Все решения Садата принимались под давлением Запада с целью вытеснить Советский Союз из Египта.
В течение июля - августа 1972 г. из Александрии на транспортах вывозились ранее доставленные вооружение и техника. Лишились мы самолетов-разведчиков Ту-16р и противолодочных самолетов Ил-38, а также истребительной авиации и зенитно-ракетных войск. Все это быстро и резко изменило обстановку в восточной части Средиземного моря не в нашу пользу.
КП эскадры получил приказ находиться в заливе Эс-Саллум и все изменения обстановки доносить.
Таким образом, из дружеских отношения между нашими странами превращались в полувраждебные, о чем свидетельствовало и отношение местного населения к нам, советским морякам.
В августе мне было приказано зайти в Александрию для встречи с новым командующим ВМС Египта адмиралом Зикри, который был назначен вместо Фагми. Я должен был передать ему поздравление от ГК ВМФ и определиться во взаимоотношениях АРЕ с кораблями эскадры.
Встреча с адмиралом Зикри носила дружеский характер, он тепло отзывался о С. Горшкове и других советских адмиралах, которые оказали Египту помощь в создании флота.
Зикри в период семидневной израильско-арабской войны 1967 г. командовал ВМС Египта, но был снят Насером, а сейчас снова восстановлен. Как заявил адмирал, отношения между нашими флотами остаются без изменений и корабли эскадры могут действовать согласно принятым ранее государственным соглашениям между СССР и АРЕ. Я передал ему поздравление С. Горшкова, и мы договорились о дальнейшем сотрудничестве. Итоги нашей встречи я изложил в докладе ГК ВМФ.
В кампании 1973 г. особо запомнились действия по поиску атомных ракетных подводных лодок США с использованием пкр "Москва".
В начале марта на боевую службу прибыли корабли из состава 21-й брплк: пкр "Москва", бпк "Решительный" и бпк "Отважный" под командованием капитана 1 ранга Л. Двинденко. Планом боевой службы предусматривалось проведение поисковой противолодочной операции в Тирренском море. Замысел проведения операции был одобрен Главным штабом ВМФ, и в заливе Эс-Саллум мы совместно разработали ее план.
Необходимо было во что бы то ни стало скрыть от противника район поиска, потому что США, как правило, при угрозе поиска смещали свои ракетные подводные лодки в безопасные районы или даже в территориальные воды стран НАТО.
По данным КП эскадры, в Тирренском море постоянно патрулировала одна атомная ракетная подводная лодка из 16-й эскадры ВМС США, что подтверждалось обнаружением ее дизельными подлодками. Поэтому, учитывая особенности географического положения Тирренского моря, в поиске должен был сыграть роль фактор внезапности. С этой целью исходным районом для начала развертывания избрали Тунисский пролив.
До начала поиска корабли перешли в район Тунисского пролива и стали на якорь, а через несколько часов прибыл корабль США для слежения. КП эскадры перевели заранее на пкр "Москва", хотя плавбаза оставалась под флагом командира эскадры, продолжала радиообмен и имитировала работу КП.
Вечером накануне операции, еще в светлое время суток, плавбаза "Котельников" снялась с якоря, на кораблях построили личный состав, и были сымитированы ее проводы. Корабль США последовал за плавбазой, которая шла в восточном направлении. Было очень важно избавиться от корабля слежения, это позволяло добиться внезапности начала поиска.
Начать поисковую операцию предполагалось с рассветом, поэтому развертывание кораблей проходило ночью на скоростях 20 узлов. С рассветом КПУГ в строю фронта ворвалась на больших скоростях в Тирренское море, вертолеты на удалении 100 км поставили угловой барьер радиогидроакустических буев - своеобразный мешок, куда загонялась подводная лодка. Обеспечив постановку барьера, корабли вели поиск в назначенных полосах, а вертолеты контролировали работу буев в готовности к приему контакта.
