- Что... что такое?
- Ты Роза, вот что такое!
Ее голос испугал Розу и она окончательно вернулась в сознание. По-видимому ее подруга уже минут пять пыталась вернуть ее в чувство. Неужели она дошла до такого состояния, когда уже перестаешь видеть окружающих и не можешь прибывать в реальности... Нет, нет конечно.
- Что случилось, Ань?
- Ты в порядке? - Анабель плюхнулась рядом с ней на подлокотник кресла, взмахнув рыжей гривой прямо у нее перед носом, что еще способствовало ее возвращению к реальность.
В конце концов... Почему бы не найти во всей этой истории и позитивные стороны? Может у нее получится пересилить все эти негативныe эмоции и заменить их на позитивные? Иногда у нее это получялось, может выйдет и теперь? По крайней мере на тот срок, пока Анабель беспокоится за нее.
Со всей убедительностью, на которую была способна в этот момент, Роза сказала:
- Я в порядке, все хорошо, не беспокойся.
Для начала не так уж и плохо... Особенно если принимать во внимание ее состояние минуту назад, сейчас она вполне сносно владеет голосом. Прозвучало правда немного скороговоркой, но все-таки...
Анабель выдохнула с видимым облегчением.
- Вот и славно. Ну и напугала же ты меня... Внученька.
Она хихикнула и Роза тоже слабо улыбнулась:
- Ну, так что ты думаешь по поводу дверей и замков? Что Леон сказал пока меня не было? - жутким, полным любопытством голосом, спросила Анабель.
Краска бросилась Розе в лицо и она отвернулась.
- Замки? - надо же, она уже совсем успела забыть. - Он сказал, что... Почти все двери можно открыть и таким способом. Ты ведь сама все слышала.
- Я не ожидала от него этих слов.
- Что же тут хорошего? Теперь я никогда не буду чувствовать себя в безопасности, пока буду знать, что моя дверь не закрывается.
- Да, - только и нашлась Анабель. Глаза ее хитро блеснули. - Я сказала Элизе, что ты передумала говорить с ней, так как и Лео мог дать тебе все ответы на твои вопросы.
- Хорошо...
- Когда я ушла, он еще что-нибудь сказал?
"Надо же, она ведет себя прямо как подросток", - подумала Роза, - "можно подумать, она моя ровесница. Хотя... Она ведь не знает что именно произошло и, следовательно, не знает, чего добивается своим вопросом."
Прямо-таки предвидя будущую реакцию подруги, Роза встала и прошла к шкафу. Если бы можно было сейчас побыть в одиночестве и все как следует обдумать...
- Я узнала все, что хотела. И я очень устала. Сейчас бы поспать...
- Не намекай мне, - тут же откликнулась Анабель, - что произошло? Так просто ты меня из комнаты не выставишь.
И почему ей так сложно ответить? Наверное потому, что тогда придется признать вслух всю свою беспомощность перед ним. Лео не даст ей выполнить указ матери. Он не даст ей болеть. Она сможет избегать его ровно столько времени, сколько тому будет угодно, прежде чем он не решит, что ей угрожает опасность.
Эта вереница мыслей промелькнула у нее в голове со скоростью пули и, к своему ужасу, Роза вдруг поняла, что они не внушают ей неудовольствия. Напротив... Знать, что кто-то беспокоится о тебе, очень даже приятно. Но разве она сможет объяснить это Анабель, которая так ждет ответа и думает что ей, Розе, совершенно неприятно его внимание? Нет, ни за что. Ей это знать не обязательно.
Глубоко вздохнув, Роза посмотрела на нее:
- Что произошло? Ничего особенного, если только не считать того факта что Лео... - и вдруг вся смелость покинула ее. Роза почувствовала как робеет. - Лео... Он... В общем...
- Поцеловал тебя? - страшным шепотом спросила Анабель и Роза вспыхнула. - Что, правда?
- Наверное да.
Плюхнувшись на кровать, Анабель воззрилась на нее с самым восторженным выражением на лице. Дар речи ее покинул.
