УРОК БЕССТРАШИЯ
(Хороший ученик)
Он, ученик хороший,
считался лучшим в классе.
Сидел на первой парте
он слева у окошка;
был малорослым,
был с волосами
прямыми, красными,
как пламя,
а на щеках его горели
веснушек целые созвездья.
Он ученик был самый лучший.
Всегда прекрасно знал уроки;
он точно отвечал и ясно,
он не молчал,
когда учитель
в класс с кафедры
бросал вопросы:
– А во втором болгарском царстве
цари какие нам известны?
– Что мы получим, если к натрию
прибавим три молекулы серебра?
Он, ученик хороший,
считался лучшим в классе,
но вот совсем нежданно
в класс офицер явился
и, указав на парту,
что у окошка слева,
сказал;
– Ты, с первой парты,
иди к доске и живо
ответ на все вопросы
давай толково, ясно.
То был урок мученья.
Со стен,
как бы из черных
тюремных казематов,
смотрели Ботев, Левский,
а с опустевшей парты
страх подсказать старался:
– Кто те,
к кому ты шел иа явку?
– Где та квартира,
в которой с ними ты встречался?
– Что получил?
– Кому отнес ты?
И это был урок бесстрашья.
Так, ученик прилежный
и самый лучший в классе,
к доске он вышел,
и будто солнце на рассвете,
так волосы его сияли
на черном небе
доски вот этой
над облаками меловыми.
Лицо его
в златых веснушках
спокойно было, было ясно.
Он был школяр прилежный.
Был самый лучший в классе.
Ио тут
на все вопросы
ответил он молчаньем.
Молчал,
когда из класса был выведен,
молчал он,
когда поставлен к стенке
был где-то на задворках,
когда звонком последним
винтовки прогремели.
Учеником отличным
он был. И промолчал он.
И сдал он на отлично
бессмертия экзамен.
БАЛЛАДА О ЧЕЛОВЕКЕ
Один пробирался он в снежном лесу
две ночи во мгле и в тумане.
Сказал ему лес: «Я тебя не спасу.
Пойми же, ты гибнешь, ты ранен.
Далеко отряд. Ни жилья, ни пути.
Отсюда уйти и не пробуй».
Был глух человек, продолжая ползти
в снегу, от сугроба к сугробу.
И лес говорил: «Покорился бы ты.
Не тратил бы даром усилья.
Взгляни, даже голубь упал с высоты.
И птичьи осилил я крылья.
Смирись же. Ведь рана твоя глубока.
Взгляни на озябшую птаху».
Но со снегу взял человек голубка
и спрятал его под рубаху.
Он кровью горячей его отогрел.
Тот ожил, воспрянул, встряхнулся,
крылами взмахнул и туда полетел,
куда человек не вернулся.
НЕ ДОЛЖНО!
Нет, не смеет кончиться до срока
то, что и не начинало жить.
Мысли, что оборваны жестоко,-
вас должны другие подхватить.
Корабли должны к земле добраться
издали, из глубины морей.
Не должны дороги прерываться
линией окопов и траншей.
Нет, не должен дом стоять без крыши,
жалуясь напрасно небесам.
Письма, что кому-то кто-то пишет,-
вы должны дойти по адресам.
Должен день окончиться закатом,
должен в очагах пылать огонь,
хлеб не должен сохнуть непочатым
и завянуть – девичья ладонь.
Дайте людям дописать страницы,
кончить книгу, виноград убрать.
Не успевшее еще родиться
не должно до срока умирать.
АЛЕКСАНДР ГЕРОВ
ДЕНЬ
Тобою полон день, твоею сутью,
и этот день так долог, так велик,
что время все, с его бескрайней жутью,
теперь ничтожно для меня, как миг.
Сверкающие звезды в отдаленье
на небе вышивают плащ ночной.
Благодарю, о вечное мгновенье,
за день, когда она была со мной.
ГОЛОС
Все небо звездами изгрызло.
В безмерности своих пустот
оно над головой повисло,
зияло, скалилось, как рот.
Ревело яростное море
под мутно-белой пеленой
и разбивалось, скалы моя,
мертворожденною волной.
Сады приморские застыли,
дрожа без света и тепла,
и вся земля была пустыней,
вся жизнь – абсурдною была.
В тот миг – и грозный и суровый,
давивший, мне казалось, всех,
чистосердечный и здоровый
раздался
двух влюбленных
смех.
И я, легко смиряя нервность,
пошел дорогою ночной
домой, в родную ежедневность,
в родную будничность – домой.
И ничего я не боялся
и все на свете мог, умел -
лишь потому, что смех раздался,
девичий голос прозвенел.