Через три часа поиска сработал буй на южной линии углового барьера. Вертолеты, поставив кольцевой барьер, подтвердили контакт, и все усилия были нацелены на поддержание контакта вертолетами, а корабли шли на прием контакта. Атомная подводная лодка увеличила скорость до 12 узлов и отрывалась в сторону Палермо (о. Сицилия), вертолеты надежно держали контакты. Через четыре часа лодка вошла в терводы Италии (ширина 12 миль), и корабли прекратили слежение, организовав блокаду выходов из п. Палермо за пределами тервод. С наступлением темноты корабли убыли в залив Эс-Саллум.
Таким образом, правильно оценив обстановку и особенности района, а также фактор внезапности, который играл главную роль, КПУГ смогла обнаружить подводную лодку и преследовать ее. Наличие в составе КПУГ пкр "Москва" сыграло решающую роль в поисковой противолодочной операции, но, к сожалению, таких кораблей у нас было только два.
Недостаток противолодочных сил наш ВМФ ощущал постоянно по мере роста подводного флота США.
Соединенные Штаты вопросы борьбы с нашими ракетными атомными подводными лодками решали созданием стационарной гидроакустической системы СОСУС, перекрывающей до 80% районов боевого патрулирования и районов развертывания рпксн. СОСУС обслуживалась в основном базовой патрульной авиацией.
Руководство США борьбу с ракетными подводными лодками решало на правительственном стратегическом уровне, а мы - на оперативно-тактическом, что было заботой ГК ВМФ. Иначе говоря, военное руководство Соединенных Штатов вопросы национальной безопасности решало на государственном уровне, с конкретным финансированием программы. К сожалению, несмотря на усилия С. Горшкова в реализации кораблестроительных программ, в качестве морских вооружений и техники мы отставали, поскольку технология и вооружение не в полной мере соответствовали идеологии борьбы с флотом противника.
В начале апреля на связь БПЧ меня пригласил начальник УК ВМФ Ю. Бодаревский и заявил: "Вам предлагается должность командующего Камчатской военной флотилией". Для меня это было неожиданностью. Имея за плечами почти 23 года службы на кораблях, на берег сходить не хотелось. Однако, как потом стало ясно, мне необходимо было пройти оперативно-тактический уровень командования, а лучшей структуры, чем Камчатская флотилия, в ВМФ не существовало. Я согласился, в полной мере не представляя объем работы. Елена Петровна не хотела расставаться с Севастополем и ехать куда-то на Камчатку.
В середине апреля 1973 г. пришло приказание ГК ВМФ отправить меня в очередной отпуск с расчетом в конце мая быть на Камчатке.
14 апреля, передав дела капитану 1 ранга А. Ушакову, я распрощался с офицерами штаба и политотдела 5-й эскадры и на танкере "Казбек" отправился в Севастополь готовиться к новой должности, тем более что начальником штаба ЧФ был вице-адмирал Б. Ямковой, бывший командующий Камчатской военной флотилией, который обещал ввести меня в курс дела. В середине мая 1973 г. пришел приказ МО СССР о моем назначении командующим Камчатской флотилией Тихоокеанского флота.
Что дали мне 900 суток службы в море на 5-й эскадре ВМФ:
1. Опыт работы со штабом по организации выполнения поставленных задач на боевой службе в условиях противодействия кораблей 6-го флота США.
2. Практику в планировании и проведении морских операций по уничтожению корабельных группировок и срыву ракетно-ядерных ударов по реальному противнику на Средиземноморском ТВД.
3. Опыт работы штаба по управлению силами в море при решении различных задач и использованию средств связи.
4. Практику подготовки и оформления боевых документов для управления силами.
5. Возможность оценить качественные параметры, вооружение и технику кораблей, самолетов ВМС США и НАТО и сравнить их с отечественными (к сожалению, мы уступали в радиоэлектронике).
6. Возможность убедиться, что уровень тактической подготовки наших командиров соединений выше, чем на 6-м флоте США и в НАТО.
7. Умение мужественно, рядом с матросами и старшинами срочной службы переносить тяготы службы в условиях субтропиков, на не приспособленных для этих условий кораблях.