И, наконец, когда она почувствовала в себе силы уйти, когда сделала два осторожным шага назад, его губы тронула едва заметная улыбка и он посмотрел прямо на нее:
- Привет, - поздоровался Леон, словно не замечая, как она вытаращилась на него.
Поставленная в донельзя глупое положение, Роза пробормотала что-то в ответ, и уже собиралась было сбежать, когда он отложил ножницы, и, откинув со лба волосы, улыбнулся ей.
Она покраснела.
- Что ты здесь делаешь? - также миролюбиво спросил он, не переставай улыбаться самой, как ей тогда показалось, нежной и доброй улыбкой, какую она еще никогда у него не видела.
Очевидно он заметил и ее покрасневшее лицо и округлившиеся глаза, потому что подошел поближе.
- Все в порядке? Что случилось?
Даже если это по его вине у нее сейчас не болит голова и нет всякого другого недомогания, как он может вести себя сейчас так, словно они только вчера вечером расстались лучшими друзьями? Пораженная его выдержкой, Роза не нашлась, что ответить. Она совсем не была уверена в том, что сможет вот также спокойно откликнуться на его приветствие. Напротив, сейчас у нее на языке вертелся такой вопрос, какой она ни в коем случае не должна говорить, особенно сейчас. Чтобы не поддаться искушению, она крепко сжала зубы. Вид у нее стал странноватый, и Леон должен был это заметить. Он повертел в руках полотенце и отбросил его в сторону. Потом окинул ее внимательным взглядом:
- Роза, - серьезно сказал, - что стряслось? У тебя такой вид, как будто...
Он не закончил. Где-то позади совсем онемевшей Розы послышались шаги, и к ним вышла Анабель. Сдувая со лба длинную, запутавшуюся прядь, она посмотрела сперва на Леона, затем на подругу и остолбенела.
- Привет, Анабель, - настороженно поздоровался Леон.
Поскольку она пришла только лишь для того, чтобы отыскать подругу, Анабель не сразу сообразила, в какое глупое положение та себя поставила, при том что до этого клялась, что ни в коем случае не станет искать общества Леона. Желая хоть как-то помочь правнучке, она сама не заметила, как спросила то, отчего Роза покраснела еще больше, а Леон нахмурился. Поздоровавшись, она с самым беззаботным видом спросила:
- Мы с Розой все обсуждали ваш дом, Леон, и все его тайны... Роза мне рассказала, как твоя мать могла открыть дверь одним лишь пальцем, и мы как раз и искали ее, чтобы спросить... - Анабель толкнула локтем закрывшую руками лицо Розу, но та никак не отреагировала. - Неужели здесь можно не пользоваться ключами, а открывать все двери голыми руками?
Она с самым невинным видом смотрела как Леон собирается с мыслями. А тот быстро посмотрел на ту часть лица Розы, что не была еще закрыта рукой, а потом вновь взглянул на сверлившую его взглядом Анабель.
- Смотря какую именно, - наконец ответил он. - Но по большей части... Все, да.
Медленно отводя руку от лица, Роза воззрилась на него.
- Все? - она сама не поняла, что заставило ее заговорить, наверное изумление, появившиеся от его правдивости. Она в последнюю очередь ожидала от него этого сейчас.
Ничуть не удивленный ее словами, Леон кивнул и подавил улыбку:
- Все.
Покачав головой он подошел к Розе и положил ей руку на плече. Анабель во все глаза следила за его движениями.
- Ты могла заболеть, - сказал он, стараясь не обращать внимания на Анабель, - и зачем тебе это надо?
Та подняла на него изумленный взгляд:
- Но что... - она запнулась, стараясь получше сформулировать свою мысль, - тогда ты сделал? Утром я поняла что... Я поправилась.
С таким видом как будто играет драматическую роль, Анабель вдруг охнула, вспомнив о том, что ее звала Элиза, и поспешила обратно в кусты.
Оставшись совершенно одни, Роза с тем же недоумением посмотрела на Леона. Тот проводил взглядом Анабель, и когда шаги затихли вдали, он вновь посмотрел ей в глаза:
- В том положении, в котором я слышал тебя вчера, после беседы с твоими родителями, я понял, что если я не вмешаюсь, ты заболеешь. Разве я мог это допустить?
- Что ты сделал?
