— Мы что, народными мстителями заделаемся? — Костерин поморщился. — Мало нам сектантов, так теперь и с наркоторговцами бороться. А дальше что? Начнем ловить сутенеров, воров и прочую шваль? Я не против. Но раз уж главный противник демоны и предатели давайте сконцентрируемся на них.
— А почему бы и нет, — я хлопнул его по плечу и усмехнулся: — Будем делать добрые дела, а заодно поправим собственное финансовое благополучие. Всех сектантов нам не победить, а деньги нужны всегда. Мелочь трогать не станем, с шестерок навара никакого, а преступников, которые скопили казну, можно погонять.
— Как Робин Гуд?
— Кстати, хороший пример. Он человеком был правильным и грабил только богатых. Знаешь почему? По той простой причине, что с бедных нечего взять.
— Такой подход к делу меня устраивает, — Сашка заулыбался.
— Вот и отлично. Давайте собираться.
Под взглядами удивленных новичков, Соловьева и Алексина, мы доставали оружие и накидывали на себя разгрузки с боеприпасами. Они не понимали, что происходит, а мы ничего не объяснили. Скоро все встанет на свои места.
Я подошел к рунному камню и оглядел разношерстную компанию.
— Готовы!?
Все ответили утвердительно, даже новички, и я положил на камень руку.
Переход прошел штатно. Вокруг поляны сгустился туман, и мы оказались на Кромке. Вот только не успела дымка развеяться, как над моей головой просвистела пуля, а следом еще парочка. После чего пришли звуки. Совсем рядом шел бой. Стучали автоматы и пулеметы, а затем прилетел звук взорвавшейся гранаты.
«Что происходит!? — промелькнула мысль, и я упал под камень. — Пока туман висит, ничего не видно и не понятно, кто и с кем воюет. Может, на нас устроили засаду? Нет. Вряд ли. Впрочем, сейчас разберемся».
16
С гор подул сильный ветер. Он развеял клочья тумана, который уже распадался, и я смог осмотреться.
Мы на точке перехода. «Уазик», «вольво» и BMW рядом, а моя команда готовится к бою. У меня АКМС, Верен и Николаев с АКСами, Костерин, словно ковбой из кинофильма, с двумя пистолетами, только не с «кольтами», а с трофейными ПСС, и под машиной Соловьев, который быстро готовил к бою «Тигр». Без оружия только Алексин и я крикнул Костерину:
— Сашка! Поделись с соседом!
Он меня услышал и понял, передал связисту второй пистолет, и я посмотрел в противоположную сторону.
На дороге, которая уходила вниз, баррикада и за ней укрылось полтора десятка росанов. Большая часть стреляла вниз, а пара человек, непонятно почему, целилась левее. В чем дело? Я бросил взгляд в сторону, куда они направили оружие, и в пятидесяти метрах от себя обнаружил живых мертвецов. Один валялся с пробитой головой, пуля разнесла ему череп, а рядом с ним, вскарабкавшись по отвесной каменной стене, на краю обрыва появились еще трое. Видимо, они обошли отряд росанов с фланга, поднялись там, где они не ожидали, и атаковали с тыла. К счастью, воины заметили опасность и открыли огонь по передовому мертвецу, а тут туман и несколько шальных пуль едва не задели нас.
Откуда здесь мертвяки, разбираться будем потом, а пока нужно отбиться.
— Верен! Коля! — я поднялся и указал на мертвецов. — Валим этих тварей! Остальным прикрывать и охранять машины! Назад посматривайте! Мертвяки могут подняться по другому склону!
Вскинув АКМС, я прижал его к плечу и поймал на мушку ближайшего мертвеца. Он уже начал движение навстречу и насколько быстрыми могут быть эти твари, я знал не понаслышке. Приходилось сталкиваться с ними в лесах на левом берегу Тихой. И, не дожидаясь, пока мертвец наберет скорость, я открыл огонь.
Автомат задергался в руках, а приклад ударил в плечо. Все привычно и легко. Никаких сомнений. Просто работа.
Первая короткая очередь прошла мимо. Мертвец словно почуял, что он на прицеле, и успел отскочить в сторону. Зато второй очередью я его достал. Пули расчертили обтянутую сухой кожей грудь, и он притормозил. Всего на миг, но мне этого хватило.
Дах–дах–дах! Ствол выплюнул новую очередь, и пара пуль попала мутанту в голову. Осколки черепа и черная жидкость разлетелись по сторонам. Один есть. Но мертвецов еще двое, как минимум, и Верен с Колей не смогли их остановить. Николаев мазал, видимо, нервничал, а росан хоть и попадал, никак не мог свалить своего противника, калибр маловат.