- Вот это да! - наконец воскликнула она. - Никогда бы не подумала... Ну и молодец же он!
Роза не знала, куда себя деть от смущения. Она отдала бы многое сейчас отдала, лишь бы остаться в полном одиночестве.
Наконец, бурно выразив свой восторг, Анабель наконец сообразила, что ее подруга устала и у нее есть о чем подумать, она театральным шепотом попрощалась и на цыпочках покинула комнату.
Покачав головой и одновременно облегченно вздохнув, Роза мешком плюхнулась на кровать, давая себе обещание не выходить из комнаты еще дня два как минимум. Громко стучавшее в груди сердце ясно давало понять, что на этот срок ни о какой болезни или недомогании не может быть и речи.
Лишним было бы упомянуть, что этой ночью Роза совсем не спала. Отчасти виной тому послужило странное бодрое состояние, мешавшее ee сну своим сердцебиением и нервными реакциями на самые что ни на есть обычные действия. Примером тому, например, могла послужить вдруг появившиеся сила в ногах, заставившая одеяла совершить долгий полет по комнате, когда она хотела всего лишь их поправить. Или маленькая поломка балдахина, когда она его задергивала на ночь. Про штору вообще лучше промолчать, так как она теперь комом лежала на полу, после того как Роза хотела задернуть ee на ночь и не смогла потом починить. Если можно было бы привести сравнение к этому состоянию, то сама она, наверняка определила бы его как реакцию, вызванную слишком большой дозой кофеина. Но она знала, или догадывалась, что к вышеупомянутому напитку это не имеет никакого отношения.
Как бы там ни было, сон все не шел и по другим причинам тоже. Ей то и дело мерещились шаги в коридоре, заставляя ее поминутно вскакивать и прислушиваться, лишая, тем самым, самой себя сна, лишь за тем, чтобы спустя минуту прислушивания снова плюхнутся на подушки, ругая себя за глупость и недальновидность одновременно, так как она прекрасно понимала, что никому не понадобилось бы наведываться к ней в комнату именно в эти часы, когда она настолько здорова физически и духовно, насколько это вообще возможно, а следовательно, и причин для визитов к ней никаких не было.
Впрочем, какие бы треволнения ee не мучили, и сколько раз она не упрекала себя за глупость, сколько не боялась возможного визита, ночь прошла относительно спокойно и утро она благополучно проспала, проснувшись лишь тогда, когда солнце лилось ей на подушку мощным лучом. В результате еще одна проблема: подушка сгорела и могла вызвать пожар, если бы Роза в последнюю минуту не залила постель из кувшина, который нашла в ванной комнате.
И как бы ей не хотелось весь день провести в комнате, как бы она не желала никого не видеть и не слышать, ей против воли все же пришлось отправится на поиски Элизы, рискуя столкнутся с ее сыном, и тем самым заслужить еще один тревожный день, полный самих разных казусов и проблем с нервами.
Ей повезло лишь отчасти. По дороге в гостиную, (на крышу она не осмелилась возвращаться по известным причинам) она столкнулась с совершающей дневной променад по дому Анабель. Та, к ее чести, не стала загружать ее вопросами, и помогла обойтись без Элизы, собственноручно обещая поправить все дела в комнате.
И пока они беседовали на эту тему, Элиза нашла их сама. После чего они все вместе вернулись в комнату несчастной страдалицы, и, поохав, привели все в порядок.
День прошел спокойно и без происшествий. Ночь тоже: Розе удалось даже поспать. Появившиеся так внезапно, экстраординарные силовые способности, начали терять свою силу, чему она несказанно обрадовалась. Одеяла не летали, шторы не ломались, что и привело ее в более спокойное настроение, и, следовательно, дало поспать.
Также как и в предыдущую ночь, ее не покидали опасения насчет незакрытой двери и она уже не знала, какими доводами можно себя успокоить и забыть об этой проблеме. Роза говорила себе, что раз за столько проведенных здесь месяцев ей ни разу не пришло в голову усомниться в том, что дверь полностью охраняет ее от внешнего мира, то какой же смысл ей сейчас волноваться по этому поводу?