Почувствовав как учащается пульс, Роза приготовилась услышать от него всю правду, хотя уже догадывалась, что произошло тогда, но не осмеливалась верить самой себе. Она надеялась на то, что Леон опровергнет ее домыслы, приведет какое-нибудь совершенно простое и обычное объяснение. Мало ли что могло случится? Ей казалось, что она видит, как созревает решение у него в голове, и как загораются глаза.
Ожидая от него хоть какого-то объяснения или каких-то слов, Роза остолбенела, когда он наклонился к ней и поцеловал.
Ee бросило в жар когда она почувствовала это прикосновение и инстинктивно попыталась отодвинутся, но он держал ее крепко.
Почему-то она совсем не ожидала от него этого действия, ей и голову не могло прийти то, что он поцелует ее. Первый раз за все время их знакомства и так внезапно. И именно сейчас, когда она вообще нe может видeться с ним.
Ослабив руки, он наконец отпустил ее и Роза тут же вырвалась. Голова у нее кружилась, в глазах темнело. Не слыша ничего из того, что он сказал, она попятилась, и, не смотря на него, побежала прочь, ломая кусты на своем пути. Лицо eе горело как в лихорадке и она пришла в сознание только когда влетела в свою комнату, и захлопнула за собой дверь.
Естественно, здесь ее ждала Анабель.
Роза старалась не смотреть на нее. Она ничего не слышит, ее здесь нет. Прислонившись лбом к двери и повернувшись к подруге спиной она зажмурилась, как будто хотела силой отогнать из головы все мысли о произошедшем. Но, несмотря на все усилия, она невольно принялась прокручивать все то что произошло, стараясь поймать себя на том или ином моменте, когда ей следовало бы поступить как-то по-другому... После всего того что ей сказала мама, что бы она подумала, если бы увидела их на крыше? Если бы она могла заранее знать о том что произойдет, она бы... Конечно, она вообще бы не поднималась на эту крышу, не приближалась к нему, не позволила бы ему поцеловать себя. Или...Позволила бы?
Роза подавила стон и так крепко сжала руку в кулак, что ногти впились в кожу, причиняя боль, но она даже не обратила на это внимания.
Из-за нее все это произошло, и было бы несправедливостью считать, что во всем виноват только он один. Нет... Именно она подошла к нему, задала вопрос. Тогда как ей было строго воспрещено делать и то и другое, она тем не менее и видела его и говорила с ним, вопреки всем увещеваниям матери. Всему тому что она говорила, она пошла против ее воли.
- Роза?
Как он мог? Разве могла она ожидать этого от него сейчас, когда ни то что разговаривать, ей нельзя вообще видеться с ним. Почему так вышло? Что на него нашло? Лео сказал, что нe хочет, что бы она разболелась. Но разве ей угрожала такая опасность?
Розе показалось, как будто кто-то влез ей в голову, вызывая эти мысли и не давая совести успокоится. Она судорожно вздохнула и запустила руку в волосы. Они окружали ее плотным строем, вызывая больные и, несомненно, вызванные стрессом мысли, какие никогда бы не пришли ей в голову, если бы не произошло то что... произошло только что.
Она не заметила, как Анабель подтащила ее к креслу и силой yсадила на него. Как в тумане она смотрела как та встала рядом с ней, и теперь махает рукой у нее перед лицом.
- Роза!
Сделав неимоверное усилие, Роза абстрагировалась от большинства неприятных мыслей.
Вдобавок к той боли, какую она сейчас чувствовала, прибавилась теперь еще одна: та, которая отвечала за ее собственные, не вызванные совестью провинившийся дочери, ощущения и мысли. Ее собственные чувства... Леон наверняка не понял ее поведения. Она сбежала с крыши ничего не сказав ему, ничего не объяснив... Как последняя трусиха. Что он подумал?
Ей стало тошно от самой себя. Как она может думать об этом? Что бы узнала мама... Но что ей теперь делать, когда все уже произошло?
- Роза!
Вдруг что-то подуло ей в затылок и, вздрогнув, Роза сфокусировала взгляд на бледной Анабель. Кстати говоря если бы Анабель не ушла тогда с крыши, то, кто знает, произошло ли тогда то, что произошло? Нет, нет... Она не будет думать об этом, не будет. Роза сморщилась и, моргнув, взглянула на девушку. Та только что открыла окно и мощный порыв ветра продувал ее сзади. Она сидела прямо перед окном.