра–класса, способных проникать на охраняемые базы, которые кажутся неприступными, у нас ничего не было. Укрепления, дружина, минные поля и артиллерия, тепловизоры и датчики движения, бронетранспортеры и даже танк с двумя вертолетами. Все это было и казалось, что нам сам черт не брат. Однако пушки и вертолеты не смогли защитить меня от дампиров. И теперь база в руинах. Вертолеты, гаубицы, большая часть бронетехники и танк, наверняка, уничтожены. Артиллерийский погреб взорван и много припасов превратилось в пепел. Дома командиров и штаб, в котором хранились деньги, сгорели. Но самое главное люди. Сколько трудов стоило их собрать. Какие радужные перспективы мы рисовали перед собой на общих совещаниях. А теперь выходит, что все впустую. Люди поверили и пошли за мной. И что? В итоге многие из них мертвы или покалечены, а меня тянут в плен.