Мутанты все ближе. Дистанция сократилась до двадцати метров. Огонь!
Высадив остатки рожка в мертвеца, который приближался к Николаеву, я раздробил ему ногу. Он свалился, но, даже находясь на земле, монстр продолжал двигаться. Рывками, цепляясь руками за грунт, он быстро сокращал расстояние. Однако добраться до Коли не сумел. Николаев собрался с духом, сам подошел к нему и разрядил в голову мертвеца длинную очередь. Мутант дернулся и затих, а второго достал Верен и наша помощь ему не понадобилась.
— Отлично! — закричал кто‑то от баррикады в нашу сторону и я с удивлением узнал голос генерала Гурьянова.
Бросив взгляд на баррикаду, я присмотрелся и обнаружил наших пленников. Они были с оружием и вместе с росанами, словно равные, отбивались от врагов, которые наступали по дороге.
«Надо же, — промелькнула у меня мысль, — отставники не такие гондоны, как я о них думал. Может и выйдет из них толк».
Впрочем, размышлять об этом было некогда. Над обрывом появилась голова очередного мертвеца и, на ходу сменив магазин, я передернул затвор и бой продолжился.
Шаг за шагом, продолжая стрелять, я приближался к обрыву. Верен и Коля рядом. Одного мертвеца свалили, не дали ему выбраться на вершину горы. Следом еще двоих. И вроде бы все неплохо. На короткий промежуток времени все затихло. Новых мертвецов не видно и росаны на баррикаде сбавили темп стрельбы. Однако в этот момент на площадке появился другой противник.
— Сюда!!! — разнесся истошный крик Костерина и я обернулся.
Возле машин стоял черт, мутант с рогами, очередной эксперимент демонов по селекции людей. Но был он необычным. Высокий и здоровый, лохматый и с рогами. Как и другие черти. Однако это была какая‑то новая модификация. Лицо, словно у человека. По краям густой серый мех. Глаза раскосые. Кожа красная. А еще от него шел какой‑то очень резкий и неповторимый запах, смесь кориандра и зловонное дыхание дикого животного, хищника, который недавно пожирал живую плоть, и на его зубах осталось гниющее мясо. И это не все. Еще был страх. Он излучал невидимые эманации, от которых у меня задрожали колени. Обычный черт может воздействовать подобным образом только на женщин, но их здесь не было.
Тем временем, издав хриплый рык, монстр подпрыгнул и кинулся на Алексина. Связист не растерялся и пару раз выстрелил из пистолета, а потом попытался спрятаться под машину. Однако он не успел. Рогатый мутант обрушился на него, и я услышал, как хрустнул его позвоночник. А потом черт выпустил из пальцев длинные когти и одним рывком разорвал тело человека пополам.
Это отрезвило меня, заставило шевелиться, и я бросился обратно к машинам. Стреляя на ходу, приближался к мутанту и он, бросив тело Алексина, который так и не понял, куда его занесла судьба, увернулся от моих пуль и побежал прочь. Мелькнула мысль, что монстр испугался и решил дать деру. Но это оказалось не так. Он бросился к баррикаде. Именно она была его целью, а не мы, и росаны встретили его шквалом свинца.
Мутант двигался очень быстро. Он смог избежать автоматных очередей, и спустя несколько секунд оказался на баррикаде. Его когти прошли сквозь тело майора Дурова, который оказался на пути, словно клинки через картон, и монстр оторвал его от земли. Дуров, несмотря на смертельные раны, пытался что‑то сделать, он выронил автомат, но хотел дотянуться до ножа, висевшего на поясе. Вот только у него ничего не вышло. Черт отбросил его на росанов, которые дружно развернулись навстречу опасности, и они, подобно кеглям под ударом шара для боулинга, покатились по земле.
Снова издав жуткий горловой рык, монстр схватил следующего человека, воина–росана, и разорвал его на куски. Тело не выдержало. Торс с ногами оказался в левой лапе мутанта, а грудь и голова в правой. Кровь фонтанами брызнула в разные стороны, а кишки размотались и обвисли, словно дикие лианы в джунглях. И казалось, что этого монстра ничем не остановить. Я бежал к баррикаде, однако не успевал, а росаны никак не могли его уничтожить. Лишь только они поворачивались к нему лицом, как он менял направление движения, или совершал прыжок. Воины погибали один за другим, и спасения не было. Но в этот момент раздался выстрел, и в башку мутанта вонзилась пуля. Всего одна и она решила исход боя.